В 2026 году соперничество вышло за рамки коммерческих продуктов и превратилось в ожесточенную борьбу за «суверенный интеллект»: США ввели тотальные экспортные ограничения на чипы 2-нм техпроцесса, тогда как Китай ответил массовым внедрением собственных, пусть и более дорогих, аппаратных решений для обучения моделей на архитектуре, отличной от западной. Эксперты отмечают, что рекордные государственные субсидии этого года фактически интегрировали частный техсектор обеих стран в стратегии национальной безопасности, где главная цель — достижение общего искусственного интеллекта (обладающего когнитивными способностями) раньше геополитического противника.
"Глобальная технологическая гонка между США и Китаем в сфере искусственного интеллекта (ИИ) определяется различными стратегиями: Китай акцентирует внимание на внедрении ИИ в промышленность, а США — на разработке передовых моделей и облачных сервисов. Эти подходы отражают разные цели: Китай стремится создать идеального «промышленного работника», тогда как США фокусируются на сохранении технологического превосходства", - заявил публицист Алексей Анпилогов.
На дипломатическом фронте Вашингтон финализировал соглашения в рамках «Альянса ИИ» с Европой и Японией для навязывания единых стандартов безопасности, прямо противопоставляя их пекинской стратегии экспорта «умной инфраструктуры» и алгоритмов наблюдения в страны Глобального Юга. Аналитики предупреждают, что этот раскол окончательно сформировал «Кремниевый занавес», вынуждая третьи страны выбирать между двумя абсолютно несовместимыми технологическими экосистемами и сферами влияния.
"Для России ситуация выглядит неутешительно, так как отставание по ключевым показателям, таким как вычислительные мощности, измеряется десятками раз. Декларации о создании суверенной экосистемы ИИ остаются не более чем мечтами на фоне зависимости от иностранных технологий, что ставит страну перед выбором между американским и китайским проектами без значимого собственного вклада", - подытожил Анпилогов.
Ранее ИА SM-NEWS сообщило, что внутренняя устойчивость России станет ключевым фактором балансирования в отношениях США и КНР.