Знакомьтесь с Валерией Титовой — нейрохудожницей, исследовательницей цифровых миров и автором канала ЭйАйЛера. Она ведёт лекции по нейросетям, проводит воркшопы, делает клипы и анимации.
Мы поговорили с ней и узнали:
• Нужно ли нейрохудожнику специальное образование?
• Принимают ли музеи и галереи нейроарт?
• Как не потерять душу в диалоге с ИИ?
————————————
🌀 О создании канала
Мой канал родился на курсе Вадима Эпштейна: я заливала туда нейроэксперименты для друзей. Потом нейросети и мои навыки становились лучше, и я начала больше общаться с коллегами по новому цеху. Сейчас это место искренности, моего авторского голоса и настоящий сейфспейс. Теперь это особенно ценно, когда вокруг тысячи ИИ-каналов.
🎨 Что должен уметь нейрохудожник
Нейронки так хорошо понимают естественный язык, что для написания промпта не нужно особенных навыков — это действительно доступно каждому. А вот создание интересного, сложного и глубокого произведения уже требует работы над собой.
💠 Об отношении к ИИ с момента первых экспериментов до крупных выставок
У меня изменилось отношение к созданию работ в целом. И если раньше я скорее совершала набеги с любимым медиумом (линогравюра, фотография, перформанс), то теперь я стараюсь создавать Вселенные, где мне помогают все нейронные сети сразу.
🪐 О проекте Психея: уязвимость в цифровую эпоху
Психея — это моя первая удавшаяся Вселенная. Я долго шла к нужной эстетике. В итоге объединила коллаж и ассамбляж как желание творить в реальном мире, а цифровые глитчи, старые интерфейсы и множество социальных масок как выражение наполнения наших аккаунтов и эмодзи.
Самой сокровенной реакцией на выставку была реакция девушки на персонажа, который гуляет среди глитчей и берез. Она устала от долгой эмиграции и прослезилась. Этот момент сняли другие художники — я его не видела, но он самый ценный.
🌳 Об элементах русского кода в работах художницы
Для меня важен культурный код в искусстве. Ещё в 20 лет я поняла, что я русская женщина, и мои работы об этом. Я рассказываю о русском языке, русской культуре, о судьбе своей семьи. Например, язык Психеи во многом посвящён моей бабушке-швее. Следующие мои работы будут посвящены той части семьи, которая работала в полях и с землёй. Мне важно проводить этот мостик между нами.
🖼 Нейроарт в музеях пока редкость
Как и весь digital-арт, нейроискусство редко попадает в музеи и на ярмарки. Люди не привыкли, что если они постоянно в телефонах и компьютерах — это значит, что искусство уже смело может быть цифровым. Но сейчас я участвую в музейных историях, фестивалях и конкурсах — для меня этого достаточно. Это уже большая работа.
⚖️ Скепсис к ИИ-картинам
Люди всегда скептически относятся ко всему новому: это было с радио, телевидением и даже театром. Что говорить о нейросетях, которые пугают. Представьте, насколько далеко было кино от простого человека из начала ХХ века. Также нейросети далеки от большинства из нас сейчас, мы даже не знаем их художественного потенциала. Но в профессиональной среде я всё меньше сталкиваюсь с неприятием, да и в среде обычных людей, которые любят узнавать что-то новое.
Часто ещё говорят, что модели обучаются на чужих работах. Но мало художников росли в пещерах — все они вдохновлялись кем-то. Сколько «датасетов» увидела я до того, как стать фотографом, не посчитать. И это нормально.
🧠 Будущее: как развивать ИИ-искусство и не потерять душу
Мы находимся в самом начале ИИ-пути. Когда нам будут доступны нейросети для создания миров и мы все начнем широко пользоваться ими, а не только текстовыми и видео, тогда будет сильно интереснее.
А душу надо воспитывать не для ИИ, а для себя. Тогда и будет искусство.