Далеко не самый известный роман Жюля Верна. Я о нём никогда не слышал, пока случайно не обнаружил в Букинисте неприметную книжку. Заинтересовался, купил, прочитал, делюсь впечатлениями.
На этот раз титульный герой не отважный капитан, географ или журналист, а, внезапно, депутат! В то славное время даже депутаты не были лишены духа авантюризма. Так вот, в парижском парламенте прения: одна часть ратует за наделение негров в колониях всеми гражданскими правами, в том числе правом голоса на выборах, другая часть считает, что чёрная нация ещё маловато окультурилась и голосовать им рано. Принимается решение снарядить экспедицию в так называемую «Петлю Нигера», малоисследованную колониальную область центральной Африки. Чтобы на месте убедиться на чьей стороне правда. Возглавляют экспедицию два непримиримых соперника, уже известный нам Барсак, ратующий за права негров и Бодрьер, придерживающийся противоположного мнения. В то же время, мы узнаём печальную историю жизни престарелого лорда Бакстона. Чей старший сын Джордж – капитан регулярных колониальных войск, был обвинён в мятеже и зверском обращении с местным населением, за что и был убит. Младший сын Льюис – директор агентства центрального банка, пропал при ограблении офиса и подозревается в присвоении денег. Пасынок Вильям Ферней – вёл разгульный и маргинальный образ жизни, пока не был изгнал из замка лордом, и не пропал без вести. Дочь лорда Жанна Бакстон, решает обелить честь семьи, и снаряжает свою экспедицию в Африку, при помощи своего племянника Сен-Берена (который старше её по возрасту и воспитывал Жанну в детстве). Пути двух экспедиций пересекаются, и наши герои следуют к своим целям совместно.
Помимо многочисленной свиты сопровождения, у нас классический костяк команды путешественников: смелый лидер Барсак, любознательный журналист Флоранс, добрый доктор Шатоннэй, рассеянный чудак Сен-Берен, дама в беде Жанна Бакстон (которая отвечает и за романтическую линию), преданный слуга негр Тонганэ. Далее нас ждут обычные дорожные приключения с интригами, предательствами, необъяснимыми явлениями и похищениями. Казалось бы, ничего необычного, но тут заканчивается первая часть романа и начинается вторая. Настроение повествования меняется кардинально. Герои попадают в неведомый никому город, в центре пустыни. Город генерирует вокруг себя оазисы, где на полях пашут рабы. В городе есть завод, производящий фантастические винтокрылые машины. А руководит всем этим таинственный «доктор Зло» по имени Гарри Киллер. Который построил свою злодейскую империю и теперь вынашивает коварные планы по захвату мира… Сильно повеяло классической джеймсбондовщиной. Только в пику суперзлодею у нас не появляется супергерой, а всплывает безумный учёный, который сначала мучается угрызениями совести, о том, что десять лет помогал претворять в жизнь злодейские планы, а потом, без тени сомнения, планомерно уничтожает город, не считаясь с жертвами.
Были два сюжетных твиста, которые меня удивили. Это настоящая личность Гарри Киллера и личность его таинственного узника. Причём, когда это уже знаешь, то такие повороты кажутся очевидными. Но я до последнего надеялся, что бесчестно погибший капитан Джордж всё же восстанет из мёртвых, а на такие бульварные клише семья Вернов всё же не пошла (и это к лучшему). Почему же семья? Как мне в последствие стало известно у Жюля были лишь наброски нескольких романов, которые его сын Мишель переработал в одно произведение, ещё и самостоятельно дописав вторую часть. Отсюда становятся понятны многие неточности и не логичности в тексте. Например, титульный Барсак на самом деле главным героем не является, лишь эпизодически напоминая о себе какой-нибудь репликой. Другие персонажи, бывает, просто выпадают из сюжета на какое-то время, а тот же Бодрьер, расставшись с Барсаком на развилке, и вовсе исчезнет навсегда.
Первая часть романа – обычное верновское путешествие-приключение, вторая – квинтэссенция идей из романов «500 000 000 Бегумы» и «Робур-завоеватель».
Несмотря на все недостатки, читать было интересно и увлекательно. И, в отличии от того же «Робура-завоевателя» и «Властелина мира», есть чувство целостности и законченности произведения, несмотря на такую сложную судьбу его создания.