В Йоркшире реализуют экологический проект, в рамках которого редкие виды мха помогают в борьбе с изменением климата. Исчезнувший мох сфагнум заново заселяют на пустоши, так как это растение способно удерживать воду в объеме, превышающем собственный вес в 20 раз. Благодаря этому свойству мох способствует образованию торфяных болот, где отмершая растительность накапливается, а не разлагается, что позволяет эффективно удерживать углерод в почве.
В настоящее время запущены два проекта по восстановлению экосистемы: один в Йоркширских долинах, а другой на вересковой пустоши Марсден-Мур недалеко от Хаддерсфилда. Специалисты надеются, что возвращение мхов не только улучшит климатическую ситуацию, но и создаст разнообразную среду обитания для дикой природы. На ферме Кингсдейл-Хед в Инглтоне эксперты из организации «Йоркширское торфяное партнерство» высаживают редкий вид сфагнум остини (sphagnum austinii), который исчез в этом регионе сотни лет назад.
По словам менеджера по данным и доказательствам Бет Томас, сфагнум остини пропал из Долин из-за осушения земель и промышленной деятельности. Анализ торфяных кернов, возраст которых составляет около 6000 лет, показал, что именно этот вид мха доминировал здесь после последнего ледникового периода. Растение играет ключевую роль в формировании торфа, что делает его возвращение стратегически важной задачей.
Эксперт подчеркнула важность этого процесса: «Это так важно для хранения углерода, для смягчения последствий наводнений, для очистки нашей воды, а также для нашей дикой природы и людей, которые используют эти места и хотят наслаждаться их дикостью». Образцы сфагнума остини были специально привезены из Шотландии, где этот вид сохранился, в Йоркширские долины. Перед высадкой в болота мох размножают в местных питомниках.
Каждое высаженное растение регистрируется с помощью GPS-трекеров, что позволяет специалистам вести точный мониторинг приживаемости. На ферме Кингсдейл-Хед две трети территории площадью 610 гектаров занимают торфяные болота. Управляющий фермой Джейми Макьюэн отметил, что они уже начинают видеть «действительно хорошие результаты» от работ по восстановлению ландшафта, хотя полный эффект проявится в долгосрочной перспективе.