И кстати, позырил свежий полуторачасовой разбор Адама Нили "Suno, AI Music, and the Bad Future" — ловлю себя на том же ощущении: это не

И кстати, позырил свежий полуторачасовой разбор Адама Нили "Suno, AI Music, and the Bad Future" — ловлю себя на том же ощущении: это не просто критика очередного ИИ-инструмента, это честный взгляд на то, куда мы все катимся, если ничего не менять.

Адам берёт Suno не как игрушку, а как симптом: компания стоит уже 2,5 миллиарда долларов, CEO Mikey Shulman открыто говорит, что музыка — это больше не про артистов, а про "эмоциональное разрешение" любому человеку генерировать что угодно за секунды, без навыков, без влияний, без истории. И вот это "разрешение" — самая опасная вещь. Потому что оно позволяет штамповать бесконечные потоки конъюнктурной музыки: шаблонные хуки под тикток, биты под текущие тренды, всё оптимизировано под алгоритмы стримингов, под дослушивания, под шеры. Suno V5 уже выдаёт студийное качество, кастомные структуры, вокал по твоему голосу из голосовухи, и даже их новый AI-native DAW позволяет превращать любой промпт в полноценный трек. 100 миллионов пользователей, интеграция с лейблами вроде Warner — это уже не эксперимент, это фабрика.

Но Адам спрашивает: а где здесь влияние? Почему в сгенерированной музыке почти нет следов человеческих традиций, стилей, личного опыта? Он объясняет это deskilling (утратой навыков) и лёгким нарциссизмом: люди хотят мгновенный результат без труда, без обучения, без чужого голоса в голове. И алгоритмы, обученные на этом потоке, только усиливают цикл — они начинают предпочитать предсказуемое, гладкое, без шероховатостей. В итоге рынок тонет в контенте, где количество стримов побеждает всё, а настоящие музыканты чувствуют себя вытесненными.