С начала 2026 года российская налоговая система пережила серию знаковых изменений. Формально представленные как «тонкая настройка», поправки на деле затронули фундаментальные принципы, на которых годами строилась работа малого и среднего предпринимательства. На этом тревожном фоне прозвучало заявление главы думского комитета по финансовому рынку Анатолия Аксакова о возможном снижении НДС. Это был воспринято как важный сигнал: власть фиксирует растущее напряжение и ищет способы его снизить.
Контекст: почему разговоры о снижении НДС выглядят как «скорая помощь»
Основа для беспокойства бизнеса более чем серьезна. С января в силу вступил пакет поправок, кардинально меняющих правила игры:
- Массовая отмена региональных льгот по УСН.
- Резкое сокращение лимитов выручки для применения патентной системы.
- Перевод части «упрощенцев» на НДС из-за снижения порогов.
- Ужесточение условий для освобождения от НДС и новые страховые взносы, в том числе для «нулевых» компаний.
В этой ситуации инициатива по снижению НДС выглядит не столько продуманной экономической реформой, сколько попыткой сбить накал. Эксперты, однако, расходятся в оценках как вероятности такого шага, так и его истинных последствий.
Мнение экономиста: «Логично, но не системно»
Магомет Яндиев, доцент экономического факультета МГУ, считает потенциальное снижение НДС логичным, но не универсальным решением.
«В теории снижение налогов возможно в стране с низким уровнем участия государства в экономике и устойчивым бюджетным профицитом. Это процесс избавления от „лишних“ денег, которые государство не может эффективно освоить», — поясняет эксперт.
Ключевой вопрос, по его мнению, — выбор конкретного налога для корректировки. Снижение ставки, которая была недавно повышена, выглядит естественным. Однако российская специфика — высокое участие государства и способность бюджета осваивать практически любые суммы — исторически вела не к снижению, а к опережающему росту расходов.
«Обсуждаемое снижение НДС, безусловно, будет позитивно воспринято бизнесом, — резюмирует Яндиев. — Но оно носит „рукотворный“ характер и отражает скорее попытку восстановить политико-экономический баланс, а не свидетельствует о системном развороте налоговой политики».
Взгляд изнутри: «Стратегия дохлой собаки на столе»
Гораздо более жёсткую оценку даёт Янина Привалова, эксперт по налогам и основатель бухгалтерского бюро «ПедантЪ»: «Очередная дохлая собака на столе бизнеса. Законодательные изменения к худшему у нас всегда происходят „по просьбам трудящихся“. Со мной, сопровождающей более 220 компаний, никто не консультировался».
По её словам, повышение НДС стало лишь частью масштабного давления. «Новогодний подарок» включал не только рост НДС на 2%, но и свёртывание льгот по УСН, трёхкратное сокращение лимитов для патента и принудительный перевод «упрощенцев» на НДС. Причём многие лимиты были снижены ретроспективно, поставив бизнес в критическое положение.
«Только за сутки 30-31 декабря мы отправили 374 заявления о прекращении деятельности и начали 117 процедур ликвидации», — приводит шокирующую статистику Привалова.
В этой парадигме разговоры о снижении НДС эксперт трактует как элемент переговорной тактики: «Это имитация защиты. В переговорах это называется „стратегией дохлой собаки на столе“: сначала выдвигают шокирующее предложение, а затем заменяют его на чуть менее ужасное. На фоне всех ужесточений снизить НДС на 2% — отличный способ показать „заботу“ и отвлечь внимание».
Общий знаменатель: нужны не сигналы, а стабильность
Несмотря на разность подходов, оба эксперта сходятся в главном: бизнесу сегодня критически важны не обнадёживающие заявления, а конкретные законодательные решения и долгосрочная предсказуемость налоговой политики. Предпринимателям нужна ясность, чтобы строить стратегии, а не экстренно перекраивать бизнес-модели каждый год — или каждый квартал — под новые, зачастую неожиданные, правила игры.