Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Записки с кухни

«Чего орешь? Ноги раздвигать приятно было, а теперь терпи!» Как я рожала бесплатно и почему больше никогда не пойду в этот роддом

Роды — это лотерея. Если у тебя есть 100 тысяч на контракт, ты человек. Если нет — ты кусок мяса, который мешает персоналу пить чай.
Я рожала первенца. Мы с мужем решили не платить (“Зачем? Врачи же одни и те же, смена одна”). Какая же это была ошибка. Воды отошли в 3 ночи. Скорая привезла в дежурный роддом.
В приемном покое сонная медсестра встретила меня так, будто я к ней домой пришла денег просить.
— Чё приперлась? Схватки есть?
— Есть, — шепчу я, загибаясь от боли.
— Ну иди, переодевайся. Пакеты оставь, с собой только телефон и воду. И бахилы надень, натоптала тут. «Ты тут не одна» Подняли в родблок. Положили на кровать, подключили КТГ и… ушли.
Час лежу, два лежу. Боль усиливается, становится невыносимой. Я начала стонать. Потом вскрикивать.
Дверь открылась. Зашла акушерка — грузная женщина с каменным лицом.
— Ну чего ты воешь? Весь этаж разбудишь. Ты тут не одна.
— Мне больно… Посмотрите меня, пожалуйста…
— Рано еще смотреть. Первородка, до утра промучаешься. Терпи.
И ушла. В 6 у

Роды — это лотерея. Если у тебя есть 100 тысяч на контракт, ты человек. Если нет — ты кусок мяса, который мешает персоналу пить чай.
Я рожала первенца. Мы с мужем решили не платить (“Зачем? Врачи же одни и те же, смена одна”). Какая же это была ошибка.

Воды отошли в 3 ночи. Скорая привезла в дежурный роддом.
В приемном покое сонная медсестра встретила меня так, будто я к ней домой пришла денег просить.
— Чё приперлась? Схватки есть?
— Есть, — шепчу я, загибаясь от боли.
— Ну иди, переодевайся. Пакеты оставь, с собой только телефон и воду. И бахилы надень, натоптала тут.

«Ты тут не одна»

Подняли в родблок. Положили на кровать, подключили КТГ и… ушли.
Час лежу, два лежу. Боль усиливается, становится невыносимой. Я начала стонать. Потом вскрикивать.
Дверь открылась. Зашла акушерка — грузная женщина с каменным лицом.
— Ну чего ты воешь? Весь этаж разбудишь. Ты тут не одна.
— Мне больно… Посмотрите меня, пожалуйста…
— Рано еще смотреть. Первородка, до утра промучаешься. Терпи.
И ушла.

В 6 утра я уже не могла терпеть. Я начала кричать. Мне казалось, меня разрывает на части.
Акушерка зашла снова, уже с явной агрессией.
— Заткнись, я сказала! Истеричка. Как ноги раздвигать, так вам приятно было, а как рожать — так спасите-помогите? Знала, на что шла. Не в санаторий приехала.

Я плакала от обиды и унижения. Я была абсолютно беспомощна, привязана проводами к аппарату, голая, а эта женщина надо мной издевалась.
— Пить хочу… — попросила я.
— Вода в коридоре. Вставай и иди, если надо. Я тебе не официантка.

Финал

Когда начались потуги, я думала, рожу прямо на кровать. Я звала на помощь 20 минут. Никого!
Наконец, зашла врач (видимо, смена поменялась). Увидела меня и заорала:
— Головка уже лезет! Где акушерка?! Почему женщина одна?!
Только тогда забегали. Родила я быстро, слава богу, с ребенком все хорошо. Но то чувство животного страха и одиночества я не забуду никогда.

После родов та самая акушерка зашла в палату как ни в чем не бывало:
— Ну что, мамочка, поздравляю. Шоколадку-то нам подаришь? Мы старались.
Меня чуть не вырвало.

Девочки, милые, если есть возможность — платите. Или берите с собой мужа на роды. Потому что одну вас там просто морально уничтожат. Или мне просто не повезло со сменой?