Виктор тяжело вздохнул. Алена опять ему отказала, мотивируя тем, что сильно устала на работе и, вообще, настроения у нее нет. В последнее время это стало нормой. А ведь когда-то они не могли оторваться друг от друга.
Сколько раз Виктор пытался поговорить с женой. Ему хотелось выяснить, что происходит – он не верил, что можно так уставать каждый день. Но Алене эти разговоры не нравились. Она злилась, хлопала дверью, уходила в ванную – куда угодно, лишь бы ничего не обсуждать.
– Давай потом, – говорила жена, но это «потом» не наступало. Новый день, новые попытки и отговорки.
«И когда?» – думал Виктор. Причины отказа были разные, но всегда это был отказ – жена не хотела с ним близости. А Виктор все больше грустил, уходил в себя, злился. Семейная жизнь превратилась в поле боя, а он в роли просящего, но не получающего.
Но так было не всегда. В начале их совместной жизни жена сама проявляла инициативу. Они были максимально близки – и душевно, и физически. Их жизнь была наполнена счастьем, иногда они подолгу не могли оторваться друг от друга. Куда все это делось? Когда наступил перелом? Виктор не знал.
Часто он спал в другой комнате, пытаясь показать свою обиду. Но, казалось, жену это не особо тревожило, она спокойно засыпала, не пытаясь даже позвать мужа в кровать.
Сегодня Виктор очередной раз не выдержал. Он зашел к жене, ненадолго задержавшись в дверях спальни, словно в сомнениях.
Алена смотрела телевизор – там шел ее любимый сериал. И ей было интереснее, чем муж, стоявший на пороге их совместной спальни.
– Алён? – Виктор осторожно подошел к кровати, словно боясь нарваться на конфликт.
– Чего? – жена смотрела вопросительно.
– Ну ты же понимаешь, чего.
– Ой, опять. Слушай, Вик, сегодня был такой тяжелый день. Сил нет ни на что.
– У тебя и вчера не было, и каждый день их нет, – Виктор начал раздражаться.
– У меня тяжелая работа.
– У меня тоже. И вообще, я мужик.
– Но ты должен меня понять...
– А ты меня? Посмотри, что с нами стало. Ты не замечаешь? Как соседи живем. У меня есть потребности, а ты мне постоянно отказываешь!
– Ну вот, обидели. На обиженных, знаешь что? Не дают ему. А ты только о себе думаешь.
– Это неправда.
Виктор резко развернулся и вышел из комнаты. Снова бесполезный разговор, язвительность жены, его обида.
Утро встретило ярким солнцем в окно. Только в семейной жизни царила тьма. Алена молча налила себе и Виктору кофе. Он даже не сказал «спасибо» – не хотелось.
– Приду поздно, – сказал Виктор перед уходом.
– Хорошо, – Алена равнодушно кивнула. Кажется, ей было все равно.
После работы Виктор не торопился домой. Он зашел в небольшое кафе, сел в самый дальний угол. Ему хотелось подумать, принять окончательное решение. Было горько. Он смотрел на чашку кофе, которая медленно остывала, также, как остывали их чувства женой.
– У вас что-то случилось? – на него смотрела юная официантка.
– Да, пожалуй, что-то случилось.
– Если хотите, могу предложить напиток покрепче, может, он немного поднимет вам настроение. – Девушка слегка улыбнулась.
– Пожалуй, да. – Пить особо не хотелось, но Виктору и правда надо было расслабиться.
Домой он пришел поздно. Медленно брел по улице, словно растягивая время. Но вот знакомый подъезд, дверь в квартиру.
Тишина – вот что его встретило. Жена не вышла, не предложила ужин. От этого стало еще грустнее – хотя бы еды Алена могла предложить.
Виктор не стал заходить в спальню к жене, ушел в соседнюю комнату. Включил телевизор, но смотрел мимо него. Не спалось.
Вошла жена. Она подошла к Виктору. Он даже не глянул на нее, делая вид, что не замечает.
– Ты на меня обиделся, – то ли утвердительно, то ли вопросительно сказала Алена. Виктор молчал. – Извини.
Алена села на край кровати. Виктор молчал.
– Понимаешь, я очень устала. Все навалилось. Быт, работа. Помнишь, как все начиналось? Свидания, цветы. Я чувствовала себя женщиной. А сейчас нет. Словно придаток к семье.
– А как я себя чувствую, ты не подумала? Я приношу в дом деньги, ты воспринимаешь это как должное. А больше – ничего. Ноль понимания, внимания. Ты отстраняешься. Что должен чувствовать я?
– Давай попробуем все исправить. Иначе эти годы были потрачены зря.
– Давай. Попробуем.
***
Вначале все было хорошо. Они стали больше проводить время вместе. Виктор сводил Алену в кино. Они ходили в кафе или просто гуляли по набережной. Разговаривали. Вспоминали, что было. Делились новостями.
Виктор думал, что жизнь начинает налаживаться. Только продлилось это недолго.
Однажды Виктор задержался на работе – был сложный проект. Он обещал Алене прогулку, но время было позднее, да и устал он сильно.
Алена обиделась. Просто на пустом месте.
– Я же был на работе! Ты понимаешь, что есть и другие вещи, кроме прогулок. Понимать же надо.
– Ах, ну да. Другие вещи. Они важнее, чем твоя жена!
– Что ты опять начинаешь? Не надолго же тебя хватило!
– Я начинаю? А ты? То есть, это я опять виновата? Удобно же. Ты как всегда не при чем. Все хватит, надоело. – Алена перешла на крик, затем громко хлопнула дверью спальни.
Виктор в шоке смотрел ей вслед.
Следующее утро выдалось напряженным.
– Доброе утро, – сказал Виктор.
Алена не ответила. Молча налила себе кофе.
Виктор думал, что к вечеру она оттает, но жена демонстративно не хотела с ним разговаривать. Перестал делать попытки поговорить и Виктор.
Но долго так продолжаться не могло. Жить в состоянии вражды Виктору не нравилось. Все-таки Алена была его жена, а не чужой человек. Пока еще жена. Он понимал, что до развода недалеко.
Вечером он застал ее на кухне.
– Надо обсудить.
– Что? – Алена ответила грубо.
– Так больше продолжаться не может. Я люблю тебя, но мы как чужие.
– И что ты предлагаешь?
– Сходим к психологу.
– Чего? – Алена рассмеялась. – И чем он поможет? Психологи – шарлатаны, только деньги дерут.
– Надо же что-то делать? Так больше нельзя.
На него смотрели равнодушные глаза жены. Она не хотела ничего делать. И, нет, это была не усталость, а именно равнодушие. Словно часть ее души где-то потерялась.
– Я не могу так больше жить.
Виктор собирал свои вещи. Алена молчала. Она не пыталась его остановить.
– Поживу пока у родителей.
Алена молча пожала плечами.
***
Прошло три недели. Виктор не звонил, не пытался писать. Он ждал, что Алена одумается. Она молчала.
Однажды они случайно встретились возле торгового центра. Виктор шел в задумчивости, когда его окликнул знакомый голос.
– Привет. – рядом с ним стояла Алена.
– Привет. – Виктор хотел уйти.
– Как ты?
– Нормально. У меня много дел.
– Я сходила к психологу. – Алена посмотрела на Виктора.
– Рад за тебя.
– Вик, – Алена замялась, – может встретимся в нашем кафе. Поговорим?
Виктор задумался. Слабая надежда, что что-то изменится все-таки тлела в нем.
– Хорошо. Только завтра, сегодня я занят.
Виктору надо было подумать. Он не знал, о чем общаться с Аленой. Да и не верил он особо, что она изменилась. Но на встречу согласился, сам не зная, зачем.
Они встретились в кафе, в которое часто ходили вдвоем. Интерьер давно не менялся, но место было уютным: небольшие столики, на которых стояли крошечные вазочки с цветами, светло-зеленые стены, мягкий зеленый диван в углу – они любили на нем сидеть.
Виктор не знал, с чего начать. Время словно остановилось.
– Как ты? – спросил Виктор только ради того, чтобы прервать тишину.
– Вроде нормально. Но чего-то не хватает. Знаешь, усталость какая-то. – Алена смотрела отрешенно. В ее взгляде не было прежней искры и теплоты, которые так любил когда-то Виктор. – Я не могу тебя понять. Ты то хочешь быть рядом, то отстраняешься, а сейчас вообще уехал. Я не знаю, что ты хочешь. Ты меня обвиняешь, а сам?
Виктор молча смотрел на нее. Что он должен был сказать на это?
– Вик, ты же сам все разрушил. Мне надо было немного понимания.
– А мне? Я для семьи все делал. А ты мне отказывала. Отказывала, слышишь? Я мужчина, ты моя жена. Я не монах.
– Виктор, а кроме твоих потребностей что-то существует? В какие рамки ты меня загнал? Я должна была отчитываться тебе обо всем. С подругами встречаться нельзя. Лишние покупки – скандал. Я устала от этого, понимаешь? Я не вещь, не игрушка. И меня не надо контролировать. Любящие люди доверяют друг другу, но ты все разрушил.
– Ты меня любишь?
– Наверное, уже нет. Как можно любить того, кто тебя не слышит?
Виктор смотрел на свою жену. Уехав к родителям, он хотел проучить ее.
Но оказалось, что она все решила.
Разговор поставил окончательную точку. Они стали чужими людьми.
Если нет любви, то и нет смысла сохранять отношения.
Виктор подал на развод. Принесло ли это ему облегчение? Возможно. Но осталась горечь. Об утрате. И злость, что его не поняли. Его брак распался, но винить в этом некого.