— Ты думаешь, я не вижу, как ты на неё смотришь? — голос Лидии дрожал от ярости.
Тимур молча отвернулся к окну. Его жена стояла посреди гостиной, сжимая в руках телефон так, словно хотела раздавить его в порошок.
Но это было потом. А началось всё совсем иначе.
Три месяца назад Лидия Сергеевна впервые увидела мужа своей племянницы и поняла — вот он, тот самый человек, которого она искала всю жизнь. Высокий, статный, с умными глазами и уверенными движениями. Тимур руководил небольшой, но успешной строительной фирмой. Рядом с ним её племянница Злата выглядела бледной тенью.
Лидия недавно развелась. Брак оказался пустой оболочкой, из которого она вырвалась с облегчением. Сорок два года — возраст, когда женщина ещё полна сил, но уже понимает цену настоящим чувствам. Или тому, что принимает за них.
Она начала приезжать к племяннице чаще. Всегда находила повод — то пирог испекла, то книжку для малыша принесла. Злата радовалась визитам тёти, не замечая, как та задерживает взгляд на Тимуре, как ищет возможности оказаться с ним наедине.
— Лида, останьтесь на ужин, — приглашал Тимур, не подозревая ничего дурного. Он привык к родственникам жены, относился ко всем с ровным дружелюбием.
— Спасибо, Тимоша, с удовольствием.
Злата улыбалась, накрывая на стол. Их дочке Варваре было всего два года, и молодая мама целиком растворилась в заботах о ребёнке. Тимур работал допоздна, выбивался из сил, чтобы обеспечить семью.
Лидия наблюдала. Анализировала. Искала слабые места в их отношениях.
И нашла.
Злата устала. Она не высыпалась, постоянно была на нервах из-за детских капризов, дом превратился в бесконечный круговорот уборки, готовки и стирки. Тимур приходил поздно, падал без сил. Они почти не разговаривали. Между супругами выросла стена из быта и недосказанности.
— Златочка, ты совсем замоталась, — сочувственно говорила Лидия, помогая племяннице разобрать игрушки. — Может, тебе отдохнуть? Я посижу с Варенькой, а ты съезди куда-нибудь, развейся.
— Да куда я поеду? — устало отмахивалась Злата. — У меня столько дел.
— Вот поэтому у вас с Тимуром и проблемы, — вздыхала Лидия. — Мужчине нужна не только хозяйка, но и женщина. Он же живой человек, ему внимание нужно.
Злата хмурилась, но промолчать не могла:
— Какие проблемы? У нас всё нормально.
— Если ты так думаешь, дорогая.
Лидия умело сеяла зёрна сомнения. Капля за каплей точила камень уверенности племянницы в своём браке.
А параллельно начала работать над Тимуром.
— Тима, я тут случайно узнала про интересный проект, — Лидия поймала его как-то вечером, когда Злата укладывала ребёнка. — Один мой знакомый ищет подрядчика для строительства коттеджного посёлка. Большие деньги, серьёзные люди. Хочешь, познакомлю?
Тимур насторожился. В бизнесе он был осторожен, не любил скоропалительных решений.
— Спасибо, Лидия Сергеевна, но у меня своя клиентская база.
— Понимаю, — она кивнула, словно принимая отказ. — Просто жаль. Такая возможность редко выпадает. Ну да ладно, сам решай.
Она не давила. Просто время от времени упоминала о знакомствах, связях, возможностях. Создавала образ успешной деловой женщины, которая может быть полезна.
Тимур оставался вежливым, но холодным. Лидия это чувствовала и злилась. Она не привыкла, чтобы мужчины оставались к ней равнодушными.
Тогда она решила действовать радикальнее.
В её жизни появился Степан Олегович — старый приятель, которого она когда-то знала по работе. Разведённый, циничный, готовый за деньги на многое. Лидия пригласила его в кафе и изложила свой план.
— Мне нужно, чтобы ты помог разрушить один брак, — сказала она без обиняков.
Степан усмехнулся:
— Романтика. И что я должен сделать?
— Познакомиться с одной женщиной. Начать за ней ухаживать. Она замужем, но сейчас переживает кризис. Думаю, будет не против мужского внимания.
— А дальше?
— А дальше я сама разберусь, — Лидия придвинула к нему конверт. — Это аванс. Остальное получишь, когда они разведутся.
Степан пересчитал купюры и кивнул:
— Годится. Рассказывай подробности.
Злата ходила в фитнес-клуб дважды в неделю. Это была её единственная отдушина — час времени только для себя. Там она могла забыть о домашних делах, сосредоточиться на своём теле, почувствовать себя не матерью и женой, а просто женщиной.
Степан появился в том же клубе через неделю. Высокий, подтянутый, с обаятельной улыбкой. Он занимался рядом, иногда бросал дружелюбные взгляды, но не навязывался.
Однажды помог ей со снарядом. Потом угостил кофе в баре клуба. Разговорились.
Злата наконец почувствовала, что кому-то интересна. Степан слушал её, задавал вопросы, смеялся над её шутками. Внимание, которого так не хватало дома.
Они начали переписываться. Невинные сообщения о тренировках, потом о жизни, о проблемах. Злата рассказывала о своей усталости, о том, что муж стал отдалённым.
— Это временно, — утешал Степан. — У всех семей бывают кризисы.
Но параллельно он подбрасывал сомнения:
— Хотя если мужчина действительно любит, он находит время для жены. Несмотря ни на что.
Злата задумывалась. А ведь правда. Когда Тимур последний раз интересовался её чувствами? Когда они в последний раз говорили не о квартплате и детском садике?
Лидия наблюдала, как племянница меняется. Злата стала чаще смотреть в телефон, улыбаться каким-то своим мыслям. Появился блеск в глазах, который давно погас.
— У тебя всё хорошо? — спросила Лидия однажды, изображая заботу.
— Да, просто устала немного.
— Ты стала какая-то... другая. Будто светишься изнутри.
Злата смутилась и ушла на кухню. Лидия торжествовала. План работал.
Она позвонила Степану:
— Пора переходить к следующему этапу.
— Какому именно?
— Свидание. Настоящее. В ресторане. И чтобы об этом узнал её муж.
— Как скажешь, — Степан отключился.
Лидия сама подбросила Тимуру информацию. Она якобы случайно увидела Злату в ресторане с незнакомым мужчиной и решила сообщить племяннику. Из лучших побуждений, разумеется.
— Тим, мне неловко это говорить, — голос Лидии дрожал от наигранного волнения. — Но я сегодня видела Златочку. Она ужинала с каким-то мужчиной. Они сидели очень близко, смеялись. Я не хотела вмешиваться, но ты же должен знать.
Тимур молчал. В трубке повисла тяжёлая тишина.
— Может, это просто знакомый, — продолжала Лидия, вливая яд. — Но мне показалось... В общем, будь внимателен. Я же переживаю за вас.
Когда Тимур положил трубку, руки у него тряслись. Он не верил. Не мог поверить. Злата? Его Злата?
Но вечером, когда жена вернулась домой, он не выдержал:
— Где ты была?
— В фитнесе, как обычно.
— Только в фитнесе?
Злата покраснела:
— Потом заехала в магазин.
Она соврала. Впервые за годы брака соврала мужу. Потому что действительно ужинала со Степаном. Он пригласил её после тренировки, и она согласилась. Просто поговорить, просто поужинать. Ничего особенного.
Но почему-то соврала.
Следующие недели стали адом. Тимур замкнулся, стал холоден и отстранён. Злата металась между чувством вины и обидой. Почему он смотрит на неё с подозрением? Почему не спросит прямо?
А Лидия подливала масло в огонь. То Тимуру что-то намекала, то Злате жаловалась, что племянник выглядит несчастным.
— Вы разве не видите, что разрушаете семью? — говорила она с укором. — Надо что-то делать.
— А что делать? — срывалась Злата. — Он со мной даже не разговаривает нормально!
— Может, у него есть причины? — мягко намекала Лидия.
Злата плакала по ночам. Тимур уходил спать в другую комнату, ссылаясь на усталость.
Степан продолжал писать, предлагая встретиться. Злата отказывалась, но его сообщения грели душу. Хоть кто-то помнил о её существовании.
Однажды вечером Тимур не выдержал. Они поругались из-за какой-то ерунды — Злата забыла купить хлеб. Мелочь, но она стала последней каплей.
— Ты вообще здесь живёшь? — закричала Злата. — Или я одна в этой квартире?
— Я работаю! Зарабатываю деньги для этой семьи!
— А я что делаю? Развлекаюсь? Я круглые сутки с ребёнком, без выходных, без сна!
— Зато есть время на рестораны!
Злата замерла:
— О чём ты?
— Ты знаешь о чём! — Тимур развернулся и хлопнул дверью.
Злата рухнула на диван и разрыдалась. Варвара проснулась от крика и тоже заплакала. Дом превратился в место боли и недоверия.
Лидия торжествовала. Ещё немного — и они разведутся. Тогда она сможет «случайно» оказаться рядом с Тимуром в трудную минуту. Поддержать, утешить, показать, какой она может быть.
Но она не учла одного. Степан устал играть роль.
Он пришёл к Злате однажды вечером, когда Тимур был на работе. Позвонил в дверь, она открыла с удивлением.
— Степан? Что ты здесь делаешь?
— Мне нужно кое-что тебе рассказать, — его лицо было серьёзным. — Можно войти?
Злата пропустила его, недоумевая. Они сели на кухне, и Степан выложил всё.
Про Лидию. Про деньги. Про план разрушить брак. Про то, что все их случайные встречи были подстроены.
Злата слушала, и мир рушился вокруг неё. Тётя. Родная тётя. Женщина, которой она доверяла.
— Почему ты мне это говоришь? — хрипло спросила она.
— Потому что надоело, — Степан встал. — Я согласился на эту авантюру ради денег. Но ты оказалась хорошим человеком. Не хочу, чтобы из-за меня разрушилась настоящая семья. У тебя есть дочь, муж, который любит тебя, несмотря на всё. А у меня только пустота.
Он ушёл, оставив Злату в шоке.
Когда Тимур вернулся домой, жена сидела в гостиной с телефоном в руках. На экране была включена запись разговора — Злата успела позвонить Степану снова и попросила повторить всё при включённом диктофоне.
— Послушай это, — она протянула телефон мужу.
Тимур слушал, и лицо его менялось — от недоверия к гневу, от гнева к потрясению.
— Господи, — прошептал он. — Лидия?
— Да. Моя родная тётя.
Они смотрели друг на друга, и впервые за недели увидели друг друга настоящими. Не врагами. Не чужими. А людьми, которых пытались разлучить.
— Я идиот, — Тимур сел рядом. — Я поверил. Усомнился в тебе.
— А я виновата, что дала повод, — Злата взяла его за руку. — Я и правда увлеклась вниманием Степана. Мне так не хватало тепла, общения. Но я никогда не изменяла тебе, даже в мыслях.
— Знаю. Прости меня.
Они обнялись, и обоим стало легче. Словно тяжесть, которая давила на грудь неделями, наконец отпустила.
С Лидией разговор был коротким. Тимур позвонил ей на следующий день.
— Мы знаем, что вы сделали.
— О чём вы? — голос тёти звучал напряжённо.
— О том, что вы наняли человека, чтобы разрушить наш брак. О том, что вы плели интриги, врали, манипулировали.
Лидия молчала.
— Больше никогда не появляйтесь в нашей жизни, — жёстко сказал Тимур. — И если я узнаю, что вы пытаетесь как-то навредить нам, я подам на вас в суд. У нас есть доказательства.
Он отключился. Злата стояла рядом, её лицо было бледным, но решительным.
— Как ты? — спросил Тимур.
— Больно. Но правильно.
Прошло полгода. Тимур и Злата научились разговаривать. Настоящим разговорам — о чувствах, о страхах, о желаниях. Они начали ходить к семейному психологу, который помог им понять ошибки и найти путь друг к другу.
Злата вышла на работу — устроилась дизайнером в небольшую студию. Работа на полставки позволяла совмещать карьеру и семью. Варвару отдали в детский сад, и девочка расцвела в окружении других детей.
Тимур научился делегировать часть дел в фирме и приходить домой вовремя. Они снова начали ужинать вместе, гулять по вечерам, говорить о планах.
Степан прислал Злате одно сообщение:
«Рад, что у вас всё наладилось. Извините за всё».
Она не ответила. Просто удалила его контакт. Эта страница была закрыта.
А Лидия осталась одна. Она пыталась оправдываться, звонила Злате, писала длинные сообщения о том, что хотела как лучше, что переживала за племянницу.
Но Злата не отвечала. Она поняла — некоторые люди настолько погружены в свои иллюзии и желания, что готовы растоптать чужое счастье. И единственный способ защититься от таких — закрыть им доступ в свою жизнь.
Однажды вечером, когда Варвара спала, а за окном падал снег, Тимур и Злата сидели на кухне с чаем.
— Знаешь, — сказала Злата, — я благодарна ей.
— Кому? Лидии?
— Да. Если бы не эта история, мы бы продолжали отдаляться друг от друга. Молча, постепенно, до полного разрыва. А так мы получили шанс всё исправить.
— Странная благодарность, — усмехнулся Тимур. — Но в чём-то ты права.
Он поцеловал жену в висок:
— Главное, что мы выстояли. Вместе.
— Вместе, — эхом повторила Злата.
За окном метель разошлась не на шутку, но в их доме было тепло и спокойно. Они прошли через бурю и вышли из неё сильнее.
А где-то в другом конце города Лидия сидела в пустой квартире и понимала — в погоне за чужим счастьем она потеряла своё собственное. И вернуть его уже не получится.