Жили-были в доме великом, что на площади Кудринской стоит, словно исполин каменный, добрые люди. Дом был знатный, высотой до облаков, а душа у него – домофон, через который гости голос подают. Но случилась беда – захворал домофон, замолк навеки, ни гука, ни писка. А без голоса домового – хоть в рупор кричи с улицы.
Созвал тогда Председатель совета, мудрый муж Степан Палыч, собрание небывалое. Сошлися жители в клуб, что в недрах дома, меж труб тепловых и старых лыж.
Глава 1. Собрание чудесное
Открыл заседание Степан Палыч, стукнув кружкой об стол (протокола он не нашёл). «Товарищи! – возгласил он. – Замолчал наш электронный страж. Ни пиццу не принять, ни тёщу не проверить. Надо мысль думать».
Первым слово взял дед Архип, жилец с первого этажа, слывший великим знатоком. «А я говорил – нечего было с кнопками иностранными связываться! Надо было верёвку из окна спускать с колокольчиком, как при царе Горохе! Экологично и надёжно!»
Бабушка Аня, с седьмого, ему в ответ: «Какая верёвка, Архип? У нас дом – небось 31 этажей! Ты мне верёвку-то, длиной с Октябрьскую железную дорогу, где достанешь? И кто её внизу дёргать будет? Собаки только!»
Глава 2. Прения да предложения
Тут встал молодой IT-шник Коля, с 14-го. «Коллеги, – говорит, – я провёл анализ. Проблема в модуле сопряжения голосового интерфейса с панелью ввода. Проще говоря, в моське нашего домофона. Нужно кабель патч-корд обжать, провести ребут системы и, возможно, залить новую прошивку».
Воцарилась тишина. Только слышно, как у бабы Глаши из 33-й квартиры в сумке кот мурлычет.
«Переведи, – попросила баба Глаша. – На русский, милок».
«Молотком стукнуть надо, да покрепче», – перевёл дед Архип.
Глава 3. Мистическая
Бабушка Вера, с 17-го, знавшая все домовые слухи, таинственно произнесла: «А я слышала, что это Марья Петровна с 45-й наговор сделала. Ей в прошлый раз курьер цветы не туда доставил, она и обиделась. Надо солью на панельку посыпать после заката».
«Вера, – вздохнул Степан Палыч, – у нас панелька на улице. Соль дождиком смоет. Да и курьеров жалко – они потом скользить будут».
Глава 4. Финансовая
Самая важная часть. «Деньги собирать надо!» – как один, сказали все.
«Сколько?» – спросил практичный дед Архип.
«Смету делать!» – воскликнул Степан Палыч.
«Смету – это недели на две бумажной волокиты, три заседания и четыре версии документа! – зашептались жители. – А мы пока как? По Максу из окна гостям передавать пароль от двери?»
Глава 5. Чудесное явление и развязка
И тут, в самый разгар прений о том, чья очередь будет внизу у двери с блокнотом дежурить, дверь в клуб скрипнула. Вошёл Петрович, дворник, человек молчаливый и рукастый.
Все замолчали. Петрович положил на стол перед Степаном Палычем предмет: чёрный, пыльный, с торчащими проводками.
«Это что?» – спросил Председатель.
«Трубка от домофона, – хрипло ответил Петрович. – Там, в щитке, она отсохла. Я её скруткой починил. Работает».
«Как отсохла?.. Как скруткой?.. Почему не через смету?..» – загалдели было все.
Но Петрович, уже выходя, бросил: «А я в щиток за пылесосом полез. Увидел. Починил. Всё. Можно расходиться».
Повисла тишина. Великое собрание, длившееся два часа, где были предложены: верёвка, заговор, новая прошивка и дежурство с блокнотом – оказалось ненужным. Проблему решил один человек за десять минут, просто заглянув в щиток.
Эпилог
С тех пор на Кудринской, 1, домофон работает. Но Совет дома до сих пор собирается раз в месяц и с опаской поглядывает на Петровича. А в протоколах теперь отдельным пунктом записано: «Перед принятием решения – спросить Петровича. А то вдруг опять всё просто?»
И жили они если не совсем счастливо, то уж точно с исправным домофоном. А дед Архип до сих пор носит в кармане колокольчик. На всякий случай, если прогресс снова подведёт.
