Сложно давать советы и рассуждать о тяжести переживания подросткового возраста. Тогда ты обязан быть стойким к нападкам, издевательствам, оскорблениям своего окружения. Не давать и не показывать слабину, или же отстраниться от устоявшегося круга и постараться держаться от них в стороне. И то, и другое, достаточно едкое испытание. Но такова жизнь, её процесс социализации. По крайней мере, так было принято думать до недавнего времени. И только теперь эта практика считается порочной. А начиналось всё с тех немногих, решившихся противостоять общей традиции и пресекать такое токсичное поведение. Как, например, Бен, только что переехавший на новое место и сразу же записанный матерью в секцию водного поло. Атмосфера в коллективе тринадцатилетних ребят была нормальная, как и всегда в подобной среде. Правда, один мальчик, Илай, казался отстранённым и не слишком желаемый остальными. Всё из-за угревой сыпи, которую прочие прозвали «чумой». И на этом основании парнишку всё более начинали травить. Чему постарался сопротивляться милосердный Бен, вскоре сам «заразившийся» инаковостью.
Тема трудностей, связанных с переходным возрастом, всех переживаний, принимаемых в этот период решений, трусости друзей, подлости взрослых, она, конечно, вечна. Это важный этап развития личности, равно как и освещение его на большом экране. Пусть не всякому станет успокоением очередная картина о проблемах сверстников, однако, есть такая вероятность, кому-то окажется легче, и они смогут найти выход из, ранее казавшейся безвыходной, ситуации. Правда, сама тематика, достаточно щепетильна, ведь тонкие душевные нити тринадцатилетнего мальчишки куда более чувствительны, и раскрыть весь объём, бурю эмоций, с точностью и нужной интонацией, способен не каждый. Однако в данном случае, хоть это его дебют, режиссёр Чарли Полинджер создал достаточно подробный, и в тоже время не обременённый мрачными оттенками, анализ истории одного подростка, решившего начать быть, но не казаться. Получилось без разрыва аорты и натруженных вен, но с чувственностью и всепрощающей любовью. В общем так, как теперь принято отражать повести о настоящем человеке, без особенных потрясений и с невероятной терпимостью ко всем персонажам.
Кино, как это ни парадоксально, выстроено таким образом, что всё в нём происходит прямо как в жизни. То есть травля по-настоящему осуществляется не ежесекундно, она мгновенна. Весь её вред не в плотности периодических манипуляций жертвой, а в силе воздействия. Она может происходить разово, или быть ненавязчивой, но её эффект в том, что для психики подростка она оказывается непереносимым страданием. И тогда случается тот перелом, которого и ждут агрессоры. Так вот авторы интуитивно, иначе это невозможно осуществить, на чувствах и, возможно, собственных воспоминаниях, стараются воссоздать этот удушающий под одеялом с тараканами, воздух надругательства над несформировавшейся ещё личностью. Они более психологически, нежели действиями, демонстрируют многие стороны отношений в условиях, когда напряжение нарастает и дети переключают ненависть с уже привычного объекта надругательств, на новый. А в таких случаях кара возводится в степень и новеньким приходится куда более тягостней, как и Бену. Однако водная среда, в которую иногда окунаются дети, она всех остужает, в том числе восприятие серьёзности происходящего зрителями.
Чума вполне соотносится с теми новыми формами, которые теперь приняты для фиксации подобных историй. Это драма мальчика, попытавшегося стать собой в очень агрессивной среде, достаточно показательна и может стать образцом для разрешения подобных проблем. В ней отсутствуют какие-либо угнетающие сознание ребёнка элементы (напряжённая музыка, резкая смена кадра и т.д.), зато есть немного от боди-хоррора, без которого, кажется, не обходится ни одно социально значимое кино. Его не сложно смотреть, мы часто сами становились свидетелями намного более жёстких сцен. Однако впечатления после просмотра остаются не самые радужные, хоть Бен и находит выход, достаточно остроумный, из очень трудной ситуации. И когда на танцполе заиграла знакомая музыка а близкого друга отвезли на скорой пришивать палец, он стал окончательно свободным и уже никогда не окажется утопляемым сверстником под водой.