1980 год, тихий городок Сент-Джозеф в штате Миссури. Мать Патриции Джешки – местной библиотекарши не смогла дозвониться до дочери и пошла к ней домой.
Открыв дверь дома, она увидела ужасную картину: её дочь лежала на полу, рядом оборванный от аппарата телефонный шнур. Мать вызвала полицию.
Осмотрев место происшествия, никаких улик полицейские не обнаружили. По отсутствию следов борьбы и лишь по телефонному проводу, как орудию преступления, полицейские (почему-то) предположили, что преступницей могла быть женщина.
Они стали проверять окружение погибшей, а также посетителей библиотеки (вдруг с кем-то на работе поссорилась, ведь с разными людьми приходилось общаться). У её коллег стали спрашивать: были ли среди посетительниц какие-то подозрительные личности.
Им ответили, что странной была девушка, часто посещавшая библиотеку и проводившая много времени с книгами, у которой были очки с очень большими диоптриями (вероятно, у неё было очень плохое зрение).
Полицейские установили личность этой девушки – 20-летняя Сандра Хемме.
Девушка находилась на учете в психиатрической клинике. Всё было бы хорошо, если бы порой её не охватывали панические настроения из-за появления в её голове посторонних голосов. Во время обострения таких состояний Сандру периодически госпитализировали.
Вот и сейчас полицейские установили, что она находится в стационаре на очередном излечении.
«Удобный» подозреваемый – решили полицейские.
В больнице, находясь под воздействием медицинских препаратов, под давлением полицейских и без адвоката, Сандра Хемме призналась в совершении преступления.
Её арестовали. До суда её неоднократно допрашивали, чтобы из тех рассказов, которые она меняла раз за разом выстроить нечто стройное и логичное. Не получилось. Показания Сандры Хемме на следствии были меняющимися и непоследовательными.
При таких обстоятельствах на суде обвинители настаивали принять за основу её первоначальные признательные показания, данные ею в больнице.
Самое интересное, что на суде у неё был адвокат, который не настаивал ни на исключении вообще из дела этих незаконно отобранных первоначальных показаний, ни даже на назначении судебно-психиатрической экспертизы. Государственный адвокат. Сидел, молчал и подписывал документы, со всем соглашаясь и не выполнив ни единого действия по защите своей клиентки.
Родители Сандры на суде говорили, что их дочь больна, что под воздействием медикаментов и не исключаемого ими воздействия полицейских она себя оговорила. Но… что они могли с молчащим адвокатом и желавшим поскорее закрыть дело судьёй.
Так в 1981 году отбывать пожизненный срок отправилась больная девушка, против которой не было ни одной улики!
Её родители писали многочисленные жалобы. Дело переслушивалось в апелляционных инстанциях, где Сандра уже последовательно и однозначно давала показания о самооговоре под давлением полицейских.
«Чтобы убедить меня в том, что я была на месте преступления, у полицейских ушли день или два – к тому моменту я сама была уверена, что я была там», - говорила она.
Бесполезно («первое слово дороже второго»). Приговор устоял.
В 2022 году юристы организации Innocence Project, занимаясь по большому количеству дел пересмотром ошибочных приговоров, взялись и за дело Сандры Хемме.
Они раздобыли прессу того времени, в которой было несколько статей о том, что якобы не просто так обвинили больную, не могущую себя защитить, обычную девушку; что якобы тем самым полицейские и судьи скрыли истинного преступника … своего коллегу-полицейского.
Адвокат этой организации вступил в дело официально и изучил его.
Во-первых, он был поражен не только полным отсутствием улик в отношении осужденной Сандры, но и поведением на суде своего коллеги адвоката и неназначением судебно-психиатрической экспертизы, что просто обязательно для такой подсудимой!
Во-вторых, он увидел в материалах дела именно то, на что намекали газеты. И это то, что он увидел не получило никакой юридической оценки не только на стадии следствия, но и в суде (ибо, вероятно, судья читал дело прежде, чем выносить приговор).
В деле были показания свидетелей о том, что перед преступлением у дома погибшей библиотекарши соседи видели автомобиль офицера полиции Майкла Холмана, о котором говорили, что он имел с ней близкие взаимоотношения.
И, оказывается, даже обыск в его доме проводили, где нашли серёжки Патриции.
А ещё, он пытался воспользоваться её кредитными картами после её гибели.
Майкл Холман был уважаемым полицейским, и детективы сочли, что это всё – косвенные доказательства, которые можно объяснить и без привязки к совершенному преступлению.
Как бы то ни было, адвокат строил свою защиту не на Холмане, а на полном отсутствии доказательств в отношении Сандры Хемме.
В июне 2024 года судья официально отменил обвинительный приговор Сандре Хемме, признав её невиновной. Но на этом борьба не закончилась, ибо обвинители не могли потерпеть такое поражение. Прокуроры (в том числе и Генеральный прокурор штата) пытались оспорить это решение, подав апелляцию на основании старых аргументов.
Однако в октябре апелляционный суд полностью поддержал решение суда первой инстанции, и путь к свободе Сандры был окончательно открыт.
Через 43 года! … Вся жизнь!
Наконец, в июле 2024 года 64-летняя Сандра шагнула за ворота тюрьмы, где её встретили сестра, дочь и внучка.
43 года в тюрьме не за своё преступление – это рекорд для США.
Это целая украденная жизнь по причине преступности системы правосудия.
