Представьте такую картину: середина февраля, за окном снег или слякоть, а на витринах — взрыв красного и розового. Сердечки, цветы, плюшевые мишки. День святого Валентина. Для одних это милый повод сказать «люблю», для других — навязанный маркетологами фальшивый праздник. А что говорит об этом Церковь? Вернее, что говорят Церкви — Православная и протестантские? Их мнения, как оказалось, могут быть очень разными, и спор идет не столько о подарках, сколько о самом главном: что такое настоящая любовь.
Православие: «Это не наш святой, и не наш день»
Сразу к сути: в календаре Русской православной церкви нет праздника «День всех влюбленных» 14 февраля. И святой, которого вспоминают в этот день на Западе, для православия — не совсем тот и не тогда. Почитаемых мучеников с именем Валентин несколько, и память их отмечается в другие дни: например, 19 июля и 12 августа. А 14 февраля православные чтят память другого святого — мученика Трифона, а вечером готовятся к большому празднику — Сретению Господню.
Почему такая строгость? Причин несколько, и они глубже, чем простое нежелание «перенимать западное».
1. Сомнительное прошлое. Многие священники указывают на языческие корни даты — древнеримские луперкалии, праздник плодородия с разнузданными обрядами. Хотя прямая историческая связь спорна, сам факт такой «родословной» заставляет насторожиться.
2. Подмена понятий. Главная претензия — в том, что праздник культивирует легкомысленную «влюбленность» (которая быстро проходит), подменяя ею глубокую, жертвенную христианскую любовь-агапе. Патриарх Кирилл называл его «пропагандой отношений, не имеющих ничего общего с настоящей любовью». Акцент на конфетах и букетах может заслонить собой ежедневное служение ближнему.
3. Агрессивная коммерция. Церковь сожалеет, что светлый образ мученика полностью поглотила «маркетинговая история». Любовь становится товаром, а чувства привязываются к обязательному ценнику.
Но значит ли это, что православному человеку грешно подарить цветы 14 февраля? Многие священники говорят: нет, не грешно, если это искренний порыв, а не слепое следование тренду. Опасность не в подарке, а в том, чтобы «полностью погрузиться в конфетно-букетную суету и забыть о милосердии». Как альтернативу Церковь предлагает свой идеал — День семьи, любви и верности 8 июля в память о святых Петре и Февронии, чья история — о верности в болезнях, испытаниях и до самой смерти.
Протестантский взгляд: «Повод напомнить о любви Божьей»
У протестантов, особенно у представителей евангельских церквей, подход часто более прагматичный и менее связанный с церковным календарем. Поскольку в протестантской традиции нет культа святых, фигура самого Валентина отходит на второй план. Важнее становится содержание.
Протестантские пасторы видят в этом дне прежде всего возможность:
· Говорить о библейских ценностях. «В христианстве любовь представлена как одна из главных тем», — отмечает епископ Маттс-Ола Исхоел. Праздник можно использовать как повод поговорить с молодежью о чистоте отношений, верности в браке и том, что истинная любовь «дана Создателем от рождения».
· Вернуть понятие святости. «Не так часто в современном контексте мы слышим о святости», — говорит епископ Константин Бендас. Даже легендарная история о мученике, который тайно венчал влюбленных, может стать отправной точкой для разговора о вере и принципах.
· Подчеркнуть дар любви. Ключевой акцент делается на том, что любовь между мужем и женой — это божественный замысел и великая ценность. Поэтому, в отличие от настороженного православия, многие протестантские служители могут даже поздравить свою паству с этим днем, напомнив, что «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8).
Однако и протестанты разделяют обеспокоенность по поводу коммерциализации и размывания истинного смысла праздника.
Неожиданное согласие: а что католики?
Ирония в том, что современная католическая церковь также не считает 14 февраля большим религиозным праздником. В 1969 году святой Валентин был изъят из общеобязательного литургического календаря из-за скудности исторических сведений о нем. Сегодня католики в этот день отмечают память святых Кирилла и Мефодия, просветителей славян. Так что «католический день святого Валентина» — это, по большей части, светская, а не церковная традиция.
Так кто же прав?
Может показаться, что позиции диаметрально opposed: православие сдержанно предостерегает, протестантизм — осторожно использует. Но в основе обеих позиций лежит общая тревога: как не дать миру превратить самое высокое человеческое чувство в дешевую, потребляемую раз в году открытку. И православный священник, призывающий вместо ресторана навестить больного, и протестантский епископ, говорящий о верности в браке, по сути, напоминают об одном: любовь — это служение, решимость и ежедневный труд, а не только эмоция.
14 февраля становится своеобразным зеркалом, в котором каждая конфессия видит свои приоритеты: верность традиции и глубину — или открытость миру и миссионерскую возможность. И, может быть, самый честный христианский поступок в этот день — не просто подарить валентинку, а спросить себя: а что лично для меня значит любить по-христиански?