Звук из-под кровати был похож на тихий электронный писк, будто от разряжающейся игрушки. Маршалл и Дружок замерли, уставившись в темноту под кроватью.
— Э-э-э… У тебя там что, завелись… говорящие тараканы? — неуверенно спросил Маршалл, отодвигая стул.
Дружок только безнадёжно махнул лапой.
— Вытащи, пожалуйста. Это, наверное, оно.
Маршалл, предварительно надев медицинскую перчатку, осторожно заглянул под кровать. Среди пыльных мячей и носков лежала яркая, помятая банка. Он подцепил её и вытянул на свет. На этикетке был изображён боб в спортивных трусах, который качал мускулы, а сверху кричала неоновая надпись: «БОБОЖИР! Супер-топливо для чемпионов! Секретная формула Г.Б. Придаёт невероятную энергию!»
Маршалл почувствовал, как у него ёкнуло внутри. Он повертел упаковку в лапах.
— Г.Б.? Это что, Гена Барбоскин? — медленно спросил он, поднимая взгляд на Дружка.
Тот кивнул, сгорбившись под одеялом.
— Да… Он всё твердил про «прорыв в биохимии спортивного питания» и попросил меня, как самого активного спортсмена семьи, протестировать. Говорил, что это концентрат энергии из пророщенных бобов, орехов и… э-э-э… чего-то там ещё. Я съел целую пачку вчера после лапвы, чтобы восстановить силы…
Маршалл зажмурился. Картина становилась ясной, как солнечный день. Он снова открыл свой медицинский блокнот и торопливо начал писать, ворча себе под нос:
— Клиническая картина: острое желудочно-кишечное расстройство. Анамнез: употребление острой экспериментальной лапши, газированного напитка, чипсов и… большой дозы непроверенного биохимического концентрата на бобовой основе. — Он посмотрел на Дружка суровым взглядом следователя. — Дружок, ты же знаешь главное правило спортсмена? Не есть неизвестные вещества из рук брата-изобретателя!
— Но он же умный! Он будущий Нобелевский лауреат! — слабо попытался возразить пациент, но его тут же скрутила новая спазма, заставившая его скорчиться.
В этот момент часы Маршалла снова зазвонили. На этот раз на связь вышел один щенок — Рокки, специалист по переработке и, как все знали, большой знаток всего «органического» и «натурального».
— Маршалл, приём! — сказал Рокки. — Райдер переслал мне список того, что съел твой пациент. Ты сказал про бобовую основу? У меня плохие новости… Если этот «бобожир» — это концентрат, а его съели вместе с газировкой и острой пищей… Это классический рецепт для… э-э-э… газовой катастрофы и брожения в кишечнике. Нужно срочно нейтрализовать процесс!
— Понимаю, Рокки! — ответил Маршалл, уже листая на своём планшете ветеринарный справочник. — Диагноз предварительный: тяжелейшее алиментарное отравление, осложнённое бродильной диспепсией, вызванной употреблением «Бобожира». Лечение: сорбенты, средства для регуляции перистальтики, строгая диета и полный запрет на изобретения Гены!
Услышав диагноз, Дружок простонал и натянул одеяло на голову. А Маршалл уже доставал из сумки упаковку с специальным сорбентом «Для щенков, съевших немыслимое» и поглядывал на дверь. Ему теперь срочно нужно было поговорить с юным химиком Геной. Где же он прячется?