Самый залайканный комментарий под новостью про «отцовский капитал» звучит показательно: «Как только не заманивают мужчин в ловушку под названием брак!» И дальше сразу следом — вопросы, которые почему-то всегда остаются без ответа: а что у нас с процентом разводов? А как обстоят дела с алиментами в 2026 году? И вообще — кто здесь кого и во что «заманивает»?Потому что если выйти из интернет-мемов и посмотреть на реальную картину, она выглядит куда менее героической.Брак как «ловушка» — для кого именно?
Риторика про «ловушку» обычно звучит так, будто мужчина — беззащитная жертва, которую силком тащат в ЗАГС, а потом обдирают до нитки. Но если посмотреть на статистику разводов, возникает ощущение, что из этой «ловушки» мужчины выходят довольно регулярно. И часто — первыми.Разводов много. Очень много. И инициаторами в значительной части случаев выступают женщины. Не потому что «алчные», а потому что жить в одиночку внутри брака — удовольствие сомнительное. Но в публичном поле это почему-то подаётся иначе: мужчина рискует, женщина выигрывает.Хотя реальность выглядит так:
— женщина остаётся с ребёнком;
— мужчина — со свободой;
— и оба при этом недовольны.Алименты как страшилка
Отдельная тема — алименты. В обсуждениях 2026 года они подаются почти как финансовый террор. Создаётся ощущение, что каждого мужчину после развода автоматически лишают половины дохода, квартиры, машины и права на жизнь.Но если убрать эмоции, выясняется, что алименты — это не штраф и не наказание. Это участие в содержании собственного ребёнка. И в абсолютных цифрах они редко выглядят как «разорение». Чаще — как минимальный вклад, который и близко не покрывает реальные расходы на ребёнка.При этом женщин, которые годами не могут добиться этих выплат, почему-то в этих обсуждениях не слышно. Их просто не существует в нарративе «бедного мужчины».Деньги предлагают не из-за «ловушки»
Инициативы вроде «отцовского капитала» появляются не потому, что кто-то хочет заманить мужчин в брак. А потому что мужчины из него уходят. Из семей, из ответственности, из процесса воспитания.Если бы отцовская вовлечённость была нормой, никто бы не думал, как её стимулировать миллионами. Деньги — это не приманка, это костыль. Попытка закрыть системную дыру.Потому что проблема не в том, что мужчины не хотят жениться. Проблема в том, что многие хотят пользоваться семейной жизнью без её последствий.Развод — не крах, а симптом
Высокий процент разводов — это не заговор против брака. Это показатель того, что модель «терпи ради статуса» больше не работает. Женщины перестали быть готовы жить в неудобных, холодных, односторонних отношениях просто ради штампа.И в этом смысле разговоры о «ловушке» выглядят особенно странно. Потому что если брак — ловушка, то почему из неё так часто выходят, оставляя за спиной женщину с детьми и обязательствами?Чего на самом деле боятся
Если убрать сарказм, за шутками про «ловушку» обычно стоит страх. Страх ответственности. Страх долгосрочных обязательств. Страх, что придётся быть не героем, а участником — каждый день, а не по праздникам.Проще представить себя обманутым, чем признать: я не хочу брать на себя больше, чем мне удобно.И вот главный вопрос
Вся эта дискуссия про миллионы, алименты и разводы на самом деле не про деньги. Она про выбор. Про готовность быть в системе, где ты не только получаешь, но и отдаёшь.И поэтому вопрос, который сейчас действительно хочется обсудить, звучит так:
если брак называют ловушкой, то почему из неё чаще всего выходят те, кто громче всех кричит, что их туда «заманили» — и не потому ли, что ловушка на самом деле называется ответственностью?
