После распада одной из главных легенд шестидесятых группы CREAMЭрик Клэптон, названный ни много ни мало «богом гитары», мучался любовью, беспробудно пьянствовал и …играл любимый блюз. Эрик принял участие в нескольких музыкальных проектах, том числе сыграл в нескольких концертах с дуэтом Delaney & Bonnie. Весной 1970 года Клэптон узнал, что дуэт Delaney& Bonnieпокинули аккомпанирующие музыканты: басист Карл Рэйдл, барабанщик Джим Гордон и клавишник Бобби Уитлок. Воспользовавшись этим случаем, Клэптон собрал новую группу, получившую название DEREK AND THE DOMINOS.
После серии неплохих концертов, которые помогли группе найти нужную химию, музыканты решили, наконец, приступить к записи альбома. Материала для записи у ребят было уже вполне достаточно: ещё во время турне с «Delaney & Bonnie» Эрик реально спелся с Бобби Уитлоком. Вместе они начали писать песни, с целью, как позже говорил Бобби, «чтобы было, что играть на концертах». Продюсировать запись они пригласили опытнейшего и матерого Тома Дауда - одного из величайших саунд-продюсеров всех времён и народов.
Последний по времени, но отнюдь не по важности, ингредиент для будущей записи был привлечён к работе, когда была уже арендована одна из студий в Майами. Этим ингредиентом стал юный гитарист Дюэйн Оллман (Duane Allman), с которым Эрик давно мечтал поработать. Том Дауд, который как раз в это время занимался продюсированием второго альбома ALLMAN BROTHERS BAND, узнав о таком желании Эрика, сообщил, что на днях ОЛЛМАНЫ будут выступать на одной из концертных площадок Майами. Эрик попросил провести его на концерт. Дальнейшая история стала уже рок-апокрифом ...
Клэптон вошёл в зал, где выступали Оллманы, и сел в первом ряду, прямо напротив сцены. Концерт уже был в разгаре. Дюэйн в тот момент играл соло. Импровизировал, закрыв глаза. А когда глаза он на мгновение открыл, то увидел перед собой великого Клэптона ... и мгновенно перестал играть. На Дюэйна напал столбняк прямо на сцене. Второй гитарист «Братьев» - Дикки Беттс - после паузы подхватил соло и выкручивался, как мог. Благо, такие джем-импровизации были обязательной частью любого концерта ABB.
После концерта произошло формальное знакомство маэстро с молодым Дюэйном. Клэптон сходу предложил поучаствовать в записи первого альбома своей новой группы. И, не желая терять времени, на волне взаимной симпатии, два гитариста рванули в студию. Там они просидели вдвоем всю ночь, до самого утра. «Они показывали друг другу любимые гитарные приёмчики, менялись гитарами, делились профессиональными секретами, болтали без умолку, подогрелись какой-то наркотой ...они были в восторге друг от друга, каждый восхищался мастерством и техникой другого», - вспоминал потом Том Дауд.
Работа над записью после появления в студии Дюйэна Оллмана закипела. Оба - Эрик и Дюэйн - были буквально одержимы альбомом, идеи рождались на ходу и тут же шли в дело, получая своё реальное воплощение. В итоге материала парни назаписывали столько, что альбом получился двойным. Что ж, итогом этого сотрудничества, полного внутреннего напряжения, наркотического угара и творческого катарсиса, стал абсолютно блистательный материал пластинки, названной «Layla and Other Assorted Love Songs». О качестве музыки лучше всего, наверное, свидетельствует признание все того же легендарного продюсера Тома Дауда: «Я чувствовал, что это будет лучший альбом, над которым я работал со времён The Genius of Ray Charles... Новая музыка, исполненная с величайшим мастерством. Гитара там просто блистательна, ритм-секция туга, как часы, все они - живые детали единого организма, который дышит, сжимается, сокращается, становится громче, затихает, но всегда напряжен и интенсивен. Соло великолепны, тексты и вокал – изумительны».
DEREK AND THE DOMINOS и по сей день является, пожалуй, одной из главных вершин блюз-рока, настоящим magnum opus маэстро Клэптона, а сама пластинка «Layla and Other Assorted Love Songs» - прекрасным блюдом для музыкальных гурманов. Альбом включил пару-тройку традиционных блюзов, в том числе каверов классиков, для которых характерен авторских почерк Эрика Клэптона и Оллмана и настоящая свобода импровизации. В этом смысле арактерна история с записью кавера на знаменитый блюз Биг Билла Брунзи «Key to the Highway». В соседнем помещении Criteria Studios группа «Sam & the Pharaos» записывала именно этот блюз. DEREK AND THE DOMINOS услышали «Фараонов» через стену и начали спонтанно джемовать на эту же тему. Том Дауд, восхищённый тем, что у них получается, отдал команду звукоинженерам начать запись. Этот незапланированный дубль, записанный сходу, без всякой подготовки, и вошёл в альбом, став, на мой взгляд, лучшей из десятков версий классической «Key to the Highway».
Альбом наполнен до края ставшими классическими композициями. Это и заглавная «I Looked Away», спокойная, украшенная блюзовыми переливами, «Bell Bottom Blues», которая, по свидетельству Эрика, была сочинена прямо на полу в студии под мандраксом - чувственная баллада с волшебной красоты соло, взрывающаяся в припеве целым фейерверком эмоций и чувств.
Каверы «Nobody Knows You When You’re Down and Out» Джимми Кокса и «Have You Ever Loved a Woman» Фредди Кинга разрабатывали ту же золотоносную жилу уносящего в в вечность блюза. В хендриксовской «Little Wing», удлиненной в два раза, Клэптон и Дюэйн Оллман сыграли гораздо лиричнее, глубже и техничнее самого Джимми!.. «Why Does Love Got to Be So Sad?», стремительная и изящная, несмотря на трагический текст, создает иллюзию свободу и желание расправить плечи. Послушайте соло Клэптона в концертной версии с 2:33 до 4:30. Вы поймете, почему его звали "Богом гитары "
Главной же песней альбома и всего творчества Эрика Клэптона стала «Layla» - величайшая блюз-роковая композиция в истории музыки, вдохновленная страстной и мучительной любовью Эрика к Патти Бойд, бывшей тогда женой его друга Джоржа Харрисона. Эта наполненная страстью и осязаемой болью песня представляет собой неистовую мольбу, обращенную именно к Патти, метафорически названной Лейлой, трагическим образом, взятым Эриком из персидской поэзии.
«Один англичанин дал мне книжку с персидской поэзией. Меня потрясло сходство истории, описанной в книге, с тем, что происходило со мной в жизни», - вспоминал Эрик. Особо впечатлила Клэптона «История Лэйлы и Меджнуна», написанная великим персидским поэтом Низами. «Лэйла» в переводе с арабского значит «темная ночь», а «Меджнун» — «безумец». Легенда берет свои истоки аж с VII века и представляет собой арабский вариант темы «Ромео и Джульетты». В произведении юноша полюбил девушку из враждебного рода, но ее выдали замуж за другого. После этого он совершенно «обезумел» от горя и посвятил всю свою жизнь написанию песен о своей несчастной любви. Его даже возят в Мекку, чтобы исцелить от пагубной страсти, но безумец-Меджнун просит Бога не лишать «больного» его «высокой болезни». В итоге и Меджнун, и Лейла погибают от тоски, не сумев и не захотев жить без своей любви…
В первоначальном варианте «Layla» была спокойной балладой, но затем Клэптон и его гитарный партнер Дуэйн Олмэн сочинили знаменитый гитарный рифф, который заметно «утяжелил» песню. Когда композиция была уже почти готова, Эрик услышал, как барабанщик Джим Гордон играл на фортепьяно мелодию собственного сочинения, и убедил его использовать эту партию в «Layla», так что композиция превратилась в антитезу жесткой гитарной агрессии и фортепианного умиротворения.
Интересно, что сразу после выхода альбом «Layla and Other Assorted Love Songs» получил смешанные отзывы критиков, но продавался довольно успешно и достиг 16-й позиции в списках Billboard Top LP’s, хотя и не попал в чарты Британии. А много лет спустя знаменитый музыкальный критик Джин Санторо скажет о «Лейле и других избранных песнях о любви» так: «Это был краеугольный камень рок-истории... Альбом стал бриллиантовым памятником своему времени». В 2003 году телеканал VH1 поставил альбом «Layla and Other Assorted Love Songs» на 89-ю позицию в списке величайших альбомов всех времён. В том же году журнал Rolling Stone поместил альбом на 115 место из 500 величайших альбомов всех времён.
Что ж, без сомнения, великая пластинка. Лучшая в трагически короткой жизни Дюэйна Олмана, разбившегося на мотоцикле в 1971 году, и огромной, более полувека, карьере Эрика Клэптона.