Вышла в прокат остросюжетная драма Доминика Молля «Дело №137»
На экранах — фильм Доминика Молля «Дело №137» (Dossier 137). Михаила Трофименкова изумило обращение одного из лучших французских режиссеров к социальному триллеру о «желтых жилетах» и полицейских.
Привычный Молль — кино про серийных убийц-филантропов («Гарри, друг, который желает вам добра», 2000), застрявших в водопроводе леммингов («Лемминг», 2005) и влияние африканской магии на загадочные смерти в Альпах («Магия зверя», 2019). Про абсурд, накрывающий жизнь обывателей, которые волей-неволей начинают плыть по реке этого абсурда.
«Дела» от Молля не ожидал никто. Сопереживание включено на полную силу, а сюжет куда как актуален: бунты «желтых жилетов» в 2018 году. Снято «Дело» в квазидокументальной манере и провоцирует на выспреннюю (сам Молль чужд всякой выспренности и сентиментальности) фразу, что слезоточивый газ сочится с экрана в зал. Львиная доля фильма — допросы, снятые нестареющей «восьмеркой».
Отдельные эпизоды вполне можно представить в былых фильмах Молля, но в реалистическом контексте в них веришь безусловно.
Вот, например, следователь оказывается по долгу службы в номере отеля, где ночь стоит две тысячи евро. И тырит в ванной комнате два кусочка мыла, один из которых без стеснения предложит начальнице Стефани (Леа Дрюкер).
Полицейских не любит никто, кроме полицейских, но некоторых полицейских на дух не переносят даже коллеги. В число этих некоторых попала Стефани, перейдя из отдела наркотиков в отдел внутренних расследований.
Граждане ее за это отнюдь не полюбили: знаем-знаем, все это для отвода глаз, вы своих все равно отмажете. Но теперь ее как изгоя третируют и экс-муж, и коллега, и профсоюз, связанный круговой порукой, и даже коллеги по отделу, считающие, что дотошная Стефани зашла слишком далеко. Никуда зайти ей, конечно, не дадут, на деле №137 она и сломается.
Дело в том, что развеселая компания соседей из дальнего пригорода Сен-Дизье покатила на уикенд в Париж под солнечную песню Джо Дассена «Siffler sur la colline». Впервые увидеть Эйфелеву башню да поучаствовать в движухе «жилетов». Итог: один юноша пожизненно изувечен выпущенной в голову пулей из травмата, второй в тюрьме.
Полиция действительно перешла все красные линии. На улицы паникующее начальство в спешке бросило непрофильные подразделения по борьбе с терроризмом и освобождению заложников: закупаться шлемами им пришлось самим по пути на поле боя.
Именно что боя. У них своя логика. «Мы близки к революции», «мы должны защитить Родину и победить в этой войне». Ни больше и ни меньше. Они привыкли воевать: после захвата заложников в клубе «Батаклан» им рукоплескали на улицах как несомненным героям. Но теперь они ведут себя, разбившись на никем не контролируемые группы, в лучшем случае как ковбои, если не как «эскадроны смерти». И искренне не могут понять, почему их обычные практики вдруг вызывают народный гнев и служебное расследование.
А о прежнем Молле напоминает одна деталь. Его фильмы всегда населяла странная и многочисленная живность, оккупирующая воображение, а то и жилплощадь героев: летающие обезьяны в «Гарри», лемминги, лягушки в «Новостях с планеты Марс» (2016). Такая живность в «Деле» — котики. Один, названный Йогуртом,— натуральный, спасенный Стефани, и миллионы виртуальных.
Отец Стефани видит в моде на них глобальный заговор против человечества: от котороликов люди тупеют и уже не способны защитить демократию, которой неминуемо придет хана.
Чистая, между прочим, правда. Как посмотрю на котиков, ничего защищать, кроме них, не хочется. Вот и Стефани, отстраненная от дела, будет прокручивать на своем смартфоне уже не записи с места преступления, а кошачьи забавы. А бедные котики меж тем и не догадываются, что служат сверхсекретным орудием массовой лоботомии.
Держите новости при себе. Присоединяйтесь к Telegram «Коммерсанта».