Григорий Михайлович сидел за рабочим столом, поглядывал на часы. Он не понимал, почему Изабелла не берет трубку. Наконец-то у них наступила более-менее спокойная пора, чтобы пожить помимо бесконечной рабочей беготни.
- Гриш, нам тут дело закрыли, представляешь, нашли этого маньяка в другой стране! Собираются его экстрадировать, или как это там правильно называется? В общем, взяли его там за жабры, и теперь за это возьмется другой департамент, - проговорила Анфиса, заходя в кабинет, смотря в бумаги.
Она выглядела нахмуренной, серьезной, но в глазах отчетливо читалось облегчение.
- Дело со свинофермой?
- Да, как ты догадался? Ну да, ты же с самого начала говорил, что он давно слинял из страны! Иногда твоя чуйка пугает меня хлеще, чем выпады твоей сверхъестественной подружки, - проговорила Анфиса, но после ее слов мужчина стал выглядеть еще серьезнее. - У тебя все в порядке?
- Белла не берет трубку.
- Может, у нее выходной? Когда у меня выходной, могу спать до обеда с отключенным телефоном.
- Нет, она до обеда не спит, тем более, что у нее нет выходных, кроме воскресенья. Нам надо было сегодня поговорить. Я...
Григорий Михайлович впервые выглядел таким встревоженным, когда дело не шло о расследовании. Анфисе это не понравилось. Она напряглась, шутки пришлось отложить в сторону.
- Я понимаю, что со стороны это выглядит глупо, всего полдня трубки не берет. Но я хорошо ее знаю, мы не первый день общаемся, и такого обычно не бывает.
- Если ты говоришь, что это странно, значит, действительно так и есть. Может, заедешь к ней после работы?
- Не будет ли это выглядеть чересчур, излишнее внимание, когда она хотела побыть одна? Вдруг Белла решит, что у меня романтический интерес? - проговорил Гриша на одном дыхании.
- А разве не так? - спросила Анфиса и невольно расхохоталась в полный голос. - Я сразу все поняла, когда увидела, как ты на нее смотришь. Сразу видно, что ты готов на любые ухищрения, лишь бы лишний раз привлечь ее к делу!
Григорий Михайлович невольно улыбнулся, почувствовал себя неловко. Он снова набрал номер телефона, но раздались только сухие гудки, ничего.
- Она периодически уезжает решать дела за городом. Может, в этот раз то же самое?
- Знаешь, Гриш, на моей памяти, пусть я и не очень долго знаю тебя, но еще ни разу так не было, чтобы твои предположения и опасения были ложными. Съезди к ней, успокоишься. Заодно и перестанешь дергаться.
Григорий кивнул. Тем более, что он прекрасно знал, Белла не стала бы просто игнорировать его. После той ситуации с пещерой, когда она пропала на несколько суток, блуждая среди каменных сводов, Изабелла обещала брать трубку или хотя бы сообщать, когда она уезжает куда-то сломя голову...
- Хочешь, я тебя прикрою? Все равно у нас нет активного дела, езжай. Скажу, что поехал на последнее место преступления, хочешь поймать музу за хвост.
- Спасибо! - с просиявшим лицом проговорил Григорий Михайлович, затем тут же рванул с места.
Он не мог усидеть и лишней минуты. Чувствовал, что Изабелла не могла пропасть просто так, это неправильно. В ее поведении такого никогда не наблюдалось, это не Белла, что-то не так!
Мужчина сел за руль, сдал назад, осторожно выехал с плотно забитой парковки, а потом сразу поехал к дому медиума. Проезжая мимо офиса, следователь внимательно вглядывался в окна, но те были задернуты шторами, а значит, Беллы там нет.
- Черт знает что... - проговорил следователь, в очередной раз не дозвонившись до медиума.
Впереди показался домик Изабеллы. Григорий Михайлович вдруг замер, не выходя из машины. Дорожка у дома была засыпана сбитыми дождем листьями. Сбоку у кустарника болтался прилетевший неизвестно откуда пакет. Изабелла никогда бы так все это не оставила! Она вообще любила прибираться вокруг дома.
- Хоть бы ты просто приболела, вырубила телефон и легла спать, ей богу, все прощу!
Григорий Михайлович подошел к дому, постучал. Но вместо шагов услышал истошный рев кошки, которая начала скрести в дверь.
- Это уже ненормально! - вслух проговорил Григорий.
Он достал запасной ключ, который всегда носил с собой, открыл дверь и сразу понял, что Беллы нет. Оставила кошку голодать? Это совершенно на нее не похоже. Гриша прошелся по всему дому, но не нашел ни единого следа того, что женщина вышла в магазин и вот-вот вернется. Все выглядело так, будто ее нет уже несколько дней. Муська орала, как сумасшедшая, чуть ли не на ноги залезая следователю.
- Да сейчас, сейчас, - говорил Гриша дрогнувшим голосом.
И пока руки его искали кошачий корм на полке, голова судорожно соображала, где сейчас находится медиум, как ее отыскать и куда бежать в первую очередь!
Как только Муська замолчала, и вместо ее истошных криков раздалось мерное похрустывание корма, Гриша вновь вернулся в гостиную. Он внимательно рассматривал помещение. Каждая деталь могла иметь значение. Кровать убрана, плед гладко застелен, выровнен. Кисточки на шторах висят как обычно. Плед сбоку на ручке. Книга лежит на полу... На полу?
Гриша подошел ближе, присел на корточки, внимательно поглядел, почувствовал себя дураком, которого водят за нос. Это что получается, ее умыкнули из дома? Или она убежала, оставив кошку? Или кошка свалила книгу? Изабелла была не из трусливых, а что касалось питомцев, вообще имела какой-то собственный кодекс чести...
- Муська, где твоя хозяйка?
- Ма… - протянула кошка.
- Да, мама, мама твоя где? - снова спросил Гриша, а потом почувствовал себя идиотом, ведя беседу с питомцем.
Григорий осмотрел все, что мог, больше никаких толковых следов. Еда в холодильнике, вещи брошены рядом со стиральной машинкой. Что-то здесь не складывалось. Белла пропала не сама по себе.
Гриша вышел на улицу, внимательно осмотрел подъездную дорожку, колею рядом с машиной. Машина... Машина стоит под навесом, значит, она никуда не уезжала! Григорий осмотрел гараж, и тут до него дошло, что он упускает из виду не просто пропажу женщины, а медиума, которая могла предвидеть катастрофу. Выхватив телефон, следователь тут же начал трезвонить Анфисе.
- Так, отвлекись от всех дел, которыми сейчас занята!
- Ой, Григорий, у меня потрясающе важное дело, я тут в буфете выбираю кофе, тебе взять?
- Послушай меня внимательно, Белла пропала, здесь что-то не так. Я найду ее, не будем пока поднимать шум-гам, мало ли, может, преувеличиваю.
- Что от меня требуется?
- Послушай меня внимательно, а лучше запиши. Какое-то время назад Изабелле снился коттедж у моря. Там она разгадывала загадку, но не нашла на нее ответы, проснулась. Этот коттедж снился потом неоднократно, и самое главное, что из его окна был виден маяк. Он сделан из белого камня. То снится заброшенным, то снова работающим и дающим свет. Сначала я подумал, что это тот самый маяк, где оставлял своих жертв тот маньяк, помнишь? Но оказывается, что его снесли, там теперь просто пирс!
- Хочешь сказать, что она могла предвидеть то, что с ней случится?
- Ты знаешь какой-нибудь маяк, чтобы рядом был коттедж?
Анфиса замолчала, видимо, прокручивала в голове информацию и пыталась найти ответ.
- Дай мне 20 минут, - буркнула блондинка, затем бросила трубку.
Нельзя было торопиться и наворотить лишнего. Гриша не стал больше заходить в дом, сел на веранде, думая о том, что если сам не найдет ее в течение суток, поднимет весь полицейский участок, благо, что может позволить себе подобное. Медиум так много помогала им, что никто не откажется от дела, которое касается ее лично.
Наверное, еще никогда в жизни Григорий Михайлович не ждал так неистово телефонный звонок. Но безжизненная темная плитка в синем чехле не подавала признаков жизни.
- Кажется, что твоя хозяйка попала в неприятности, Муська, - проговорил Гриша. - Ничего, я ее найду, обязательно найду.
Раздался звонок, Гриша схватил телефон и почувствовал, как руки у него дрожат.
- Так, у тебя есть что-нибудь, чем можно записать? У нас в участке не работает интернет, не могу послать тебе в мессенджер координаты! Могу выскочить в кафе, но пока добегу, у тебя уже будет хоть какая-то информация, - проговорила Анфиса.
- Давай, я уже взял блокнот, - проговорил Григорий.
- Коттедж, о котором идет речь, скорее всего, заброшенный старый особняк Афанасьева. Он расположен почти у самой кромки воды на специальном понтоне, как возвышение такое статичное, не знаю, как правильно произносится, в руках у меня фотография. Там рядом действительно находится маяк, но он не действующий. Вообще никогда действующим не был, это чистая бутафория! Не светится. Не знаю, как тебе поможет эта информация и связана ли она вообще с исчезновением твоей подружки, - проговорила Анфиса.
Связь прервалась. Гриша чуть не ударил телефоном об асфальт, но сдержался. Сейчас это его единственный источник информации, надо подождать, пока Анфиса позвонит снова.
***
Телефонный звонок разорвал тишину. Гриша быстро схватил трубку, приложил к уху.
- Я выслала тебе координаты. Не знаю, насколько они точные, смотри уже сам по обстоятельствам, его не пропустишь. Он прямо на береговой линии, там нельзя строить, но Афанасьев человек обеспеченный был, так что ему закон не писан, как у нас заведено...
- Что с маяком? Что-то с этим местом связано? - спросил Гриша, поспешно вводя координаты в навигатор.
Когда Анфиса заговорила снова, он уже выдвинулся в сторону потенциального места для продолжения расследования.
- Я знаю, что Афанасьев был человеком странным, часто запирался у себя дома, писал там всякие жуткие рассказы, то про маньяков, то про геноцид... Очень часто про него выходили заметки в сети, товарищ с жиру бесится, денег куры не клюют, вот и развлекается, как может, от скуки.
- Там что-нибудь было про убийство в его рассказах?
- Господи, если судить по этим заметкам, то, скорее, тяжелее будет найти рассказы, не связанные с убийством! Ты поедешь туда?
- Да, я уже еду, мне нужно узнать, что происходит. Я не оставлю ее!
Гриша положил трубку, затем вдавил педаль газа, ускорился как мог, зная, что кроме него никто Белле не поможет. Удивительно, но сюда она переехала с будущим мужем, была близкая подруга, какие-то знакомые из прошлого места. Но когда медиум действительно попала в беду, Григорий Михайлович оказался единственным человеком, готовым подать ей руку помощи.
Автомобиль рассекал черную трассу, поднимая застывшие зеркалом лужи сотнями брызг в воздух. Береговая линия началась иссохшей травой, какими-то коробками, надписями о сдаче жилья. Телефоны на этих табличках давно утратили актуальность, выцвели от палящего летнего зноя. Уже очень давно никто на этих пляжах не отдыхает, они были не оборудованы для купания, частенько приплывали жутковатые желеобразные медузы, которые оставляли горящие огнем пятна на коже.
Где-то вдали виднелась крыша, затем белоснежные, давно облупившиеся стены, среди краски обнажая просмоленные доски. Удивительно, как это строение вообще выдержало... И тут же за домом, едва Гриша обогнул холм, увидел вершину маяка. Он выглядел вполне настоящим. Удивительно, но следователь совершенно ничего о нем не знал. А ведь не первый год здесь работает, мог бы случайно наткнуться на информацию.
Григорий Михайлович въехал по подъездной дорожке, приостановил авто. Он вышел на улицу, и запах морской волны наполнил его легкие. Был у моря какой-то особый приятный дар, заставлять людей верить, что с этого мгновения все переменится в лучшую сторону.
Коттедж, именуемый особняком, уже очень давно утратил прежнюю привлекательность. Вид у некогда величественного строения был удручающим.
Собранный из дорогой древесины, красивый большой дом был никому не нужен. Он умирал здесь от ветров, соленой воды, влажности и нередких ураганов.
- Белла! - закричал Григорий Михайлович, устремляя свой взгляд в пустоту зияющих черных окон.
В ответ только тишина, всхлипывания морских волн, которые легонько касались берега, оставляя пожелтевшую пену. Гриша подошел ближе, приложил ухо к двери, а потом, размахнувшись, хорошенько приложился.
- На каждую дверь без ключа есть сила плеча, - пробормотал мужчина, ворвавшись внутрь.
Внутри было такое ощущение, будто сюда никто не заглядывал десяток лет. Толстенный слой пыли ложился по деревянному полу, на дорогущий мохнатый ковер, даже на рамы картин. Странно, что мародеры еще не растащили имущества покойного Афанасьева. Хотя, судя по всему, приписываемые мужчине сверхъестественные способности наверняка наводили страх на потенциальных воров, а связываться с проклятием мало кому хотелось.
- Белла! – закричал Гриша.
Но голос его пронесся по длинному коридору, ветром подхваченный и унесенный в разбитое окно. Мужчина вышел, подошел к разбитому окну снаружи дома, но надежды оказались тщетными. Вдали послышался гул автомобиля. Григорий Михайлович выпрямился и с большой радостью увидел транспорт Анфисы.
- Ты себе представить не можешь, как рад тебя видеть! - сказал он с тоской, глядя на напарницу.
- Пусть я не верю в ее сказки, но если пропал твой друг, я в деле. На свадьбу позвать потом не забудь, - хихикнула Анфиса.
- Про маяк и про дом я уже рассказал, все совпадает с ее видением. Но я не могу найти никаких следов, в доме словно никто не ходил и не жил все это время.
- Афанасьев умер где-то лет семь назад, насколько я помню, видимо, все это время особняк стоял нетронутым. Но может, она видела его не как саму причину, чтобы сюда ехать, а как ассоциацию?
- В смысле?
- Я читала, что шаманы, когда общаются с духами, не воспринимают все показанные картинки всерьез, а ищут, как интерпретировать ассоциативный ряд, - проговорила Анфиса, заглядывая в дом через выломанную дверь. - Так, про дверь никому не скажем, имущество мы не портили, это не наше дело.
- Анфиса, плевать на дверь, на имущество, что по делу можешь сказать?
Она внимательно оглядела помещение, но все выглядело нетронутым. Даже на полу пыль лежала толстым слоем и нигде не смазалась и на грамм.
- А может, дело не в особняке... Дело только в маяке?
- Подожди, тогда она видела бы в видении только маяк, а не блуждала по особняку.
- Так, Гриша, мы такими методами зайдем в тупик! - сказала Анфиса, закусив губу и уставившись на напарника, который от тревоги терял хватку.
Словно проследив за ее взглядом, Гриша тут же постарался взять себя в руки, раскисать не время!
- Есть абсолютно идиотская идея остаться здесь на ночь. Солнце уже опускается, но ночевать в доме я не буду, кишками чую, что это не к добру.
- Значит, ночуем в машине. Сейчас съезжу на ближайшую заправку, привезу еды и воды, остаемся здесь. Не бойся, я нас уже прикрыла, никто до понедельника ждать не будет.
Гриша, который с самого начала был не рад такой напарнице, теперь благодарил любые повороты судьбы, приведшие эту девицу в их участок. Через час они уже сидели в машине, жевали сухие бургеры, смотрели в окно, где ничего не происходило. Маяк стоял безжизненной грудой, но и добраться до него, казалось, невозможно. Вокруг все было завалено острыми камнями, дорожка давно ушла под воду, а само строение вблизи выглядело бутафорской картонкой.
- Так, если мы сейчас ничего не находим, ночью никаких знаков и сигналов, что дальше?
- Дальше отправлюсь на маяк, посмотрю, что там есть. Может, там какая-нибудь комната спрятана, и только со стороны все выглядит безжизненным?
- Почему она вообще видела это во снах?
- В последнее время ее силы стали крепче. Белла стала часто видеть обстоятельства грядущих дел в сновидениях. Но тут начались видения среди дня, помимо помощи в делах, появлялись жуткие образы маяка, без каких-либо объяснений и намеков на то, как это может ей пригодиться.
- А если она сбрендила окончательно и спрыгнула с маяка? Не надо на меня так смотреть, я рассматриваю разные варианты! - недовольно буркнула Анфиса, поймав на себе взгляд напарника.
Они проболтали до поздней ночи, поочередно ложились спать, карауля сам дом и маяк. И тут Гриша, сидя в машине и исполняя обязанности на посту, вытянулся по струнке. Он увидел силуэты в окне, кто-то возмущался без звука... Там были двое, явно рассерженные какой-то ситуацией. Но ни единого звука не было, только силуэты. Гриша, толкнув Анфису, указал ей на происходящее.
Они оба выскочили из автомобиля, забежали в дом, поднялись на второй этаж, но здесь все было нетронутым.
- Какая-то чертовщина! - воскликнула Анфиса.
- Я гляну с другой стороны, может, они стояли там, свет падал, и мы увидели силуэты?
- Гриша, здесь что-то не так, я тоже их видела, они не могли быть из коридора! - напоследок проговорила блондинка, оставаясь в помещении одна.
Гриша быстро влетел по ступеням, забежал в спальню, осмотрел длинный коридор, но ничего не было... И тут тишину разрезал крик.
***
Гриша, спотыкаясь о задравшуюся от времени и влажности доску, чуть не слетел с лестницы.
- Все в порядке! Господи, крыса, самая настоящая, жирная здоровая крыса! - воскликнула Анфиса, и тон ее был полон вины за крик.
- Она тебя не укусила?
- Идем отсюда, все это какая-то нездоровая дичь, не надо здесь находиться в одиночку! - проговорила женщина, устремляясь к выходу.
Они оба оказались снаружи, в доме гудел только ветер, и ничего.
- Это были люди, мы видели силуэты людей, если только, конечно, не сбрендили оба!
- Мне пришла в голову идея. Надо позвонить Виктору и выяснить, что еще он может знать лично про Беллу. Это ее бывший жених, они разошлись, он нашел другую, вроде как женился, не знаю.
- Он про ее дар был в курсе?
- Да, и знал ее подольше моего. Вдруг он в курсе, что какой-нибудь враг у нее есть, не знаю! – предположил следователь.
До них наконец-то дошло, что это были совсем не человеческие силуэты. Чтобы проверить самого себя, Гриша поднялся на второй этаж и увидел на вешалке легкое платье, у которого от сквозняка то и дело топорщился ворот, а занавеска, колыхающаяся позади, создавала иллюзию вскидываемых рук. Видимо, второй силуэт, который показался мужским, всего лишь отблеск отражения платья в зеркале, не более того.
- Мы два идиота, Гриша. Платье на сквозняке приняли за фигуры, совсем сбрендили. Немудрено, конечно, с нашими делами в последнее время! Найдем твою подружку, а потом я свалю в отпуск, иначе у меня точно поедет кукуха! –процедила сквозь зубы Анфиса.
Гриша отошел к машине, глянул на часы, было уже четыре утра. Над морской гладью поднимались солнечные лучи, которые окрашивали не только облака, но и кромку едва заметных ребристых волн, придавая им причудливые лиловые и розоватые оттенки.
По-хорошему, надо дождаться утра, но время было самым малочисленным ресурсом, когда речь шла о жизни другого человека. Набрав номер телефона, Гриша стал ждать. Гудки, тишина, гудки...
- Да, алло, - раздался замученный сонный голос.
- Виктор, это Григорий Михайлович Ярис. Изабелла пропала, мне нужна от тебя информация, умойся и быстро приведи себя в порядок!
Сначала в трубке была тишина, затем раздался грохот, стук двери, шум воды. Всего через несколько минут голос Виктора стал куда более серьезным.
- Куда пропала?
- Просто исчезла, уже несколько дней от нее нет известий. Я пошел по следу, но он привел меня к какому-то старому особняку возле моря, морской коттедж. Здесь никого и ничего, я нахожусь в полном непонимании. Мне нужно от тебя хоть что-то!
Воцарилась тишина. Анфиса подошла ближе, взгромоздилась на капот автомобиля и теперь внимательно слушала, что же там такого происходит на том конце трубки.
- Я... Могу ошибаться, в конце концов, мы давно с ней не общались.
- Виктор, любая информация сейчас будет к месту. Не бойся ошибиться, скажи все, что знаешь. Я уже буду дальше смотреть, как из этого вычленить нужную информацию и найти Беллу.
- Когда мы с ней познакомились, она говорила, что ее дар временный. Рассказывала мне, что когда-нибудь наступит время, ее освободят от этого груза. Сначала беспокоилась об этом, потом начала ждать момента, чтобы все закончилось. Белла очень сильно уставала, признавалась, что если у других дар ослабевает, она становится все сильнее и, скорее всего, если так пойдет дальше, начнутся удушающие видения, к которым придется привыкнуть.
- Видения у нее уже начались, и в одном из таких она увидела коттедж у моря и бутафорский маяк, где мы сейчас находимся с напарницей.
- Как вам сказать, медиумы - это же не просто люди, которые могут связываться с духами и устраивают развлекушки для богатых дамочек за кружевными столиками. Проводник - это прежде всего сосредоточие силы для тех, кто жаждет власти.
- Не понимаю, - проговорила Анфиса вслух.
Гриша тоже ничего не понял, однако ему эта фраза совершенно не понравилась.
- Есть люди, которые хотят заполучить силу медиума, потому что уверены, что это поможет им установить власть над другими. Будут манипулировать, узнавая у мертвых какие-нибудь тайны, шантажировать богачей и прочее. Список таких вот деяний бесконечен, и есть те, кто уверен, что может высосать эту силу. Я никогда в это не верил, это даже на слух похоже на бред.
- Она тебе говорила о ком-нибудь?
- Нет, Гриша, и я боюсь, что ты ее уже не найдешь. Когда-то у меня возникли сложные проблемки с деньгами, кредиторами и прочими радостями. И Белла собиралась взять кредит, а потом обратилась к своей подружке, но оказалось, что ее уже нет в живых. Ее поймал один из таких уродов, поместил в какую-то странную установку, попытался высосать из нее силы, но женщина умерла еще до того, как процедура была закончена. Я считаю, что это просто какие-то психи, у которых ни морали, ни правил.
- Другие медиумы пропадали?
- Временами такое случается, кто-нибудь из медиумов пропадает, и все прекрасно знают, что его настигла гибель, - закончил Виктор. – Послушай… Все может быть куда прозаичнее. Она говорит с мертвыми, общается с жертвами, сообщает полиции. Любой маньяк рано или поздно может объявить на нее охоту.
В эту минуту Григорий Михайлович очень пожалел, что набрал пресловутый номер телефона. Следователь выяснил все, что мог, Виктору нечего было больше показать. Оставшись наедине с Анфисой, Григорий, смотря в пустоту, перебирал в голове все сказанное и пытался понять, в какую сторону копать.
- Ночью на маяк я тебя не пущу. Через час уже будет более-менее светло, отправимся туда. Он довольно далеко находится, это оптическая иллюзия.
- Откуда ты знаешь?
- Я приезжала сюда когда-то с парнем. Мы хотели добраться до маяка, когда подошли ближе к тропе, которую еще не затопило толком, поняли, что черт знает куда переться. Поэтому я про него вспомнила, но решила посмотреть в архивах, вдруг ошибаюсь.
- Что там внутри?
- Афанасьев построил этот маяк и всегда говорил, что пишет там книги. Хотя со стороны это сооружение выглядит чисто бутафорским, внешне как маяк, а внутри груда камней, вот и все.
- Где-нибудь есть фотографии, что-нибудь, что намекает, что там внутри что-то есть?
- Нет, Гриш, ничего такого нет, я бы сразу тебе сказала, если бы знала.
Следователь залез в машину, достал свой ежедневник, стал перелистывать до того момента, где Белла рассказывала ему о своих введениях. Он тогда по наитию сделал записи. Теперь они могли быть очень кстати.
- Маяк был заколочен, у него то горел свет, то затухал. Иногда заколоченная дверь с шумом раскрывалась, разламывая доски, и там внутри, заколоченный в цепях, стоял человек, наполненный светом, - прочитал Григорий Михайлович и сам почувствовал себя сумасшедшим от подобной писанины.
- Ладно, берем фонарики и идем сейчас, - проговорила Анфиса.
Гриша чувствовал, как у него дрожат колени. Неужели он сейчас сдастся? Неужели прямо сейчас будет ждать чертов рассвет? Конечно же нет, возьмет фонарик, вброд перейдет все расстояние до маяка, чтобы быть точно уверенным, что Беллы там нет. Но если он будет ждать подходящего времени, а потом узнает, что именно этих секунд Изабелле не хватило, то простить себе этого уже не сможет!
Вдруг раздался телефонный звонок. Гриша всеми фибрами души надеялся, что это Белла. Расскажет о каком-нибудь деле, извинится за свою пропажу, и главное, скажет, что с ней все в порядке. Но это оказался Виктор.
- Я вспомнил кое-что. Не знаю, касается ли это дела, но один из ее клиентов стал захаживать часто, сначала был хорошим, потом обозлился, стал клеветать на нее, присылал письма с угрозами, но это было еще на прошлом месте, не знаю.
- Поищи в ее записях, есть имя какое-нибудь?
- Да мне никакие записи не нужны! Струков Захар Артемович. Я этого идиота помню, пытался с ним тогда через полицию разбираться, а они руками разводили, мол, нет никакого состава преступления.
- Ясно, спасибо, это важно!
- Я позвоню в участок, пусть нароют информацию на этого мужика, если он где-то здесь, то они его из-под земли достанут, - говорила Анфиса, выуживая из кармана телефон.
Гриша все еще смотрел на маяк, он прямо чувствовал, что там есть что-то важное, что обязательно повлияет на поиски Изабеллы.
***
Они вдвоем стояли у самой кромки воды. Гриша сделал шаг вперед, некогда было размусоливать и готовиться ко входу в ледяную воду. В такое время никто не купается, да и сезон постепенно подходил к концу. Мужчина сделал еще шаг, почувствовал, как его нога охватывается ледяным щупальцем, но все это только с непривычки.
Через мгновение вода казалась просто холодной, а стоит постоять по колено, то и вовсе вполне терпимо.
- Не заходи только за ограждение. Там очень глубоко, иди просто вдоль заборчика этого, старайся нащупать его в воде, - дала указание Анфиса.
Она все еще стояла на окраине, смотрела во все глаза на Григория Михайловича и была не рада тому, что дала обещание остаться здесь.
Гриша топал по холодной воде, измеряя шагами глубину. Вода дошла ему до пояса. Удивительно, но заборчик, который раньше доходил до талии, теперь скрывался почти полностью в воде, и его приходилось постоянно нащупывать, чтобы точно не промахнуться мимо тропы. По обе стороны от некогда проходимого места было очень глубоко. Когда Григорий Михайлович добрался наконец до маяка, то, к своему сожалению, обнаружил, что здесь пусто. Бутафория...
Но вдруг ему в глаза ударил легкий свет луча. Гриша резко повернулся и увидел, что рядом с дверью стоит какой-то железный маячок, который, видимо, должен был издавать звуки при сильном ветре. Луч солнца отражался от лопасти. Григорий Михайлович понятия не имел, что это за штука и зачем она нужна. Но между лопастей была заложена записка.
- Не поверил в первом деле, а потом принял за свою. И там, где имя лохматое чернушки высечено, нет другого пути. В ящике, что стоит у белуги, старый дневник и 16 страниц. В тот день, когда пришло первое видение, там запись, - вслух прочитал Григорий Михайлович, моментально понимая, что это обращение написано для него.
Почерк Изабеллы мужчина узнал сразу, оставалось только найти все то, что было здесь написано.
- Молодые люди! – раздался над водой чей-то незнакомый голос.
Гриша резко повернулся.
- Вы вообще в курсе, что это частная собственность?!
- Мы сотрудники полиции, - послышался голос Анфисы. - Нам позвонили и сказали, что у вас выбита дверь. Мы приехали разобраться, никого не нашли. Мой напарник решил, что кто-нибудь из нарушителей мог спрятаться на маяке, потому что никаких следов больше нет.
Дальше было только бормотание, которое Гриша разобрать не мог. Напарница молодец, быстро выкрутилась, хоть это было и не совсем честно. Гриша снова вошел в холодную воду, тщательно спрятал записку в нагрудном кармане, куда вода не доберется, и почувствовал, что нужно приложить все свои умственные способности и внимательность, чтобы найти Изабеллу по этой записке.
- Здравствуйте, меня зовут Григорий Михайлович, - говорил мужчина, протягивая ладонь.
- Езжайте, это мой дом. Ничего страшного, что кто-то выбил дверь. Здесь уже очень давно нечего красть, все испорчено солнцем, ветром и солью, - раздраженно проговорила женщина. - Спасибо, что, как добропорядочные сотрудники органов правопорядка, приехали на вызов. Но, поскольку это моя собственность…
- Вы родственница Афанасьева? – уточнила Анфиса.
- Не произносите эту мерзкую фамилию при мне. Но, к сожалению, да, я имею отношение к этому человеку.
- Как вы думаете, после его гибели...
Анфиса не успела договорить. Женщина рассмеялась, а потом вдруг ткнула блондинку пальцем в грудь.
- Глупцы, вы что, правда думаете, что он умер? Закрытый гроб, тело никто не видел, все покрыто мраком тайны! Он просто обвел всех вокруг пальца, потому что боялся, что те преступления в Даймонде повесят на него! Как думаете, невиновный человек будет бежать от правосудия, подстраивая собственные похороны? Если вы верите в его смерть, то вы непроходимые глупцы!
Довольно круто развернувшись, женщина ушла в дом, ругаясь и проклиная на чем свет стоит своего родственничка.
- Преступления в Даймонде? - переспросил Гриша.
- Я работала в другом департаменте, но в этом же регионе, в машине расскажу, - сказала она.
Когда напарники оказались каждый за рулем своего автомобиля, то связались по телефону по громкой связи. Путь их пролегал к дому Изабеллы.
- В городе происходил какой-то хаос. Убивали молодых девочек и девушек, развешивали на мосту или просто оставляли распластанными посреди оживленного шоссе. Очень много было подозреваемых, Афанасьев среди них тоже присутствовал. 16 человек были похоронены тогда, и это еще только те, о ком следствию известно. Афанасьев тоже как был похоронен, но остался в итоге единственным подозреваемым посмертно. С остальных все подозрения были сняты.
- С чего она решила, что Афанасьев подстроил свою смерть и виновен в этих преступлениях?
- Потому что тогда все сводилось к нему. Он написал серию книг, опубликовал их, и там были детали, которые следствие не раскрывало. Это сразу стало первой причиной для подозрений. И пока адвокаты Афанасьева настаивали на том, что это творческий вымысел и чистое совпадение, под него уже вовсю копали наши работники.
Как только Гриша оказался возле дома Изабеллы, достал записку. Ему приходилось держать в голове новости о преступлениях, слова этой женщины, выражение ее лица, наполненное злобой и раздражением.
- Так... Если ты говоришь, что понял, объясняй, - проговорила Анфиса, подходя к напарнику.
- Я не поверил ей на первом деле, потом привел ее в участок и сделал чуть ли не личным консультантом. Значит, это письмо обращено ко мне. Дальше, там, где имя лохматой чернушки высечено, там нет другого пути. Я думаю, это имеется в виду дом. Вон, на кошачьей дверке вытесано имя Муськи. В ящике, что стоит у белуги, старый дневник и 16 страниц. Белуга - это ее машина. Она ее так называет иногда.
- Боже мой, ну вы и конспираторы. Я бы в жизни не догадалась! - буркнула Анфиса с обидой в голосе.
- Значит, под навесом есть какой-то ящик.
Гриша быстро направился к месту. Он не сразу понял, что ящик открывается тем же ключом, что и дом. Видимо, Изабелла понимала, что это единственная деталь, которая будет у них обоих. Достал старую тетрадь, и в самом конце были вложены 16 пожелтевших пронумерованных страниц.
- В тот день, когда пришло первое видение, там запись, - сказал мужчина, а затем добавил, - девятое число.
Григорий нашел девятую страницу, изучил ее вдоль и поперек.
- Здесь цифры в тексте, их можно ввести как координаты! - воскликнула Анфиса.
Она сорвалась с места и понеслась к машине, запомнив числа. Григорий поспешил за ней, не упуская из рук страницу дневника. И когда они ввели координаты, переглянулись между собой.
- Там стоял луна-парк...
- Он там до сих пор стоит, заброшенный: аттракционы, коробочки для попкорна, куча мусора и абсолютное бездействие властей по этому поводу, - закончила Анфиса.
Теперь они уже отправились на одной машине. Гриша сидел за рулем, вдавливал педаль газа в пол и боялся, что опоздает. Слишком много времени было потрачено на маяке.
- Если ее уже нет в живых, нам нужно будет вызвать наших, все оформить по правилам. Может, у медиумов свои законы, но мы по-прежнему живем по законам нашей страны, - осторожно начала говорить Анфиса, но, увидев взгляд напарника, демонстративно закрыла рот и выкинула ключ в окошко.
Издали было видно давно проржавевшее колесо обозрения. Заброшенный луна-парк выглядел удручающе тоскливо. Разбитые аттракционы, карусель с лошадками, где облупилась краска. Разваленные чашечки, какие-то цепочки. Все скрипело от малейшего дуновения ветра. Идеальный пейзаж для фильма ужасов, который будет пробирать до костей.
- Давным-давно сюда уже никто не приходит, кроме отбитой молодежи, которая таскается сюда, ведомая россказнями о местных призраках и жутких клоунах-убийцах.
- Анфиса, у меня очень плохое предчувствие, звони нашим, нужна собака, - быстро проговорил Григорий.
- Гриш…
- Позвони и выпроси чертову собаку! - прогремел Григорий Михайлович.
Анфиса кивнула, стала звонить и поднимать одних ребят за другими, коротко рассказывая о том, что Белла попала в беду, им пришлось ввести собственное расследование, а теперь остро нуждаются в помощи. Никто им не отказал, но опять же, дождаться их приезда то еще испытание, ведь требуется время. А у Беллы этого времени могло не быть.
***
Изабелла открыла глаза, отчетливо ощущая тошноту, которая заполонила ее горло. Резко развернувшись, она не смогла сдержаться. Вонючая жидкость не только заполнила пространство, но и ухудшила ситуацию. Медиум постаралась подняться, но от резкого движения больно ударилась головой о крышку. Деревянную крышку.
Воздуха почти не было. Белла постучала по деревяшке сверху, снизу, сбоку... Она была в гробу, похороненная заживо!
Сначала наступило отупляющее, странное чувство осознания. Потом накрыл дикий страх и паника. Белла понимала, что у нее осталось очень мало воздуха. Медиум не понимала, сколько находится здесь, что ей делать, как выбраться… Есть ли хоть один шанс из миллиона, что она вновь почувствует сладковатый воздух свободы?
Тело задрожало, в горле запершило. Белла старалась дышать небольшими порциями, совсем немножко, чтобы сэкономить воздух и повысить свой шанс на выживаемость. Язык пересох и превратился в жесткую щетку. Сколько бы она ни била по этим доскам, сколько бы ни старалась, но разбить их оказалось невозможно. Невольно по лицу потекли слезы от понимания, что ее жизнь закончится вот так. Спасла сотни жизней, помогла тысячам людей. А умрет вот так, обуреваемая диким страхом, похороненная заживо, покинутая всеми.
От нехватки воздуха в голове стали появляться странные резкие образы. Белла хватала воздух, словно рыба, но дышать нечем. Она осознавала, что задыхается, оставались последние минуты, а потом наступит тишина, и кто знает, сможет ли ее собственный дух упокоиться или нет...
- Быстро! Я же говорю, что нет времени! - раздался чей-то громогласный рев, пробираясь в голову Изабеллы сквозь удушающий страх и ускользающее сознание.
В следующую секунду нечто вонзилось, разламывая древесину, впиваясь в нос Изабеллы. Она почувствовала только режущую боль, но вскрикнуть не успела.
- Твою мать! Идиоты! Какая к черту лопата, там живой человек!
Это был голос Гриши. Наверное, все это уже ей кажется от нехватки воздуха. Она умирает, и мозг посылает ей последние предсмертные галлюцинации. Лучше умрет вот так, думая, что Гриша ее спасет, чем будет видеть пресловутый коридор, что и все. Как жалела Изабелла, что отказала ему тогда из страха, что испортит следователю жизнь. А теперь и жизни-то никакой не будет.
В расщелину, куда вонзилась лопата, рассекая миллиметр носа Изабеллы, вдруг ворвались крепкие ладони. Кто-то с чудовищной силой разрывал доски в разные стороны.
- Она здесь!
- Господи! Быстро, медперсонал сюда! Она жива?!
- Уберите собаку!
Голоса раздавались со всех сторон. В глаза ударил яркий свет, который вдруг стал таким чужим, хотелось вернуться обратно во тьму... Болтающееся, безжизненное тело достали из живой могилы. Гриша что-то кричал, люди вокруг суетились, подлетели ребята в медицинских костюмах.
Они обступили Изабеллу со всех сторон, отпихивая Гришу прочь.
- Белла, пожалуйста, не умирай! Я ведь нашел тебя, не умирай. Мы уже нашли этого подонка, только, пожалуйста, живи. Да я на тебе женюсь, только живи! - закричал Гриша, ударив кулаком по сырой земле.
В его голосе было столько отчаяния, столько боли. Врач сидела вверху на Изабелле, делая ей массаж сердца так резко, что это казалось чем-то противоестественным. Тут же приложили какую-то большую бутылку, наполняя ее легкие воздухом через помпу, опять резкие рывки и толчки в грудь.
- Дышит! В машину, быстро! - проревела громогласно тучная женщина с обесцвеченными волосами.
- Какая больница? - спросил Гриша, нагоняя их.
- Езжай с ними, мы тут разберемся! - поговорил начальник, который только подъехал.
Григорий Михайлович прыгнул в машину скорой помощи, схватил Изабеллу за руку. Она вроде дышала, воздух нагоняли через баллон. Белла была похожа на мумию, внезапно вынутую на поверхность.
***
Белла открыла глаза, и все вокруг было бессмысленно белым. Она смотрела по сторонам и не узнавала помещение, оно было не ее домом. Только через некоторое время медиум наконец осознала, что находится на больничной койке и попала сюда не по своей воле.
Гриша спал в кресле, сложив руки на коленях. На столике было множество букетов цветов, какие-то записочки, ее любимая клубника, банка какого-то дорогущего кофе с подарочной открыткой.
- О Боже, Белла! - воскликнул Гриша, открывая глаза. - Его поймали, поймали! Не переживай, он уже у нас, прямо с поличным, схватили за шкирку, урода. Я теперь его не отпущу, ты же знаешь. Пока не упакую за решетку, буду трясти до последнего!
Изабелла слушала его слова, постепенно собирая в голове все то, что случилось перед тем, как она оказалась в земле.
- Ко мне пришла девушка и сказала, что ее сестра была убита когда-то давно. Принесла ее шарфик, личный дневник, брелок. Я несколько дней пыталась связаться с призраком, но ничего не получалось. Поехала на кладбище, видимо, там он меня и увидел. Возле могилы связалась с девушкой и узнала, каким образом она погибла и кто ее убил. Вот только доехать до участка и даже дойти до машины, где был телефон, не смогла, - проговорила Белла.
- Афанасьев скрывался все это время, продолжал совершать преступления. Ты поймала его, можно сказать, с поличным. Если бы ты тогда позвонила, он прекрасно знает, что вся его карьера пошла бы ко дну! Ты не то чтобы нашла убийцу, а откопала бы человека в переносном смысле, который якобы себя похоронил. Поэтому он решил так с тобой поступить. Он отогнал твою машину домой, знал, где ты живешь. Я чуть тебя не потерял...
Гриша наклонился вперед и поцеловал руку Беллу. Такая бледная, несчастная, но такая дорогая его сердцу... Он пересел к ней на кровать. Изабелла припала к его плечу и заплакала, осознавая пережитый страх, ужас от возможности умереть, будучи похороненной заживо.
Изабеллу выписали только через 2 недели. Перелом был зафиксирован, состояние здоровья более-менее стабилизировалось. Кровотечение, которое сильно загрязнилось, дало гниющую рану, и приходилось регулярно ездить на перевязки.
Поздним вечером, когда Гриша приехал к Белле, они вдвоем сидели перед телевизором, но почти не разбирали того, что мелькало яркими картинками перед глазами.
- Как ты понял? - поинтересовалась она.
- Когда ты пропала, я поехал к тебе домой. Ничего не нашел и вспомнил про маяк, Анфиса нашла его, и мы направились туда. И уже на маяке увидел твою записку, расшифровал, добрался до луна-парка. Своими глазами увидел, как какой-то крошечный шар света поднялся из земли и опустился вниз. Я понял, что ты там, но ошибся с местом. Собака тебя нашла, мы тебя откопали. А Афанасьев… Он оставил протектор от шин, видимо, торопился. И его увидела старушка, которая вязаные носки продает у дороги, тут одна машина в луна-парк ехала, она номера запомнила чудом.
- Чудом?
- Старушку потом я не видел. Сколько там ни ездил, нет ее…
Белла невольно коснулась того места, где на носу теперь останется шрам. Но это была малая жертва. Главное, что она жива.
- Я видела маяк как предупреждение, но было важно не место, а его владелец.
- Анфиса рассказывала, что видение нельзя воспринимать всерьез, нужно как-то там искать интерпретацию!
- Она права, но я ошиблась. Когда приехала на маяк до того дела с девушкой, то почувствовала, что попаду в неприятности, и ты единственный человек, который доберется сюда, если отправишься искать. Я оставила записку между металлических лопастей, чтобы даже при сильном ветре ее не унесло. А уже потом оттуда отправилась на кладбище к той девушке.
- Он мог отследить тебя от маяка либо еще раньше.
- Если бы отследил от маяка, то нашел бы записку и избавился от нее. Думаю, он понятия не имел, что я там была, - проговорила медиум. – Я записку с координатами оставила четыре дня назад, было видение.
Гриша крепко обнимал ее за плечо. Скоро Изабелла совсем восстановится, ее жизни больше ничего не будет угрожать. Все постепенно станет на свои места.
- Ты продолжишь работать? - спросил Григорий Михайлович.
- Я буду делать свою работу до тех пор, пока у меня есть на это силы, - с улыбкой произнесла Белла.
- Значит, я буду рядом, чтобы оберегать тебя от всяких уродов, - произнес мужчина.
- С таким защитником ничего не страшно, - рассмеялась Белла, чтобы немного разрядить обстановку.
- Я тебя уже не отпущу. Так и передай своим призракам!
Он поцеловал ее в висок и нахмурился. Сколько бы она ни скиталась между этим миром и потусторонним, сколько бы лет еще не отдала этому миру как проводник, Гриша поклялся себе, что будет рядом.
КОНЕЦ ВТОРОГО СЕЗОНА