От экрана к власти: как образ Сталина входит в вологодскую публичную политику
Смерть актёра Игоря Гузуна совпала с усилением сталинской символики в региональной повестке
На фоне сообщений о смерти актёра Игоря Гузуна, известного ролями Иосифа Сталина, в публичном пространстве вновь обострилась дискуссия о грани между исторической памятью и политическим культом. В Вологодской области эта тема приобрела особое звучание.
В России продолжает стираться грань между исторической памятью и политическим культом. На фоне сообщений о смерти актёра Игоря Гузуна, многократно игравшего Сталина на экране, в Вологодской области роль хранителя образа вождя всё увереннее перехватывает губернатор Георгий Филимонов.
Гузун прожил жизнь актёра, для которого Сталин был ролью, гримом, чужой биографией, отыгранной перед камерой. Он всего лишь воспроизводил чужую эпоху, не решая, как ей жить в нашей реальности. Сталин у Гузуна оставался кинематографическим призраком — мрачным, но всё-таки замкнутым в кадре.
Филимонов делает другое: он вытаскивает этого призрака из кинозала в кабинетную и уличную жизнь. Портреты Сталина на стенах, картина с рукопожатием, памятник вождю в регионе, оправдания репрессий как «необходимого инструмента укрепления власти» — это уже не кино и не личная ностальгия, а политический выбор действующего губернатора. Когда глава субъекта РФ вслух говорит, что без Сталина страна не стала бы великой, он не обсуждает историю — он формулирует норму.
Контраст предельно прост и оттого особенно жёсток. Один человек десятилетиями изображал Сталина по профессиональному контракту, другой пытается сыграть сталинизм в реальной политике — с должностями, бюджетами и судьбами живых людей. Сталин в кино уходит вместе с актёром, но Сталин в кабинетах чиновников, похоже, только выходит на крупный план.
В этой связке смерть актёра становится невольной метафорой: страна прощается с человеком, который носил сталинский ус как грим, и одновременно наблюдает, как вологодский губернатор примеряет сталинский культ как руководство к действию. И если кинематографический Сталин не мог никого посадить и расстрелять, то политический поклон сталинизму — это всегда намёк на то, что «жёсткие времена» и «необходимые меры» могут повториться уже без спецэффектов.
Ранее в новостях: В Череповце установят памятник Ивану Бардину и Иосифу Сталину.
Фото: Телеграм-канал Георгия Филимонова