Аня все меньше хотела приходить в гости к отцу: каждый совместный ужин или праздник в доме отца и мачехи оборачивался одним и тем же. Стоило ей появиться одной или с мужем, Николаем, как Нина Борисовна тут же подхватывала свою любимую тему.
— Анечка, ну ведь наверняка есть у Коленьки кто‑нибудь свободный, — начинала она. — Не дело это, что наша Лидочка в 24 года всё одна! Такая красавица, ноги от ушей!
Лида обычно сидела за столом с телефоном и лишь фыркала в ответ. Её критерии отбора были довольно жёсткими: один — беден, другой — без «приданого», третий — слишком незрелый. На Николая она посматривала с интересом, но тот сразу дал понять, что ему интересна только жена.
Когда Аня впервые привела в дом Николая, Нина Борисовна даже не скрывала раздражения. Высокий, подтянутый, хорошо одет и воспитан — он явно не вписывался в её представления о «достойных» кандидатах для Анны. После ужина она утянула мужа в соседнюю комнату и долго разглагольствовал о несправедливости судьбы.
— Почему Аньке (ни кожи, ни рожи) такой мужик достался — при деньгах, а красотке, Лидочке, одни недоумки попадаются? Ты посмотри на неё: сидит, уткнулась в телефон, а тут такой мужчина рядом! Надо что‑то делать!
— Нин, ты от моей дочери отступись. Аня достойна хорошего мужа. И Лида достойна, придет время…
— Время только уходит, чудак ты человек! Бабий век недолог! Надо хватать быка за рога!
Она еще долго говорила, что Николай должен был жениться на Лиде. Да только Николай имел свою голову на плечах и любил именно Анну. На ней он и женился.
— Что же вы, свадьбу даже делать не будете? — ахнула Нина Борисовна, узнав, что падчерица расписалась с женихом и собирается в свадебное путешествие.
— Не будем. Решили деньги вход пустить. Возьмем квартиру в семейную ипотеку…
— Ну и глупые! Зачем вам эта кабала? Что у твоего бизнесмена жилья нет?
— Есть. Но он считает, что выгодно еще одну взять. Потом продадим.
Нина Борисовна пожала плечами. Ей было непонятно все это. И только жалость от того, что Лидочка не пойдет на богатую свадьбу и не подцепит там молодого и богатого, была ей поперек горла.
— Раз свадьбу зажали, значит, должны посодействовать знакомству! — твердила она Анне при любом удобном случае.
Аня сначала отшучивалась, намекая, что не держит списка холостых миллионеров. Но Нина Борисовна не унималась. Она давила на мужа, требуя, чтобы он «поговорил с дочкой».
— Убеди Аньку помочь», объясни, что семья — это поддержка! — проедала плешь мужу Нина Борисовна. Отец, мягкий и неконфликтный, лишь пожимал плечами, но под натиском жены изредка заводил разговоры о «семейной солидарности».
Устав от постоянного давления, Аня однажды сказала Николаю:
— Давай устроим «двойное свидание». Хоть раз попробуем, а потом закроем эту тему навсегда. Не могу больше слушать её нытьё.
— И кого ты предлагаешь на «эшафот» отправить? — нахмурился Николай.
— Матей вроде недавно с девушкой расстался. Может, Лида ему понравится. Она же смазливая, и когда молчит, может за умную сойти.
Николай, хоть и без особого энтузиазма, согласился. Они пригласили на ужин приятеля, Матвея, бизнесмена, недавно вернувшегося из длительной зарубежной командировки.
В назначенный вечер Аня и Николай приехали в ресторан заранее. Лида появилась с опозданием на полчаса, эффектно распахнув дверь. На ней было настолько откровенное платье, что Аня покраснела, заметив взгляды мужчин и официантов.
— Ну привет, жених! — громко рассмеялась она и плюхнулась на кресло, положив ногу на ногу, тем самым еще больше открывая свои красоты на всеобщее обозрение. Николай с первых минут понял, что попытка обречена на провал, и что перед другом придется извиняться за нелепый вечер.
За столом Лида вела себя ещё хуже. Она заказала самые дорогие блюда — устрицы и улитки, не умея их есть и не понимая, что они вообще не каждому по вкусу. Когда перед ней поставили тарелку с моллюсками, она растерянно огляделась, попыталась подцепить устрицу пальцем, вызвав сдержанную улыбку Матвея. Аня пыталась перевести разговор, но Лида смеялась слишком громко, перебивала и без устали флиртовала с Матвеем, расспрашивая о доходах и недвижимости за рубежом.
Улитку проглотить она не смогла, запивая все это дорогим вином и сплевывая в салфетку.
— Не умеют тут готовить. Тьфу! А вот винишко ничего сойдет! — заливая в себя, который по счету бокал, выдала она.
К концу ужина Лида едва держалась, даже сидя на кресле. Её речь стала напоминать фразы из комедийного шоу.
— Ань, ну-ка отведи меня в туалет! Я что-то устрицами, похоже, отравилась, — внезапно Лида позеленела, хватая Аню за руку.
С трудом поднявшись, она едва не опрокинула бокал с вином. Выйти из уборной Лида смогла только через полчаса. Ей вызвали такси, чтобы отправить домой к маме, хоть Лида и хотела продолжить банкет.
— Я думала, мы к Матвею поедем домой! — крикнула она из такси.
Но Матвей такого воодушевления не разделял.© Стелла Кьярри
— Ты уж прости. С меня ужин, — сказал Николай, пожимая руку Матвею.
— Идет, — Он вежливо оплатил счет и попрощался с приятелями.
После этого Аня твёрдо решила: больше не будет вмешиваться в жизнь Лиды. Она извинилась перед Николаем, пообещав, что это был первый и последний раз.
Но Лида не отступила. Она начала преследовать Матвея: подкарауливала у офиса, писала в соцсетях, оставляла комментарии под каждым постом, отправляла длинные сообщения о том, что «они созданы друг для друга». Когда Матвей проигнорировал её, она раздобыла его номер и начала звонить, открыто заявляя о своих намерениях.
Подбадривая матерью, она решила «брать быка за рога», и на 14 февраля она прислала ему список желаемых подарков: 101 роза; поездка в Сочи на горнолыжный курорт; сумочка от «Гугучи» и последняя модель «Хайпфона».
Матвей, ошарашенный таким напором, показал список Николаю. Тот хмыкнул и переслал его Ане.
— Да ладно? — вздрогнула она. — Это же просто позор. Как можно так себя вести?
— Видимо, она где-то научилась такому «обольщению» бизнесменов, — покачал головой Николай.
Разумеется, после такого ни у Анны, ни у Николая не было желания идти к отцу на день рождения. И все же Аня понимала, что папа не виноват. Поэтому они зашли на чай, надеясь, что Нины Борисовны дома не будет.
— Мне стыдно за Лиду. Так нельзя. Она унижает себя, а заодно и нас, — сказала Аня, когда подарок был вручен, а торт съеден.
Отец пожал плечами:
— Ну что ты хочешь, чтобы я сделал? Она взрослая девушка, сама решает, как жить.
Когда супруги уже собирались уходить, домой вернулась Нина Борисовна и буквально за рукав схватила Анну.
— Ты обещала, что Матвей — хороший и щедрый! А в итоге он мою девочку опозорил и чести лишил!
— Ваша Лида сама себя лишила достоинства, когда пила всё подряд и не следила за собой, — спокойно ответила Аня.
— Да просто твой Матвей — скупердяй! — закричала Нина Борисовна. — Или ты сама на него виды имеешь? Удобно иметь сразу двух мужчин — один в командировку, а ты к его другу!
Эти слова стали последней каплей. Николай взял Аню под руку и увел ее из дома тестя.
— Я больше не хочу это слушать. И общаться с этими людьми тоже не хочу.
— Понимаю, Коль. У меня аналогичное мнение.
С тех пор семейные ужины проходили без них. Аня сосредоточилась на семье — муже, а впоследствии и детях, а история с Лидой осталась в прошлом. Матвей заблокировал ее, и она, казалось, отступила. Отец, правда, под давлением Нины Борисовны ещё звонил, пытаясь вызвать её на разговор, но Аня неизменно отвечала: «Я не желаю это обсуждать».
Со временем слухи о поведении Лиды разошлись среди знакомых. Даже те, кто раньше относился к ней снисходительно, начали избегать её. Она продолжала искать «идеального мужчину», но почему-то находила только таких же, как она, несерьезных мужчин.
Впрочем, Анне было все равно. Она поняла: иногда самое мудрое решение — не вмешиваться, даже если на тебя давят. Люди должны сами пройти через ошибки, чтобы понять: счастье, достоинство и уважение к себе рождаются изнутри, а не через дорогие подарки или охоту на богатого мужа.
Спасибо за поддержку!
