В предпоследний день питерских новогодних каникул (ссылка на их начало) мы вышли из дома совсем затемно и решили прогуляться до Финляндского вокзала пешочком — по расчётам выходило, что по времени это столько же, как и на транспорте. Мы шли через Литейный мост и с интересом разглядывали густую россыпь праздничных огней на другом берегу Невы. И только для Андрея не было сюрпризом, что это сияние новогодних гирлянд — праздничное убранство площади перед вокзалом, откуда уже совсем скоро поезд увезёт нас в Выборг.
А с другой стороны моста во тьме с трудом, но можно было различить силуэт крейсера «Аврора»!
На сей раз нашу прогулку мы планировали начать с парка Монрепо (фр. Mon Repos — «мой покой», «моё отдохновение»). Недолгая поездка на автобусе от вокзальной площади — и вот уже мы шагаем по заснеженной дороге через остров Твердыш, в северной части которого расположен музей-заповедник. Вокруг — чудесные сосны, и железная дорога под обрывами серых скал, под мостом.
И сине-свинцовых оттенков небо с розовыми просветами — сквозь пышные сосновые ветви.
Нам удивительно повезло с этой поездкой! Парк в снежном убранстве оказался прекрасен.
Восстановленные парковые строения вписывались в белоснежный ландшафт, словно сказочные теремки.
За новогодне украшенной аркой-воротами открывался вид на обширное озеро.
Его вода замёрзла, и широким покрывалом лежал на льду снег. И лишь у берегов темнели желтовато-бурые проталины. Суровые скалы обрамляли озеро, и стоял по берегам сизо-белый заснеженный лес.
А свинцовая синь небес лишь подчёркивала белизну снегов — словно подобранная искусным художником оправа. Сияли у горизонта нежно-розовые, с оранжевым переливом полосы просветов. Но уже ясно было — надвигается метель.
И мы застыли на самом краешке снегопада, благодаря судьбу за возможность в очередной раз видеть эти краткие мгновения пограничной красоты на стыке зимних стихий…
Ландшафты складывались в замечательные композиции: озеро, проталины, камни, скалы, сосны… И светлые метёлки камышей, и над ними — белая колоннада храма Нептуна на серых камнях.
Тропа вдоль берега была заснеженной и скользкой, взбиралась по камням в горку. И Юля с Андреем почли за благо вернуться на аллею, где гулял степенный люд и красовались парковые лавочки. А Лена ломанулась по камням, и выбралась на полянку над озером. И была вознаграждена волшебным видом с одиноким деревом на фоне сулящих бурю небес — словно сошедшим с картины старого пейзажиста…
Мы воссоединились у храма Нептуна, от которого отрывается прекрасный вид на озеро и готичного вида капеллу Людвигсбург на заросшем лесом скальном острове Людвигштайн или Острове Мёртвых. Там находится семейный некрополь фон Николаи, живших в имении почти полтора века.
А потом снежная туча накрыла парк, и всё вокруг стало быстро меняться. Исчезли суровые небеса, растворились в кружении снежинок. Изменился колорит, мир утонул в снежном мареве. И сделалось по-иному — но тоже прекрасно!
Мы пошли дальше по тропе мимо «Хижины отшельника» — под скальником с гротом желаний и замёрзшим водопадиком.
Тропа через лес была чудесна, но быстро завершилась «Краем света» — местом, где заканчивается старинная часть парка и начинается экологическая тропа на север острова к батарее Линнасаари.
Калитка на экотропу по причине зимы оказалась закрытой — обидно (вернёмся летом!), но нам пришлось разворачиваться и шагать назад, поднимаясь по деревянным лесенкам.
От «Хижины отшельника» мы свернули правее и углубились в лес. И совсем уж сказочным сделался пейзаж — в густом танце снежинок, среди камней, сосен и трогательных ёлочек. Настоящая новогодняя сказка!
Мы плыли в метели, восхищаясь потяжелевшими сосновыми лапами, любовались открывающимися уже почему-то где-то внизу (высоко же мы забрались!) видами на заснеженные лесные дебри. И кот Тимофей (картина с тульским двориком для подруги, к которой мы собирались вечером в Питере), едущий на Ленином плече, тоже покрывался снегом — вместе со всем парком и с нами.
А потом, у деревянной стойки продуваемого зимними ветрами кафе, был ещё и щедро полит кофе. Хорошо, что картина была ещё в Туле предусмотрительно упакована в плёнку и скотч — надёжно и герметично!
Допив кофе, мы пошагали заснеженными аллеями к выходу. Прогулка вышла чудесной — но пора уже было возвращаться в Выборг. Надо было успеть ещё пройтись по городу до вечерней электрички, а полдня меж тем уже минуло как не бывало!
Так что до Рыночной площади мы доехали на автобусе. И с ходу погрузились в новогоднюю толчею-ярмарку. Торговые ряды опоясывали площадь широким кольцом, а в центре красовалась большая новогодняя ель, и мерцающим огоньками пологом разбегались над площадью сети гирлянд.
Здесь торговали самой разнообразной сувенирной ерундой, и стоило больших усилий не начать покупать всё подряд. Лена сделала стойку у металлических секир длиною в ладонь на прилавке колоритного парня-кузнеца. Почему-то подобные миниатюрные мечи и секиры с некоторых пор её очень влекли! Не сразу Лена поняла, что секиры эти — шпильки для закалывания волос!
Оттащив Лену за уши от кузнечного прилавка, компания двинулась дальше — к взбирающейся в горку старой улочке.
Да, Выборг — город контрастов… Чего тут только нет! И праздничные гуляния, и сверкание витрин, и удивительные памятники архитектуры. И удручающие руины, и бесконечные заборы, ограждающие прах и тлен истории…
Глубокие арки влекли в недра дворов — в их обшарпанности таилась какая-то необъяснимая притягательность. Крыши, трубы, низкие окошки… Лавка стекольщика — увы! — оказалась закрыта. Причём самым оригинальным способом — подход к двери был перегорожен могучей деревянной балкой, явно очень старой, вбитой в пространство крыльца в распорку, наискосок…
Снова начался прекратившийся было снег, и мятущиеся снежинки рисовали в проёме дворовой арки сумбурную акварель. Мы бродили по улочкам зигзагами, заглядывая в скрывавшиеся за новогодним убранством дверей сувенирные лавки.
Зашли к самому старому жилому дому в России (XVI в.) — бедному, но очень колоритному теремку, всё ещё жилому, несмотря на почтенный возраст.
Метель баюкала Выборг в снежных объятиях, сугробы нарастали на наших плечах, и дерева впереди, перед мостом к Замку на озере, делались бледно-акварельными силуэтами.
И сам Замок уже почти растворялся в снежном мареве.
Зато на площади были рады полюбоваться на восстановленное здание ратуши. Годом ранее оно было в строительных лесах.
Мы прошлись по Южному валу вдоль залива — показали подруге особенно нарядные, удивительной архитектуры дома: дом Вольфа, дом педагогического училища, «Плоский» дом...
И мимо маленького домика купеческой гильдии поднялись к часовой башне, ещё раз ужаснувшись соседству памятников истории с глубокой разрухой.
Хотелось ещё погулять по Выборгу. Но время, отпущенное на прогулку, подходило к концу. Нас ждала «Ласточка» до станции Удельной, рядом с которой живёт наша давняя подруга Роза. И мы, купив на местном рынке у площади всяческих вкусностей, взяли курс на вокзал.
А потом были синий вечер и огни ёлочки у вокзала на Удельной. И долгая история с таксистом, потерявшим нас на площади. С приключениями мы добрались-таки до нового жилища Розы. И была чудесная встреча за праздничным столом. Мы поднимали бокалы за встречу, и за Питер, и за Рождество! И кот Тимофей, наконец освобождённый от пластика упаковок, обрёл новую хозяйку и новый дом. Картина с тульским двориком, так похожим на тот, где когда-то жила Роза, разместилась на стене в её нынешней комнате. И рядом поселилась ещё одна картинка Лены — с Балтийским побережьем, где на солнечный берег набегают пенистые волны, и сияют камни цвета янтаря, и изгибы бухты словно приглашают к прогулке…
Распрощавшись с Розой, мы ехали к дому на такси, а вечерние дома сияли окнами с разноцветными гирляндами. И мы считали их, сбиваясь со счёта. Усталые и счастливые, мы въезжали в Рождество…
6 января 2025
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...