Безумный случай на съёмках «Места встречи»
Недавно наткнулся на удивительную историю со съёмок «Место встречи изменить нельзя», о которой мало кто знает. Оказывается, во время работы над фильмом произошёл невероятный случай: Владимир Высоцкий так вошёл в роль, что однажды после съёмок поехал домой прямо в костюме Жеглова, с пистолетом в кобуре.
По дороге он остановился купить хлеба, зашёл в магазин – и тут началось! Продавщица, увидев его в форме, решила, что в магазин нагрянула настоящая проверка. Она в панике начала прятать деньги из кассы, думая, что сейчас вскроется какая-то недостача. Высоцкий, поняв ситуацию, стал импровизировать – разыгрывал серьёзного капитана милиции, проверяя весы и ценники.
Говорят, когда он наконец расхохотался и объяснил, что снимается в кино, бедная женщина минут пять не могла прийти в себя. А Владимир Семёнович потом шутил: «Вот что значит хорошо сыграть положительного героя – даже булку хлеба спокойно купить не можешь!»
Утраченная храбрость
Эта история заставила меня задуматься о другом: когда в последний раз я видел по-настоящему жуткого отрицательного героя в современном кино? Не карикатурного злодея, не однобокого персонажа, а живого, убедительного негодяя, от которого по спине мурашки? Честно – не помню.
А вот советское кино буквально кишело такими ролями. И знаете, что интересно? Актёры не боялись их брать. Более того, за право сыграть «плохого парня» порой шла настоящая борьба. Это был признак мастерства, показатель того, что ты действительно умеешь перевоплощаться.
Сейчас любой артист скажет вам: отрицательная роль может похоронить карьеру. Зрители не разделяют актёра и персонажа, начинаются проблемы с имиджем, спонсорами, контрактами. А раньше было лучше в этом плане – советские мастера понимали: настоящий профессионализм как раз и проявляется в умении сыграть негодяя так, чтобы его возненавидели.
Фанатичная преданность ремеслу
Возьмём Владимира Басова. Этот актёр специализировался на отрицательных ролях и гордился этим. Помните его Саахова из «Щита и меча»? Жуткий тип, от одного взгляда которого становится не по себе. Басов рассказывал в интервью: его несколько раз на улице пытались ударить зрители, настолько убедительно он играл мерзавцев. И знаете, что он говорил? «Значит, я хорошо работаю».
Представьте сейчас актёра, который радуется тому, что его хотят побить фанаты. Абсурд, правда? А тогда это считалось нормой – полное погружение в роль, без оглядки на последствия для имиджа. Басов даже специально изучал психологию преступников, читал криминальную хронику, чтобы понять логику злодея изнутри.
Или Армен Джигарханян. Его Фокс из «Место встречи изменить нельзя» – это вообще отдельный разговор. Джигарханян признавался: режиссёр Станислав Говорухин долго уговаривал его взять эту роль. Армен Борисович сомневался – слишком уж противный персонаж. Но в итоге согласился и создал образ, который вошёл в историю советского кинематографа. На съёмках он так вжился в роль, что даже между дублями сохранял мимику и манеры своего героя.
Странный поступок современных актёров
Что меня поражает в нынешнем кино? Артисты берут роль злодея, а потом в каждом интервью оправдывают своего персонажа. «На самом деле он не такой», «У него непростое детство», «Обстоятельства заставили». Зачем тогда вообще играть отрицательного героя, если ты сам не веришь в его негатив?
Советские актёры так не делали. Михаил Ульянов, сыгравший десятки ролей, в том числе и отрицательных, говорил: «Злодей должен быть злодеем. Не надо его жалеть, не надо ему сочувствовать. Твоя задача – показать его суть». Это был совершенно другой подход к профессии, другое понимание актёрского мастерства.
И это работало. Помните Сашу-семинариста из «Бриллиантовой руки»? Андрей Миронов создал образ, который одновременно смешон и отвратителен. При этом актёр ни разу не пытался обелить своего персонажа, показать его с «хорошей стороны». Семинарист – подлец и предатель, точка. Никаких объяснений и оправданий.
Когда искусство важнее репутации
Самый яркий пример – Анатолий Папанов и его Волк из «Ну, погоди!». Казалось бы, мультяшный персонаж, озвучка. Но Папанов вкладывал в этого Волка столько характера, столько живости, что мы до сих пор цитируем его фразы. И при этом Волк – однозначно отрицательный герой, хулиган и бездельник.
Папанов мог отказаться: «Не хочу ассоциироваться с негативным персонажем». Но он взял эту роль и отдал ей двадцать лет жизни. Потому что раньше было лучше понимание: актёр – это не звезда, требующая особого отношения, а мастер своего дела. Профессионал, который может сыграть кого угодно.
Или Евгений Леонов. Да-да, добряк Леонов, любимец публики. Но вспомните его Доцента из «Джентльменов удачи». Это же настоящий негодяй, подлец и хам. Леонов сыграл его так, что зритель поверил: перед ним опасный уголовник. При этом после выхода фильма актёр не бегал по интервью с объяснениями, как ему было тяжело и неприятно играть злодея. Он просто сделал свою работу – блестяще.
Почему мы потеряли эту смелость
Сейчас индустрия диктует другие правила. Актёр – это бренд, который нужно защищать. Отрицательная роль может испортить этот бренд, снизить стоимость на рынке. Абсурд, но факт. Современные артисты больше думают о подписчиках в социальных сетях, чем о качестве своей игры.
Советское кино не знало таких проблем. Мастера жили ради искусства, а не ради контрактов с рекламодателями. Они понимали: настоящая слава приходит не от красивых фотосессий, а от ролей, которые запоминаются на десятилетия. Именно поэтому мы до сих пор пересматриваем эти фильмы и восхищаемся игрой актёров, которые не боялись быть убедительными злодеями. Это и есть настоящий профессионализм, которого так не хватает современному кинематографу.