Знаете, о чем я думаю, когда слышу слово «подвиг»? Не о громких сражениях или парадных репортажах. Я вспоминаю обычных молодых парней, которые летели играть в регби и оказались в ледяном аду. История рейса 571 — это не про катастрофу. Это про нас. Про то, на что способен человек, когда позади — только пропасть. Давайте без пафоса. Просто попробуем понять, как они это сделали.
Тот день, 13 октября 1972 года, начался как праздник. Сорок пять человек — в основном ребята из регбийного клуба «Олд Кристианс», их друзья, родственники — смеялись в салоне «Фэрчайлда». Самолет ВВС Уругвая направлялся из Монтевидео в Сантьяго. Преодолеть нужно было Анды — одни из самых коварных гор на планете. Погода здесь меняется мгновенно. Солнце — и сразу слепящая метель. Пилоты были уверены, что пройдут перевал Планчон. Они ошиблись. Страшно ошиблись.
Роковая ошибка и падение в белую пустоту
Летели практически вслепую. Сплошная облачность, сильнейший встречный ветер сбивал с курса. В 15:21 экипаж доложил диспетчеру: перевал пройден. На самом деле самолет все еще болтался над восточными склонами, в самом сердце ледяных пиков. Разрешили снижение. И вот они начали спускаться в эту белую мглу, думая, что внизу — долины. Турбулентность раскачивала самолет. Загорелось табло «Пристегнуть ремни».
Кто-то пошутил: «Надевайте парашюты, господа, садимся в горах!». Все смеялись. Многие не пристегнулись. Кричали «Оле!», бросали мяч. Стюардесса пыталась их усадить — бесполезно. А потом самолет вырвался из облаков. И прямо перед крылом возникла стена скалы. Секунда тишины. Кто-то начал читать молитву.
Правый борт врезался в гору. Крыло оторвалось, как картонное, унеся с собой хвост. Людей выбросило в пустоту. От удара оторвалось и левое крыло. Пропеллеры, словно бритвы, прорезали фюзеляж. А потом — скольжение. Гигантская металлическая глыба, несущаяся с горы со страшным грохотом. Лязг, крики, визг металла. И наконец — удар. Тишина.
Первые часы: ад на высоте 3600 метров
Тишина была оглушающей. Ее разрывали только стоны. Картина была апокалиптической. В первом ряду погиб врач команды. Евгения Парада раздавило оторвавшимся креслом. У Фернандо Васкеса пропеллером почти отрезало ногу — он истек кровью за минуты. Повезло, что на борту оказались двое студентов-медиков. Они и стали спасателями. Дезинфицировали раны одеколоном, накладывали шины из обломков, бинтовали разорванными салфетками.
Один из самых жутких образов — Энрике Платеро, которому в живот вонзилась стальная трубка. Медики вытащили ее вместе с частью кишечника, вправили органы и замотали тряпками. И знаете что? С этими жуткими бинтами Платеро еще несколько дней пытался помогать другим! Он умер позже, от ран. В первые минуты погибло 12 человек. Выжили 33. Они дрожали от холода. -20°C ночью. Сорвали обшивку с кресел — укрывались. Растирали друг друга, чтобы согреться. Выпили найденное вино. Еды — горсть шоколада, крекеры, банка мидий. И это на всех. На утро от ран и холода умерло еще пятеро. Осталось 28.
Предательская надежда и страшное открытие
Спасатели искали их. Самолеты Аргентины, Чили и Уругвая бороздили небо. Но координаты были неверными — те самые, что передали пилоты перед падением. Белый фюзеляж на белом снегу. Ранняя весна в Андах — это не цветы, а постоянные снегопады. Поиски шли 8 дней. 21 октября на маленьком транзисторном приемнике, найденном в багаже, они услышали новость, которая перечеркнула все.
«Поиски рейса 571 прекращены. Шансов на выживание нет».
Вспоминает Нандо Парадо: «Кто-то кричал: „Они нас бросают!“. Я понял — надеяться теперь не на кого. Только на себя. Нас не спасут. Мы никому не нужны». Это был момент, когда закончилось детство. Началась борьба.
Невозможный выбор
Еда кончилась. Силы таяли. Голод — это не просто урчание в животе. Это медленное угасание разума и тела. Организм начинает поедать сам себя. Они знали, что есть только один источник белка. Тот, который лежал вокруг них.
Решение далось невероятно тяжело. Почти все — глубоко верующие католики. Они молились, плакали, спорили. Это был не акт варварства. Это был акт безумной любви к жизни. Последнее прощание с прежними собой. Они дали друг другу негласное согласие: если умру я, используй мое тело, чтобы спасти других. Мясо срезали с ягодиц — там больше мышц. Сушеное на солнце, оно становилось чем-то вроде жесткой вяленой говядины. Это позволило им протянуть.
Лавина и точка невозврата
29 октября, на 17-й день, случилось новое испытание. Ночью налетела лавина. Тонны снега ворвались через пролом в фюзеляже, заполнив все пространство. Тех, кто был у входа, заживо похоронило. Дышать было нечем — снежная пыль забивала легкие. Они откапывали друг друга в темноте, тратя последний кислород. Когда все стихло, выживших оказалось 16. Лавина забрала восьмерых, в том числе жену Хавьера Меттла.
Именно тогда пришло осознание: сидеть и ждать — значит умереть. Нужно идти. В одиночку. Навстречу неизвестности.
Поход за спасением
Решили, что пойдут трое самых крепких: Роберто Канесса, Нандо Парадо и Антонио Висинтин. 12 декабря они, похожие на живые скелеты, закутанные в самодельную одежду из обивки сидений, вышли в путь. Несли «еду» в носках — так она не замерзала. Через несколько дней нашли хвостовую часть. Настоящая сокровищница! Теплые вещи из чемоданов, сигареты, шоколад, даже банки с анчоусами. Они разожгли костер из комиксов и ящиков. Но, увидев впереди бескрайние хребты, поняли — путь неверный. Вернулись.
17 декабря Канесса и Парадо (Висинтина отправили назад, чтобы сберечь силы и еду) снова пошли. На пятый дня похода, 22 декабря, мир изменил цвет. Они увидели не снег, а камень. Потом — кусочек мха. Потом — горную реку. И на другом берегу — всадника.
Серхио Каталан, чилийский погонщик, сначала принял их за туристов. Двух заросших скелетов в лохмотьях. Он даже не понял их криков. Но что-то его насторожило. Он бросил через реку камень с привязанной запиской и карандашом.
Парадо, дрожащими руками, написал: «Я из разбившегося в горах самолета. Я уругваец. 10 дней пути. В самолете 14 раненых. Нужна помощь. Мы не знаем, где мы. У нас нет еды».
Каталан прочитал, кивнул. Перебросил им хлеб. И ускакал за помощью. Этот кусок хлеба, разделенный пополам, был вкуснее любой пиццы в мире. Это был вкус победы.
Возвращение к жизни
22 декабря вертолеты чилийских ВВС достигли того самого фюзеляжа. Четырнадцать истощенных людей, не верящих своему счастью, были эвакуированы. Их спасение стало рождественским чудом для мира. И тяжелейшим испытанием для семей погибших, которые узнали страшную правду о цене этого выживания.
Они выжили. 16 из 45. Не просто выжили — они жили. Спустя годы, в 2012-м, команда «Олд Кристианс» наконец сыграла тот матч в Сантьяго, ради которого когда-то вылетела. Символично, правда? Память, боль, дружба — все сплелось воедино.
Что это нам дает?
А вот что. Эта история — не инструкция по выживанию. Это напоминание. О том, что наши границы — гораздо дальше, чем мы думаем. Что дух сильнее тела. Что даже в кромешной тьме находится место для договора: «Я буду бороться за тебя, если ты будешь бороться за меня».
Они не стали героями по желанию. Ими сделала обстоятельства. Но они приняли этот вызов. Со всеми его невыносимыми решениями. И победили. Не смерть, пожалуй. А собственное бессилие.
Каждый год 22 декабря они встречаются. Пожилые уже мужчины. Смотрят друг на друга и понимают без слов. Они прошли ад и вернулись. Чтобы рассказать нам одну простую вещь: главное — не сдаваться. Даже когда кажется, что весь мир оставил тебя одного на краю света.
Задумайтесь об этом. Хотя бы на минуту.