Владимир Петрович Заманский — фигура особая. Народный артист РСФСР, легенда театра и кино, фронтовик и человек, который застал целую эпоху. Сегодня он — самый возрастной из живущих российских актёров. Ровно сто лет — цифра внушительная и, по его собственному признанию, во многом неожиданная.
Его жизнь никогда не шла по прямой. Скорее — зигзагами, с резкими поворотами и паузами, когда приходилось начинать всё заново. Сам Заманский не раз говорил, что будто прожил две разные судьбы.
Началось всё непросто: ранняя смерть матери, тяжёлые обстоятельства, затем — тюремная история, которая, к счастью, не затянулась надолго. А дальше — решения, которые принимались не вовремя и словно наперекор общепринятой логике.
В Школу-студию МХАТ он пришёл уже не мальчишкой. Пока вокруг были вчерашние школьники, Заманский чувствовал себя человеком с багажом прожитых лет. Даже к Пушкину он пришёл поздно — «Капитанскую дочку» прочёл лишь после тридцати.
С этого момента, по его словам, всё начало постепенно меняться. Русская классика привела к вере, а вера — к внутреннему пересмотру всей жизни.
В кино он тоже вошёл не с юношеского рывка: «Каток и скрипка», «Солярис», «Сталкер» — фильмы, которые давно стали культурными ориентирами. А затем — тихий, осознанный уход. Без скандалов, объяснений и прощальных интервью. Для зрителей — неожиданность, для него самого — закономерный шаг.
Уже больше четверти века Владимир Петрович живёт в Муроме. Подальше от шума, камер и бесконечной гонки. Сегодня для него главное - покой, молитва и рядом самый близкий - жена — Наталья Климова, та самая Снежная королева из детства миллионов зрителей.
Когда-то перед ними открывались большие перспективы. Но путь к успеху и обустройству семьи оказался непростым. Поначалу супруги ютились в крошечном помещении при театре, переделанном из подсобки.
- А затем возникло испытание, которое изменило всё: Наталья ждала ребёнка. Решение, принятое тогда, стало для них тяжёлым крестом на всю жизнь. После медицинского вмешательства Климова больше не смогла стать матерью.
Их союз начался ещё в 1962 году. Денег не было, удобств — тоже. Зато было главное — ощущение, что они вместе и это всерьёз. Время показало: этого оказалось достаточно.
Сам Заманский уверен — если бы остался в Москве, вряд ли дожил бы до ста лет. В конце девяностых они с супругой продали столичную квартиру и переехали в Муром. Купили старенький дом неподалёку от святых мест.
Переезд был связан не только с душевным выбором, но и со здоровьем Натальи Ивановны. Болезни дали о себе знать давно. Когда позволяет самочувствие, она берёт в руки кисти — живопись стала для неё способом оставаться в диалоге с миром.
Со временем Владимиру Петровичу присвоили звание почётного гражданина Мурома. Он относится к этому спокойно — не как к награде, а как к знаку уважения от города, который стал для него родным.
И в жизни он остался похож на своих экранных героев — тихий, сосредоточенный, внимательный. Он не изображал характеры, а словно проживал их.
Наталья Ивановна однажды очень просто описала их быт:
«Возраст — это данность. Ни разу не пожалели, что уехали из Москвы. Здесь всё по-другому: храм рядом, монастыри вокруг. До церкви — несколько шагов. Володе тяжело много ходить, друзья помогают, подвозят. Здесь к нему относятся с теплом. Я верю: всё, что у нас есть, — это милость Божья. В столицу не тянет. Мы живём так, как Господь управляет».
Супруги живут в простом деревянном доме на два этажа недалеко от Оки. Из окон — вид на Никольскую церковь и Воскресенский монастырь. Несмотря на возраст, Владимир Петрович старается держаться.
В быту ему помогает человек с военным прошлым — надёжный, спокойный, всегда рядом, когда нужно подстраховать или помочь.
Большую часть своей пенсии Заманские жертвуют на храм и монастыри. Без лишних слов и демонстративной щедрости.
Их жизнь сегодня течёт тихо и размеренно. Без суеты, без лишних разговоров. И, судя по всему, именно такой путь Владимир Петрович считает его правильным.
Формально они живут почти затворниками. Но полностью от мира не отгораживались. Несколько лет подряд Владимир Петрович обязательно появлялся на мероприятиях ко Дню Победы в Муроме. А также сотрудничал с религиозной радиостанцией, работал на ТВ.
Тихая жизнь, в которой нет случайных шагов. И, возможно, именно она и стала его главным выбором.