О Евгении Леонове до сих пор говорят с особой теплотой. Вокруг его имени сложилось множество историй — и все они так или иначе подтверждают: это был человек редкой душевной щедрости и невероятного обаяния.
- Для кого-то он навсегда остался тем самым Доцентов из «Джентльменов удачи». Другие вспоминают укротителя тигров из «Полосатого рейса» или Травкина из «Тридцати трёх». Театралы вздыхают, вспоминая его Лариосика, Ванюшина или Тевье-молочника.
Каким бы ни был Леонов — на сцене или в кадре — он давно стал частью культурного кода, артистом с по-настоящему мощной энергетикой.
Немного неуклюжая внешность, крупные черты лица, голос с лёгкой хрипотцой и при этом удивительно добрая улыбка, за которой будто скрывалась тихая грусть, — таким его запомнили миллионы зрителей.
Но мало кто знает, что у Евгения Павловича был старший брат, с которым он был очень близок. Звали его Николай. Он не имел отношения к искусству, работал инженером и всю жизнь держался в тени. Николай Павлович трудился в конструкторском бюро Туполева и крайне редко соглашался на интервью.
Он часто вспоминал их детство и маму — простую, не слишком образованную, но необычайно добрую женщину:
«Она отдавала детям всё без остатка. И умела рассказывать истории так, что люди смеялись до слёз. В нашей маленькой квартире всегда было полно гостей — кто-то жил, кто-то ночевал прямо на полу».
Николай родился в 1924 году и считал, что внешне пошёл в отца, а Женя — в мать. Хотя окружающие часто находили между братьями сходство. Сам Николай, правда, это отрицал:
«Я худой, в отца. А Женя — весь в маму: и внешне, и по характеру. От неё ему досталось чувство юмора».
В детстве братья были неразлучны. Жили они в коммуналке на Васильевской улице в Москве. Николай, как старший, всегда защищал младшего во дворе. Женя хорошо учился, участвовал в школьной самодеятельности и уже тогда умел рассмешить любую компанию.
Их отец работал на военном заводе № 32. В годы войны оба сына тоже туда устроились: Николай — учеником конструктора, Евгений — токарем. Когда немцы подошли к Москве, завод вместе с семьями собирались эвакуировать в Киров, но Леоновы в последний момент решили остаться. Как оказалось, не зря.
После школы Евгений поступил в авиационный техникум и всерьёз собирался идти по стопам брата. Однако по совету дяди рискнул попробовать себя в драматической студии при Большом театре — и именно этот поворот изменил его судьбу.
Любопытно, что при жизни Евгения Николай почти не смотрел фильмы с его участием. Объяснял это просто:
«Женя часто играл таких людей, какими сам в жизни никогда не был».
По словам брата, Леонов был удивительно мягким и ранимым человеком. Он подбирал бездомных собак, которых ему подбрасывали «добрые» люди, и не мог пройти мимо чужой беды.
Даже став знаменитым на всю страну, Евгений не отдалился от семьи. Он по-прежнему звал брата на праздники, знакомил с интересными людьми и всегда сохранял тёплые, почти домашние отношения.
В последний раз они виделись в конце января 1994 года — всего за два дня до смерти актёра. Тогда братья просто вышли прогуляться с собакой. Леонов жил без роскоши, в обычном доме на Комсомольском проспекте.
Николай вспоминал, что после операции на сердце Женя стал тревожным и мнительным. Во время той прогулки он часто останавливался и жаловался, что ему тяжело дышать. Через два дня Евгения Леонова не стало.
«Мне позвонил Андрей и сказал: “Дядя Коля, приезжай, папы больше нет”. Я сразу поехал. Когда вошёл в квартиру, Женя лежал на доске между табуретками… ещё тёплый. Так я его и не застал живым», — рассказывал Николай Павлович.
Он пережил младшего брата на 23 года. Выйдя на пенсию, Николай в основном жил на даче в Михнево. Несмотря на возраст, оставался бодрым, активным и почти не жаловался на здоровье. Его не стало 10 января 2017 года — на 93-м году жизни.
Говоря о брате, Николай всегда подчёркивал главное:
«Самое ценное в Жене — его любовь к семье. Он ради неё делал всё и даже больше. По сути, всю жизнь положил».