Король Франции Людовик XV (1710–1774 гг.) был тенью своего блистательного прадеда, короля-солнце Людовика XIV. Если последний отождествлял себя с французским государством («Государство – это я!» – заявлял самый абсолютный монарх Европы), то Людовик XV, которого веселые французы во время его молодости от избытка чувств прозвали «Возлюбленным», правил по принципу «После нас хоть потоп».
В результате его безудержной расточительности страна оказалась на грани банкротства. Но какое Людовику было дело до государства, когда его личная жизнь била бурным ключом! Какие женщины завоевали сердце этого французского дон Жуана на троне?
Несчастливая «добрая королева» и король-сердцеед
Так как Людовик рос болезненным и слабым, то вопрос о наследнике имел первостепенное значение. Окружение короля активно искало ему невесту; среди претенденток значились дочь испанского короля Филиппа V – Марианна Виктория и Елизавета – дочь первого российского императора Петра I.
Первая не подошла по возрасту (была слишком молода), вторая – по политическим соображениям (отношения России и Франции на тот момент были натянутыми). В результате король женился на Марии (1703–1768 гг.) – дочери свергнутого польского короля Станислава Лещинского.
Она не могла похвастать красотой, у нее не было ни приданого, ни владений, зато она была здоровой барышней с очень покладистым, мягким характером, который гарантировал спокойную семейную жизнь. Правда, невеста была на 7 лет старше жениха, однако ее достоинства с лихвой компенсировали этот «недостаток».
Как сложилась семейная жизнь Людовика и Марии, которые впервые встретились за день до свадьбы в 1725 году? Они сразу влюбились друг в друга и поначалу были вполне счастливы. Набожная, покладистая Мария, казалось, была создана для того, чтобы быть образцовой супругой и надежной хранительницей домашнего гнездышка.
Однако со временем отношения между супругами испортились. Что пошло не так? Смерть их маленького сына Филиппа разъединила короля и королеву, которая почти все время рожала дочек: из 10 детей было только 2 мальчика…
Частые беременности истощили бедную королеву, и она перестала интересовать его величество, который искал развлечений в обществе своих многочисленных любовниц.
Как Мария переживала измены мужа? Надо отдать должное этой достойной женщине: она не устраивала мужу сцен ревности и не закатывала скандалов. Она добросовестно играла роль образцовой супруги монарха, занималась благотворительностью, раздавала милостыню, жертвовала деньги на строительство церквей, монастырей, больниц, дома для бедных детей.
За это благодарные французы прозвали Марию «доброй королевой». Даже самая известная фаворитка короля мадам Помпадур уважала ее величество и настаивала, чтобы он уделял ей больше внимания.
Мария не вмешивалась в политику и не пыталась влиять на мужа. Став королевой, она не потеряла голову и – в отличие от ветреного мужа – вела здравый, адекватный образ жизни.
«Воображать себя великим вследствие чина и богатств – это воображать, что пьедестал делает героем», – утверждала она.
«Добрая королева» воспитала достойного сына Людовика Фердинанда и оставила по себе светлую память. Могла ли мечтать о бо́льшем счастье польская принцесса-бесприданница в изгнании?
Женщины короля: простушка, интриганка и «маленькие любовницы»
Число фавориток Людовика XV не поддается точному исчислению. В любовных утехах «Возлюбленный» король не признавал никаких ограничений; его амурные увеселения остановила только смерть.
Помимо официальных фавориток Людовик заводил и так называемых «маленьких любовниц», которые после короткого романа исчезали из его жизни. Кто же они – красавицы Людовика, которые заменили ему преданную королеву?
Одна из них – красавица Луиза де Мальи, которая так очаровала государя, что он объявил ее своей официальной фавориткой. Что означал этот двусмысленный титул (возник в 16 веке)? Его обладательница имела право вмешиваться в государственные дела и даже заниматься управлением.
С 1732 по 1742 года Луиза была возлюбленной короля, но особо не злоупотребляла своим положением, то есть не лезла в политику. Она обожала красивую светскую жизнь, веселилась от души и не пыталась манипулировать королем. За это ее называли «любящим, искренним созданием, обладавшим всеми качествами легковерной простушки».
Затем король переключился на ее сестру Полину Фелисите. Чтобы прикрыть этот роман, Людовик выдал ее замуж за графа дю Люка де Винтимиля, который дистанцировался от любовной интриги жены. Полина родила от короля сына Шарля, который был так на него похож, что получил прозвище «Полулюдовик». Но сама она умерла во время родов от мучительной агонии.
На какое-то время Людовик увлекся следующей сестрой де Мальи – Полиной Фелисите. Потом ее сменила младшая Мари-Анна. Эта обворожительная, энергичная особа начала с того, что добилась «отставки» Луизы (которая сохраняла влияние на короля и, следовательно, была опасна), годового содержания в 50 тысяч экю и признания будущих наследников.
Людовик принял все условия, потому что буквально сходил с ума по прелестной маркизе (по воле короля Мари-Анна вышла замуж за маркиза де Ла-Турнеля).
В отличие от простой Луизы, Мари-Анна не ограничилась развлечениями, она замахнулась на высокую политику.
«Она была настолько умна, что никогда не расспрашивала Людовика о государственных делах… В результате он без опасений говорил с ней о государственных делах и даже доходил до того, что советовался с ней, умолял ее быть столь любезной и дать ему совет», – утверждает исследовательница Тереза Латур.
Мари-Анна оставила по себе недобрую память. Она способствовала ввязыванию Франции в Войну за австрийское наследство на стороне Пруссии. Чтобы потешить свою возлюбленную, Людовик однажды без особой надобности приказал штурмовать неприятельскую крепость. Солдаты гибли, но кому было до этого дело, раз Мари-Анна была в полном восторге…
Однако очевидно, король не очень любил маркизу, раз недолго горевал после ее смерти. Он быстро утешился в объятиях ее старшей сестры, веселой и остроумной Дианы.
Но уже через 2.5 месяца в жизни его величества появилась она – Жанна-Антуанетта д'Этиоль, дочь разорившегося спекулянта, которая благодаря прекрасному образованию и родственным связям пробилась в высший свет.
Людовик сделал ее своей официальной фавориткой и пожаловал поместье Помпадур. Так в истории Франции появилась женщина, на долгие 20 лет определившая ее внешнюю и внутреннюю политику, за что получила негласный титул «некоронованной королевы».
Драгоценная подруга «Возлюбленного» короля
В отличие от своих предшественниц, мадам Помпадур так крепко удержалась при дворе, что фактически стала негласным (и настоящим!) правителем просвещенной Франции. Как ей это удалось?
Во-первых, она весьма умело манипулировала королем. Красавица завязала дружеские отношения с ее величеством. Свои решения по внешней политике, назначению и увольнению министров, руководству тайной полицией она внушала королю исподтишка, как бы между прочим, так что он оставался в убеждении, будто правит самостоятельно.
«Она вмешивалась во многие вопросы, не подавая при этом вида, словно бы это не касалось ее вовсе. Напротив, она показывала… что ее больше всего волновали спектакли и другие пустяки…», – писал современник.
Когда Помпадур по состоянию здоровья была вынуждена прекратить роман с королем, она прибрала к рукам его любовные утехи.
Недалеко от Версаля она завела Олений парк – небольшой особняк с прилегающей территорией за высоким забором, куда отбирались юные, надежные, проверенные красавицы 15-17 лет, которые после непродолжительных отношений с его величеством получали щедрое приданое – 100 тысяч ливров.
Неудивительно, что от желающих не было отбоя, а Людовик, конечно, был доволен. Но разве мадам не ревновала своего царственного возлюбленного к юным прелестницам?
«Я хочу его сердце! Все эти необразованные девчонки его у меня не отнимут», – утверждала Помпадур.
Но разве она не понимала, что многочисленные увлечения короля разделяют их? Конечно, фаворитка сознавала, что ее время ушло, но использовала любую возможность, чтобы остаться «на плаву»…
Однажды некая очаровательная натурщица Луиза О'Мерфи, добившись расположения короля и родив ему 2 дочек, попыталась потеснить ее с пьедестала официальной фаворитки. Но бдительная Помпадур быстро переключила внимание Людовика на другую прелестницу и добилась удаления Луизы в провинцию.
Более серьезная опасность исходила от отца следующей возлюбленной короля – Луизы-Жанны Тьерселен, которая родила ему сына. Этот Тьерселен был сторонником Пруссии и пытался склонить легкомысленного монарха к союзу с ней. А Помпадур добилась союза с Австрией против Пруссии в ходе Семилетней войны (1756–1763 гг.).
Ослабевшая мадам с большим трудом добилась ареста месье Тьерселена и сохранила свой внешнеполитический курс. А король закрутил романы с влиятельной фрейлиной Франсуазой де Шалю и молодой жительницей Гренобля мадемуазель Анн де Роман, которые родили ему по сыну.
В 1764 году всесильная Помпадур, эта «некоронованная королева» умерла. Народ ликовал, так как считал ее виновницей непопулярной Семилетней войны, а король… завел себе новых фавориток.
Мадам Дюбарри – эпигон Помпадур?
Последней известной возлюбленной короля стала Мари-Жанна Бекю, известная как мадам Дюбарри. Она тоже была умной, энергичной, предприимчивой женщиной, которая попыталась повторить успех предшественницы.
Жанна без особого труда влюбила в себя короля: ведь она была модисткой и профессиональной дамой легкого поведения.
«Она – единственная женщина Франции, которая смогла сделать так, чтобы я забыл, что мне шестьдесят лет», – заявил Людовик.
Но ей было мало любви короля; она начала вмешиваться в политику и даже добилась отставки министра иностранных дел Шуазеля. Но это был более чем скромный успех по сравнению с непревзойденной мадам Помпадур. Почему Дюбарри не сумела занять ее место?
Во-первых, король сильно сдал. Людовик в принципе был не очень здоровым человеком, а невоздержанный образ жизни подкосил его. Во-вторых, королевская казна была пуста, поэтому мадам Дюбарри не на что было развернуться.
Она пыталась сохранить влияние на его величество, подсовывая ему нужных девушек, но и это не помогло. Одна из очередных прелестниц заразила короля оспой, которая свела его в могилу.
Разгульная личная жизнь государя окончательно подорвала авторитет монархии в глазах веселых французов. Можно ли считать Людовика XV косвенным виновником разразившейся великой французской революции, приведшей на плаху его внука, образцового семьянина, – Людовика XVI?