Недавно я увидел твит Питера Левелса, в котором он утверждает, что реальная инфляция на самом деле выше, чем принято считать, в том числе из-за падения качества продуктов, а не только из-за роста цен.
Автор статьи — Ник Маджулли. Ник — юрист, частный инвестор и блогер. Оригинал тут. Спасибо Александру Грибанову за перевод.
Цитирую твит:
Я думаю, что мы на 100% находимся в состоянии гиперинфляции — или чего-то очень на неё похожего.
Но эта гиперинфляция выражается не в ценах, а в резком падении качества почти всех товаров и услуг.
Сейчас мы переживаем бум активов: кажется, что цены на акции растут, но на самом деле это лишь отражает то, насколько быстро обесцениваются деньги.
Именно поэтому тот же самый товар или услуга, которые вы покупали два года назад, сейчас стоят в два раза дороже, а их качество при этом упало вдвое. В итоге реальная цена, по сути, выросла в четыре раза.
Такую инфляцию невозможно просто измерить, потому что качество — вещь субъективная и в официальной статистике по инфляции не учитывается. Но она, безусловно, существует.
Я бы не стал называть происходящее «гиперинфляцией», однако эта позиция мне понятна. В прошлом году я уже писал об ухудшении качества лаунжей Amex и о том, как взрывной рост благосостояния на Уровне 4 (от 1 до 10 миллионов долларов) привёл к снижению качества многих услуг, которые традиционно считались прерогативой «верхнего среднего класса».
Один из самых наглядных примеров — ресторанная индустрия. Я помню, как пришёл в один из своих любимых стейк-хаусов и заказал рибай. Я был приятно удивлён тем, что цена на него не выросла. Но когда стейк принесли, я был шокирован. Это был самый маленький рибай в моей жизни. Я уставился на тарелку и не мог поверить своим глазам. Что это? Рибай для муравьёв? Я не стал жаловаться, но с тех пор больше туда не возвращался.
У моей жены был похожий опыт в одном из бразильских стейк-хаусов формата «ешь сколько сможешь». Попробовав несколько видов мяса, которые официанты приносили по кругу, она попросила рибай — свой любимый. Ей ответили, что он «готовится», а когда его всё-таки вынесли через 45 минут, это оказался единственный заход, и больше рибай так и не появился. За два часа ужина она попробовала лишь один кусочек рибая. Вот тебе и «ешь сколько сможешь». Но зато цена, конечно, не выросла.
Оба этих примера — всего лишь личные наблюдения, но они иллюстрируют более коварную форму инфляции: уменьшение размера порций или падение качества товаров и услуг. Технически Бюро статистики труда США учитывает шринкфляцию — ситуацию, когда размер продукта уменьшается, а цена остаётся прежней. Вы наверняка замечали это на примере шоколадных плиток и батончиков.
Но Бюро статистики труда не учитывает то, что называют скимпфляцией — ситуацию, когда бизнес начинает экономить на качестве товара или услуги, сохраняя прежнюю цену. Если вы любите шоколад, то, вероятно, заметили, что в последнее время его вкус изменился: производители стали заменять какао более дешёвыми ингредиентами. То же самое произошло и с салатными заправками, когда некоторые бренды сократили долю масла в составе, чтобы снизить издержки.
Снижение качества услуг на практике может быть даже серьёзнее, чем ухудшение качества товаров. Согласно исследованию Американского индекса удовлетворённости потребителей (ACSI), посвящённому качеству обслуживания в ресторанах и сервисах доставки, в 2025 году оценки клиентов снизились во всех категориях ресторанного обслуживания по сравнению с 2024 годом:
Это 5%-ное снижение качества обслуживания (по всем категориям) произошло на фоне того, что цены в ресторанах выросли примерно на те же 5% в 2025 году. И хотя падение качества обслуживания — это не то же самое, что прямой рост цен, результат один и тот же: вы получаете меньше за свои деньги. В итоге несложно увидеть, что реальная инфляция в 2025 году выше, чем следует из официальных данных.
Но почему вообще существует скимпфляция? Потому что падение качества гораздо проще скрыть, чем рост цен. Когда ресторан повышает цены, постоянные клиенты замечают это сразу. А вот если ресторан увольняет помощника официанта и блюда начинают приносить на несколько минут позже — это куда менее заметно.
Хуже всего то, что скимпфляцию вообще не отслеживают в официальной статистике. Когда компания заменяет службу поддержки на чат-ботов с искусственным интеллектом, стоимость услуги формально не меняется. Но теперь вам приходится по десять минут добиваться от бота хоть какого-то ответа вместо одной минуты разговора с человеком, который действительно может решить проблему. Цена осталась прежней, а ваши издержки выросли.
Ранее считалось, что шринкфляция — это незначительная часть общей инфляции. В случае со скимпфляцией ситуация может быть иной. По моей оценке, в отдельных сферах она может достигать 5% в год. Но если смотреть на экономику в целом и быть консервативными, допустим, что всё не так плохо — пусть это будет 2–3% в год. Тогда ощущаемая инфляция вырастает до уровня 5–6%. Это, конечно, далеко не гиперинфляция, но заметно выше официальных 3%.
Я не думаю, что здесь есть какой-то заговор. Скорее это рациональное поведение участников экономических процессов в условиях рыночной экономики. Потребители устали от постоянного роста цен в последние годы, и компании это прекрасно понимают. Поэтому для них логичнее прибегать к шринкфляции и скимпфляции, чем напрямую повышать цены.
Является ли скимпфляция свидетельством повсеместного обесценивания доллара? Не обязательно. Да, доллар США действительно теряет свою ценность — тут нечего обсуждать. Но он терял её всегда. Единственный период за последние сто лет, когда доллар не обесценивался, — это Великая депрессия. Вряд ли кто-то хотел бы туда вернуться.
На мой взгляд, проблема в том, что за последние несколько десятилетий мы привыкли к инфляции около 2% в год. Поэтому, когда инфляция оказывается выше этого уровня, некоторые начинают делать далеко идущие выводы и говорить о «гиперинфляции». Однако с 1913 по 2025 год средняя инфляция доллара США составляла чуть более 3% в год. Сейчас мы действительно находимся немного выше этого уровня (особенно если учитывать скимпфляцию), но делать выводы о гиперинфляции при инфляции в 5–6% — это серьёзное преувеличение.
Не поймите меня неправильно: высокая инфляция — это плохо. Она не полезна ни потребителям, ни рынкам. Никому не нравится нестабильность. Но между повышенной инфляцией и гиперинфляцией существует огромная разница. И я искренне надеюсь, что никто из нас никогда не узнает эту разницу на собственном опыте.
Ставьте лайк, если статья понравилась. Подписывайтесь на самый нескучный телеграм-канал по инвестициям "На пенсию в 35 лет". И на YouTube.