Гончаров, судя по всему, великолепно знает, что такое «эмоциональные качели»! Как я измучилась, читая отрывки, описывающие взаимодействие Обломова и Ольги. Нет, они, бесспорно, великолепны: так взволновать сердце может только гениальный писатель. Но сколько в этих эпизодах боли и тоски, особенно когда знаешь, чем все закончится.
Истинность любви Ольги и Ильи Ильича — предмет для жаркой дискуссии. Кто-то видит в ней изначально обреченные на провал отношения, а кто-то — пример настоящего чувства, открывающегося человеку лишь однажды. Пожалуй, здесь я буду опираться больше на свою трактовку происходившего: после просмотра разных обзоров на «Обломова» я поняла, что в некоторых аспектах мы расходимся с рецензентами в трактовке.
Пожалуй, любовь Ольги Ильинской требует отдельной статьи (так и сделаем). Ее чувство многогранно, оно развивалось, словно живой организм. Любовь Обломова же в сущности своей довольно проста и интересна скорее в сравнении двух «предметов воздыхания»: Ольги и Пшеницыной. Динамика его чувства понятна без всяких подсказок, ибо заметна в тексте невооруженным глазом. Просто сравните:
Обломов про Ольгу Ильинскую
«Она — божество, с этим милым лепетом, с этим изящным, беленьким личиком, тонкой нежной шеей».
Обломов про Пшеницыну
«…Он глядел на нее с легким волнением, но глаза не блистали у него, не наполнялись слезами, не рвался дух на высоту, на подвиги. Ему только хотелось сесть на диван и не спускать глаз с ее локтей…»
Я бы назвала чувства Обломова к Ольге более возвышенными, идейными. Она для него — идеал совсем иной жизни, воплощение его надежд на более активное будущее. Ольга — последний шанс на то, чтобы исправить свое положение; а Обломов иногда действительно жалеет свое бездеятельное прошлое и упущенные возможности (по крайней мере, вплоть до 4 части он занимается самоанализом).
«Встает он в семь часов, читает, носит куда-то книги. На лице ни сна, ни усталости, ни скуки. На нем появились даже краски, в глазах блеск, что то вроде отваги или, по крайней мере, самоуверенности. Халата не видать на нем...»
Правда, любовь к Ольге тягостная, непривычная: в ней много драмы, беспокойства; Обломов переживает бессонные ночи и беспрестанно тревожится обо всем, о чем только можно. Не тянет ли он свою возлюбленную вниз? Действительно ли Ольга любит его? А что подумают другие, глядя на них? Может ли он иметь право на чувства Ольги? В общем, состояние мучительное, в особенности для того, кто так страстно желает покоя.
Более того, чувства Ольги требовательны и бескомпромиссны. Сначала Обломов попадает под сильное влияние ее характера, однако со временем устает от ее «толчков». Чем больше они проводят времени порознь, тем больше он поддается старым привычкам. И тут «на сцену» выходит Агафья Матвеевна.
«…Тоски, бессонных ночей, сладких и горьких слез – ничего не испытал он…»
На Пшеницыну Обломов переключается медленно, постепенно, она «вплывает» в его сонные будни и становится неотъемлемой их частью. С Агафьей Матвеевной Обломову сильно проще: она окутывает его привычным комфортом, не призывает к «подвигам» (напомню: для Обломова подвигом считается все, что требует подъема с кровати).
«…Никаких понуканий, никаких требований не предъявляет Агафья Матвеевна…»
Пшеницына — тоже идеал, только немного иного порядка: именно о такой женщине Обломов грезил в своих планах на будущее. И любовь к ней простая, примитивная и больше походит на привычку. Более того, с ней Обломов позволяет себе дерзости, о которых даже не смел помыслить в присутствии Ольги: он бесстыдно заглядывается на Агафью Тимофеевну и даже осмеливается поцеловать ее в шею. Вряд ли здесь можно говорить о трепетном и уважительном отношении к Пшеницыной; она больше походит на временный объект вожделения.
Любопытно вот что: ведь Агафья Матвеевна тоже деятельная, как и Ольга, тоже любит труд! Но труд этот не мешает Обломову, не заставляет его действовать; наоборот, Пшеницына тихо снует по дому, размахивает локтями во время готовки, шуршит подолом платья во время уборки — все ее действия убаюкивают его, погружая в еще более глубокий сон.
Был ли Обломов счастлив с Ольгой? Да, но счастье это было хоть и восторженное, но неполноценное, идущее вразрез с его жизненными принципами. Был ли он счастлив с Агафьей Матвеевной? Безусловно, отношениям с ней не достает любовной поэтичности, однако идеал жизни, о котором Обломов так долго грезил в диванном плену, к концу романа им достигнут.
Жалко Обломова, жалко его чувств и душевных усилий — пожалуй, я не перестану это повторять.