Мне алгоритм ИИ напомнил сегодня про мой пост пятилетней давности. Цитирую:
Критикующие наших митушных актрис зрители попрекают пенсионерок тем, что, мол, они разоблачают исключительно тех заслуженных деятелей, что не могу ответить, так как ушли в мир иной (Плучек, Табаков, Шукшин, etc.). Но вот девицы из «ВИАГРЫ» одна за одной вспоминают про влажные поползновения Константина Меладзе и что? Никто ничего не опровергает. Те же яйца, только в профиль.
Отар Кушанашвили тогда прокомментировал:
Евгений Юрьевич, я днями специально интересовался (в противность псевдопуританской публике я в коротких отношениях с Акыном и его брательником-изрядным гансвурстом): БРАТЬЯМ МЕЛАДЗЕ HАCPAТЬ. Так и запишите. Но есть также известные основания полагать, что ВСЕМ НАСРАТЬ.
История с Меладзе — идеальный маркер того, как у нас устроена мораль в шоу‑бизнесе: скандал вроде есть, «девицы из ВИА Гры» рассказывают одно и то же, а в ответ — тишина. И не потому, что никто не слышит, а потому что всем, как метко сформулировал Кушанашвили, «HАCPAТЬ».
Тут три слоя. Первый — цинизм фигур уровня братьев Меладзе: статус, связи, деньги, ощущение полной непотопляемости. Второй — цинизм индустрии: пока хиты крутятся и корпораты платят, разбираться в этике никому не интересно. Третий — цинизм публики: массовый зритель привык к формуле «все там одинаковые», и любая история домогательств воспринимается как шум на фоне.
В результате наши «митушные актрисы», которые раскапывают старые грехи умерших режиссёров, оказываются почти честнее системы: по крайней мере, они называют имена. А живые персонажи продолжают ходить по ковровым дорожкам, как ни в чём не бывало, потому что главный приговор уже вынесен не судом, а обществом: «это всё шоу‑бизнес, тут иначе не бывает».