Недавно попался в проекты кейс про удочерение. В коммерции такое не любят, сразу грустно и не вкусно (мне тоже).
Ищем бабушку. Входные данные – есть дата рождения 6 декабря 1917 года, место рождения из справки о смерти (деревня в Малоярославецком уезде Калужской губернии), есть ФИО приёмных родителей. Но! По легенде, год рождения бабушки – 1919, наверно, удочерена в 1920-е.
Читаем сразу литературу про усыновление в переходный период и ранние годы советской власти. Хочется плакать. Смотрим все подряд фонды, типа народных судов (там есть дела об усыновлении за 1920-е), но нужных районов не сохранилось. Плачем дальше.
Конечно, ещё сначала смотрим метрические книги (они есть), нашей бабушки там нет... Но в книгах сельской церкви встречается ооооочень много питомцев Московского императорского воспитательного дома. Аномалия.
Обращаемся к умным коллегам, у которых такое было. Оказывается, в некоторых уездах было очень распространено брать себе детишек на вскармливание. Там и денежку давали. Вся деревня тащила пупсов домой пачками. Многие рано умирали.
На дурачка посмотрела Главную книгу МИВД (книжка, где внесены все поступившие за год младенцы) за 1917 год. Искомой бабушки нет, но есть другая девочка, которую забрала себе приёмная мама нашей бабушки! К сожалению, девочка умерла через 3 месяца. Путь правильный, но годы.... если и правда родилась в 1919, там уже пустовато с документами.
Смотрим Объездные книги – такие были созданы для контроля судьбы питомцев. Лекари ездили, проверяли, у кого как дела.
И вот в книжке 1917 года по нашему округу нашлась искомая бабушка! Только за 1910-е годы её приёмная мать привезла 4 детей из МИВД. 3 из 4 умерли. А наша бабушка родилась не 6 декабря 1917, 1919 и так далее, а 6 декабря 1916 года.
В такие моменты в читальном зале должна дежурить бригада скорой помощи для откачивания особо впечатлительных.
Я конечно до конца кейс пока не разгадала, но и на такое даже не надеялась.
К слову, у бабушки отчество Никитична (при приёмном отце Устине). Ещё до работы с документами МИВД я сидела с лицом мудреца составляла дерево её приёмных родителей, чтобы найти крестного Никиту.... или вроде того.
Для многих детей всё было проще: в эти годы питомцы были Анатольевы, Александровы, Никитины и т.д. по именам церковного причта.
После находки в Объездной книге я изучила Главную книгу за 1916 год, где нашла бабушку. У неё в книге был свой номер (такой у каждого ребёнка).
Потом я заказала дело с метрическими выписями за 1916 год (это не метрическая книга, а сборник отдельных листочков с метриками питомцев из разных церквей, городов и т.д.). Каждая метрика подписана номером питомца.
В общем, оказалось, что бабушка была незаконнорожденным ребёнком крестьянской девушки из Богородицкого уезда Тульской губернии. Родила она её в Москве. Отчество бабушка получила по имени крёстного – родного брата матери.
Хорошо, что я не испугалась истории с усыновлением, начатой с легенды.
