Представьте, что Вселенная решила отметить вас лично. Не наградить, а именно отметить — поставить свою странную, нестираемую метку. Для Энн Ходжес из тихого Сулакога, штат Алабама, такой меткой стал булыжник весом под четыре килограмма, вручную доставленный с орбиты.
Удар, которого никто не ждал
Это не метафора. 30 ноября 1954 года, в разгар мирного послеобеденного сна на диване, ее мироздание сжалось до размеров гостиной, а потом взорвалось. Она не услышала грохота — лишь резкую боль и хаос. Проснулась Энн уже в больнице, с тяжелыми ушибами и в облаке непонимания. Аппендицит? Сердце? Что угодно из знакомого, земного набора несчастий. Последнее, что могло прийти в голову 34-летней домохозяйке: только что она стала живым, дышащим участником космического события.
Небесный гость — фрагмент метеорита, названного позже Сулакогским — пробил крышу, отрикошетил от массивного радиоприемника и ударил ее в бедро. Случайность с точностью до сантиметра. Прямое попадание. В разгар Холодной войны, когда небо уже не было безобидным, кто-то мог бы счесть это атакой. Но это была «атака» самого космоса. Жители городка видели в небе ослепительную красную вспышку, похожую на гигантскую свечу, — красивое, завораживающее зрелище. Для Энн это зрелище обернулось синяком размером с ананас и уникальным статусом: первый и пока единственный документально подтвержденный случай попадания метеорита в человека.
И вот здесь начинается самый горький парадокс этой истории. Казалось бы, судьба буквально указала на тебя пальцем с небес. Ты жив, ты — мировая сенсация, у тебя на руках уникальный артефакт. Мечта? На деле для Энн и ее мужа Юджина это стало началом конца.
Что стало с камнем?
Космический камень, этот немой свидетель невероятной удачи, мгновенно превратился в яблоко раздора. На него положили глаз все: ВВС США (формально изучавшие объект), владелица дома, который снимали Ходжесы, даже соседи. Метеорит стал не символом чуда, а предметом судебной тяжбы. Семья мечтала просто продать его, чтобы починить пробитую крышу и немного подлатать быт. Они наивно верили, что за частицу иного мира им предложат состояние.
Но судьба сыграла с ними злую шутку. Как только право собственности было юридически оформлено, ажиотаж утих. Оказалось, что научная ценность метеорита не равна баснословному чеку. Музеи не рвались скупать его за миллионы. Небесный «подарок» стал обузой — молчаливым укором, напоминанием о несбывшихся надеждах.
Отчаявшись, Энн в 1956 году просто подарила камень Алабамскому музею естественной истории, где он покоится и сегодня. А что же люди? Давление славы, которая была скорее тягостным вниманием жёлтой прессы, бесконечные споры и горькое разочарование разъели их брак. Энн и Юджин вскоре развелись. Она так и не оправилась от этого удара судьбы — как физического, так и жизненного.
Энн Ходжес умерла в относительной безвестности в 1972 году от почечной недостаточности, так и оставшись в истории человеком, которого Вселенная выбрала для своего странного эксперимента.
Ирония судьбы ставит в этой истории жирную точку. В тот же день, неподалеку, местный фермер нашел другой, меньший фрагмент того же метеорита. Без шума, судов и внимания прессы он спокойно продал его. И на вырученные деньги купил новый дом и автомобиль. Для него метеорит стал настоящей удачей. Для Энн — роковым знаком, перевернувшим жизнь.