Как мы были в театре «Странник»: «Кукарача» - тбилисская весна накануне бури.
Решили, что спектакль - идеальный выбор для вечера. Здесь не нужно говорить. Сидишь рядышком, дышишь общим воздухом, испытываешь одинаковые чувства. А зимним вечером, когда за окном кружится снег, это особенно ценно.
Место удивило с первого взгляда: промзона, старые кирпичные стены завода на Цветочной улице, 16. Мы въехали во двор, где среди промышленных корпусов уютно расположился театр. Он существует исключительно на пожертвования. И в этой беззащитности, в отказе от коммерции, есть своя особая искренность. Сидя в зале, я думала: люди приходят сюда не за развлечением, а за чем-то настоящим.
Тбилиси 1941 года: запах тутовника и смех в переулках.
Зал наполнен ароматом тутовника, слышится детский смех и мелодии грузинской музыки.
Маленький домик тёти Марты, окружённый фруктовыми деревьями стоял на краю Варазисхеви... Живое дыхание довоенного Тбилиси: дети шумят, как стая воробьев, лазают по деревьям под гневные окрики:
«- Сойди с дерева, чтоб ты сдох!
- Жри, чтоб ты подавился, зачем же ветки ломаешь?!
- Ослепни, негодяй! Зеленые ведь совсем вишни!
- Жора, неси ружье с солью!
- Воришки проклятые, бродяги, жулье, мерзавцы!
- Слезайте сейчас же, пока я не позвала Кукарачу!»
Зал тихонько заулыбался. Мне вспомнилось собственное детство - как мы тоже забирались в чужие сады за ягодами , а бабушки и дедушки нас гоняли. Вот он, настоящий грузинский колорит - не в костюмах и декорациях, а в этом живом шуме двора. Юмор здесь не приправа - он душа повести Думбадзе.
Кукарача: гроза квартала и защитник детей.
На сцене появился он - 22-летний участковый Георгий Тушурашвили, по прозвищу Кукарача. Вернувшись с Финской войны, он выбрал не карьеру, а детей квартала. Его будни - не подвиги из газет, а мелочи, которые составляют настоящую жизнь: разнимает дерущихся мальчишек, возвращает украденный нож, не выдавая виновного, бросается спасать тонущего пацана, хотя сам плавать не умеет.
Однажды застал Тамаза с друзьями у реки - те зелёными орехами рыбу «глушили». Пришёл к матери юноши с удочкой в одной руке и Уголовным кодексом в другой. Женщина испугалась: «За что?» А он спокойно ответил: «Удочкой рыбу ловят. А Кодексом - людей. Ваш сын не преступник, но глупость сделал».
Сколько раз он спасал этих ребятишек и молчал перед родителями! Смотря на него, думаешь: вот она, настоящая доброта - не громкая, не показная, а тихая, ежедневная. Кукарача был великолепен, невероятно харизматичный и запоминающийся герой.
Тени за цветущими деревьями.
Но не всё было безмятежно в том тбилисском дворе. Однажды в аптеку, где работала девушка Инга, ворвался бандит Муртало и потребовал морфий.
С тех пор девушка оказалась в его власти. Сначала - корзины красных роз каждый день. Потом - тысяча рублей ежемесячно. А через год он просто появился в её квартире и сказал: «Ты моя». И она не смогла отказаться. Не из слабости - из страха. Любовь бандита оказалась парадоксом: за страстными жестами маячила тень насилия. Она не давала свободы - только иллюзию выбора.
Роковая пощада.
Кукарача тоже влюбился в Ингу - чисто, по-юношески, без пафоса. Их разговоры были очень простыми.
Она смеялась, но в глазах жила тревога. И когда Кукарача поймал Муртало после ограбления ювелирного магазина в Таганроге - прямо в её квартире - она умоляла отпустить бандита: «Он убьёт меня, сжалься».
Он постоял минуту. Посмотрел на её испуганные глаза. И отпустил.
Я сидела в зале и думала: не глупость ли это - верить, что добро вернётся добром? Сразу почувствовала, как закончится их история.
Последний закат перед войной.
Спустя какое то время, Муртало хладнокровно убивает безоружного Кукарачу. Это убийство - не просто акт мести, а наказание за нарушение законов криминального мира. Такая искренность казалась слабостью, которую нельзя терпеть - и он ликвидирует её, как избавляются от всего, что нарушает привычные правила жестокого мира.
Наблюдая эту сцену, я думала какая же не справедливость: зло коварнее, быстрей, безжалостнее.
Кукарача погибает. А Муртало предстает перед судом. До последней минуты он надеется на покорность Инги, рассчитывая, что страх и зависимость заставят её встать на его сторону. Но женщина, пережив целый год мучительного притворства, наконец освобождается от страха. Она не даёт показаний в его пользу и в отчаянии, стреляет в него прямо в зале суда - но промахивается.
«А на следующий день разразилась война…»
Сердце сжалось. Вся эта весна, смех детей на деревьях, первая любовь - всё оказалось последним мирным днём. Кукарача погиб от руки того, кого пощадил. Но он не проиграл. Потому что мальчишки, которых он учил, выжили. И всю жизнь помнили: как важно быть добрым - даже когда это опасно.
Мы вышли из зала впереди - мороз и снег. Молодёжь в нашей компании потом сказала: «Длинновато». И я их поняла - сегодняшнему ритму жизни трудно вместить эту неспешную тбилисскую лирику. Но именно в этой «затянутости» и была сила спектакля: он не развлекал, а возвращал к главному.
Театр «Странник» подарил нам не просто постановку. Он вернул на пару часов в тот двор 1941 года - к запаху тутовника, к смеху детей, к горькой правде: война приходит, молодость уходит, но память о тех, кто жил по совести, - остаётся.