ПЯТЬ МУЖЕЙ НАДЕНЬКИ. (24 ЧАСТЬ).
Максим взялся за дело. Проконсультировался с юристом и выяснил, что Надя не сможет продать квартиру раньше чем через полгода. Именно столько времени даётся для потенциальных наследников, чтоб заявить о своих правах. Если ничего не предпринимать, то через полгода банк заберёт квартиру, так как клиент не платит, долг растёт и к тому времени составит рыночную стоимость квартиры, хотя за неё можно выручить значительно больше. Продать её сейчас, получить деньги, расплатиться с банком, а оформить только через полгода тоже не вариант, ни кто не будет так рисковать своими деньгами. Казалось, что это тупик, но Максим на то и Максим, чтоб не сдаваться. Он обратился к криминальному почитателю творчества Андрея с предложением купить его квартиру, на определённых условиях. Тот подумал и дал согласие. Необходимо было найти отца Андрея и получить его отказ на долю наследства. Его люди сработали быстро. Нашли отца в Финляндии, куда тот переехал с женой и детьми. Новая супруга отца Андрея имела финские корни, выросла в карельской деревне и имела двух тётушек в Финке.
Отец Андрея, Станислав Харитонович даже не знал, что его сын умер. Ему не сообщили. Не знал он, что Андрей был женат. Он не очень опечалился смертью сына. Фактически он его не воспитывал. С одиннадцати Андрюшиных лет тот жил у деда, отца его покойной жены Анны.
А вот финансовая составляющая Станислава Харитоновича очень его заинтересовала. По закону ему полагалась четверть квартиры.
Конечно криминальный дядечка обманул Станислава Харитоновича, предоставив ему липовую справку о стоимости квартиры, которая якобы пребывала в аварийном состоянии и много не стоила. Но отец Андрея был и малому рад. Бедный Станислав Харитонович только через шесть лет узнал, что его сын был известным музыкантом, песни которого слушали и будут слушать всегда. Кстати, права на его творчество оформил на себя Загребин, чем очень хвалил себя. Ему шёл процент от перевыпуска альбомов, использования песен Андрея другими исполнителями, включая композиций в фильмах и так далее. Гитара Андрея так же была продана с аукциона за очень неприлично большую сумму.
Ушлый Загребин зарабатывал на Андрее даже после его смерти.
Тот же юрист составил бумагу по которой вдова Краснова Андрея обязуется передать квартиру новому владельцу через полгода, оставив всё как было при жизни владельца, а так же передать весь архив и фото. Надя подписала, получила деньги, расплатилась с банком, выплатив проценты вперёд. Осталась небольшая сумма. Её хватило бы только на скромную комнату в коммуналке или однокомнатную квартиру за пределами Питера. Максим предложил поискать хорошего риелтора. Надя согласилась. Искать самой ей не хотелось. Она впала в жесточайшую депрессию. Редко выходила из дома, неохотно отвечала на звонки. Её осаждали корреспонденты, приглашали на телевидение дать интервью, но она отбивалась от любых предложений.
Спустя полгода она собрала свои вещи, прихватив блокнотики, о которых не мог знать новый владелец и поляроидное фото. Риелтор нашла ей однокомнатную малосемейку с крошечной кухней и такой же крошечной ванной комнатой с сидячей ванной в Тосно.
"Тосно так Тосно. Какая разница где жить" –подумала Надя–"Главное не на улице".
Максим перевёз её на новую квартиру, подарил свой старый мобильный телефон и велел звонить в случае чего. Надя поблагодарила его, обняла на прощанье и осталась одна в незнакомом городе. Денег почти не осталось. Она купила раскладушку, одеяло, подушку. Распаковала коробки, вытащила пару тарелок, чашку, ложку, поставила на подоконник. Обошла квартиру, с ужасом поняла, что ремонт здесь не делался с момента сдачи дома.
"Что ж, надо как-то жить дальше. Сейчас отдохну и начну для начала обдирать обои. Продам шубы , ювелирку. Куплю обои, краску, шпаклёвку" –подумала она и ничего делать не стала.
Дни проходили за днями, а Надя не жила, существовала. Вокруг вакуум и звенящая тишина. Она была рада ей. Ни кто не беспокоил её, не мешал пребывать в состоянии анабиоза. Редко звонил Максим. Его дела были не лучше. Он пытался пристроиться в какой-нибудь коллектив, но его не брали. Он прочно ассоциировался с группой "Мозамбик". Редкие квартирники, интервью на радио давали небольшой доход, но чтоб жить достойно это были не те деньги. Он таксовал по ночам, бегал в поисках работы днём. А ещё от него ушла девушка. Нищий он был ей не нужен. Конечно Максим об этом не говорил Наде. Зачем её расстраивать?
Надя тоже врала Максиму, что обживается потихоньку. Делает ремонт своими руками, бегает по магазинам в поисках малогабаритного кухонного гарнитура.
На самом же деле она продала на рынке толстой армянке свои шубки за полцены, сдала в ломбард всю ювелирку и жила на эти деньги. Очень скромно жила. Покупала только хлеб, чай и яблоки. Брала самое дешёвое мыло, стиральный порошок и зубную пасту. Из крупных трат –маленький телевизор. Теперь Надя лежала на раскладушке и щелкала пультом.
Однажды увидела Загребина в одном из ток-шоу, хлынувших на экраны телевизора. Сытый, лощёный ,довольный собой Загребин рассказывал о своей дружбе с Андреем Красновым. О том, что он мог его спасти, если бы не его жена, которая со скандалом увезла его в Германию на лечение, где собственно и запустили болезнь Андрея.
Надя подскочила на раскладушке и смачно плюнула в экран. Харчок потёк по экрану.
"Ах, ты козёл! Да это ты убил Андрея, ты! Посадил его на героин, угробил его здоровье, а теперь сидишь и врёшь! Чтоб тебя черти взяли!" –воскликнула Надя.
От злости Надя закричала.
" А-а-а-а-а" неслось по двору. Проходящие мимо люди поднимали головы, пытаясь понять, что происходит в блочном доме на пятом этаже.
Через час Надя обдирала обои, помогая себе кухонным ножом.
Продолжение следует...