Говорю как на духу – не будь у меня планов оказаться в соседнем здании, а именно в Михайловском театре на балете, вряд ли я бы когда-либо посетила эту выставку. Но раз уж так карта легла, почему нет? И я купила электронный билет на 21.30 7 февраля. После балета планировала зайти, стало быть.
Я ни разу не была в Русском музее и соответственно в корпусе Бенуа. Отзывы о выставке читала. А вот мой.
По времени я рассчитала неправильно, пришла гораздо раньше. Идти гулять я не могла – слишком холодно сейчас для меня. Посмотрела на замерзший канал Грибоедова пару минут, как люди по льду гуляют, и зашла в музей.
Сдала вещи в гардероб (очень любезная гардеробщица, мое первое спасибо – ей) и пошла выяснять, как могу попасть на выставку пораньше. Мне подсказали, что можно переоформить билет в кассе, я так и сделала. Мне выдали билет и через семь минут я уже входила в музейные залы. За это второе спасибо. В залах я провела от силы тоже семь минут, и вот почему.
Архип Куинджи – великий живописец. Его полотна, как и любую живопись, нужно смотреть на расстоянии. Но о каком восхищении шедеврами может идти речь, когда выставка занимает пять крохотных залов? Народу много, от некоторых разит просто конским потом (я вообще «нюхач»), и отойти некуда. Чья-то «гениальная» голова додумалась разместить маленькие картины в первом зале горизонтально под стеклом (видимо, из-за нехватки места), смотреть невозможно: и стекло бликует, и люди стоят в ряд, не подойдешь.
Мое третье спасибо за то, что не стали по-модному вымудривать (тут другое слово хотела бы употребить, да дзен не пропустит) со стенами, не стали их раскрашивать в сине-красно-зеленый, а просто спокойный серый предпочли.
Наиболее эффектной картине «Лунная ночь на Днепре» отдан целый зальчик, там темно и типа небо в звездах, и тут я познакомилась с новым для себя явлением.
Люди запечатлевают себя на фоне шедевра. Очереди ждут. Вот кто-нибудь может объяснить, зачем?
Выход с выставки осуществляется через кинозал, в котором средствами искусственного интеллекта картины «оживлены». А Куинджи-то и не знал. Он умел оживлять их волшебным светом и силой своего таланта, и ему не нужны были никакие технологии.
Вывод мой прост как грабли. Великие произведения требуют больших залов. Тогда и люди рассредоточатся, и всем всё хорошо будет видно. Ведь на выставке представлено более 150 произведений. Их нагромождение в маленьких залах удручает. Такой огромный талант заслуживает и соответствующей организации выставочного пространства.