Ваш iPhone четырнадцатого поколения начинает тормозить ровно через год после покупки. Батарея держит полдня, экран трескается от взгляда, а ремонт стоит как половина нового аппарата. Вы бежите в магазин за обновлением, потому что «это уже не тянет».
А вот в соседнем подвале коллекционера с 1985 года работает «БК-0010». Ему сорок лет, он загружается с магнитофонной кассеты, и у него никогда не было обновлений прошивки. Он не требует паролей, не шпионит за владельцем и не умирает через два года по плану компании. Он просто работает.
Железо, которое не устаревает
Советские инженеры не знали слова «плановое устаревание». Они проектировали технику на века, потому что понимали: компьютер должен работать, пока в стране есть электричество. «БК-0010» собирался из транзисторов, которые можно было выпаять паяльником и заменить новыми за пять минут.
Внутри не было клея, который размокает от жары. Не было чипов, запаянных в корпус навечно. Материнская плата была зелёной и простой, как советская табличка, и если сгорал конденсатор — ты покупал такой же на радиорынке за три копейки и чинил сам.
Современный iPhone при первой же попытке разобрать ломается. Специальные винты, клей, шлейфы толщиной волоса. Советский «БК» разбирался отвёрткой, которой закручивают гвозди. И после сборки он включался. Потому что он был железом, а не стеклянной таблеткой.
Спектрумы, которые пережили владельцев
ZX Spectrum, или просто «Спектрум», пришёл к нам с Запада, но советские умельцы сделали его своим. Клоны «Пентагон», «АТМ-Турбо», «Ленинград» собирали в кустарных мастерских, пайка шла руками, микросхемы доставали из военных складов. Эти машины работали на кухнях, в школьных кабинетах, в подвалах радиоклубов.
И вот что удивительно: тысячи таких компьютеров до сих пор живы. Их включают раз в месяц, загружают игры с кассет, и они работают. Ни одного обновления безопасности, ни одной перезагрузки из-за «зависшего приложения». Просто железная логика, которая не знает, что такое «синий экран смерти».
Сравните с iPhone, который после пяти лет становится «легаси» — устаревшим, неподдерживаемым, ненужным. Apple перестаёт выпускать обновления, приложения перестают запускаться, батарея раздувается и выталкивает экран. Телефон превращается в кирпич, хотя железо целое.
Почему они не ломаются
В «БК-0010» было тридцать микросхем. В современном смартфоне — три миллиарда транзисторов. Чем сложнее система, тем больше точек отказа. Советский компьютер был проще утюга внутри, и поэтому чинился как утюг.
Не было жёстких дисков, которые крутятся и стираются. Программы хранились на магнитофонных кассетах, которые переживают жёсткие диски в десять раз. Не было операционной системы, которую нужно обновлять. Была прошивка в ПЗУ, записанная раз и навсегда.
Если сгорал блок питания — его меняли на советский «Электрон», который весил пять килограммов и работал вечно. Если ломалась клавиатура — её разбирали, промывали спиртом, собирали обратно. iPhone же при попадании воды умирает мгновенно, и вам говорят: «Купите новый».
Ремонт vs Замена
В девяностых инженер мог починить «БК» за вечер. Он брал осциллограф, смотрел сигналы, менял микросхему. Это было уважаемое занятие, и компьютер жил дальше.
Сейчас вам в сервисном центре скажут: «Материнская плата неисправна, замена 80 000 рублей». Или: «Нет запчастей, модель снята с производства». iPhone нельзя починить, его можно только заменить. Это не техника, это расходный материал.
Советский «Спектрум» чинили школьники. Они паяли, перепаивали, добавляли оперативную память, приделывали дисководы. Каждый компьютер был уникальным, доработанным под себя. Это была твоя машина, а не продукт подписки на экосистему.
Железо без шпионажа
«БК-0010» не отправлял данные в «облако», потому что не знал, что такое интернет. Он не просил пароль, не требовал отпечаток пальца, не сливал твои фотографии на сервера в Калифорнию. Он был твоим личным пространством, куда не мог залезть никто.
iPhone знает о вас всё. Где вы были, что искали, как дышите, с кем спите. Он обновляется ночью, меняет правила игры, замедляется специально, чтобы вы купили новый. Советский компьютер не предавал. Он просто считал, пока включён тумблер.
Цифровое наследие
Ваш iPhone откажется работать через пять лет. Максимум через семь. А «БК-0010», купленный вашим отцом в 1984 году, до сих пор показывает на экране зелёные буквы. Он пережил СССР, перестройку, три кризиса и ваше детство.
И если через сто лет археологи найдут в земле советский компьютер и современный смартфон, первый включится после прочистки контактов. А второй будет просто куском стекла и алюминия. Потому что «БК» строили, чтобы работать. А iPhone — чтобы продаваться снова.
Вывод, который не нравится Apple
Мы обменяли надёжность на удобство. Простоту — на скорость. Ремонтопригодность — на тонкость. Советские компьютеры были неуклюжими, медленными, с чёрно-белым экраном. Но они были честными.
Они не обманывали, не требовали денег за «подписку на облако», не умирали внезапно. Они ждали своего часа в шкафу, пока вы не достанете их, не включите, не убедитесь — всё ещё работает.
И пока ваш iPhone заряжается третий раз за день, где-то в подвале гудит «Спектрум», загружая игру «Принц Персии» с кассеты. Ему сорок лет, и он чувствует себя отлично. Потому что его не делали, чтобы выкинуть через год. Его делали навсегда.