Найти в Дзене
Сергей Громов (Овод)

Сложный мир. Часть 3

Предыдущая часть: Сложный мир. Часть 2. Вечером того же дня атмосфера в коттедже была густой, как смог. Анатолий вернулся поздно, привёз детей, покормил их ужином, который, как выяснилось, Надежда всё-таки приготовила, в чём ей помогала Валентина. Надежда пыталась действовать как обычно, но разбитое лицо и нервные движения рук выдавали её состояние. Дети, напуганные маминым видом и папиной сдержанной холодностью, быстро ушли в свои комнаты. Валентина, понимая, что назревает главный разговор, решила остаться в гостевой. Она чувствовала свою вину, а теперь, после звонка Петра Семёновича, ещё и животный страх. Анатолий прошёл в кабинет, снял пиджак, сел за стол и включил компьютер, явно намереваясь работать. Дверь была приоткрыта. Надежда, постояв в коридоре, глубоко вздохнула, вошла и сказала: - Толик, нам нужно поговорить. Не о разводе. О деле погибшего директора и о том, во что мы все ввязались. Он медленно откинулся на спинку кресла, его лицо было не читаемо. - У нас всё решено, Надя.

Предыдущая часть: Сложный мир. Часть 2.

Вечером того же дня атмосфера в коттедже была густой, как смог. Анатолий вернулся поздно, привёз детей, покормил их ужином, который, как выяснилось, Надежда всё-таки приготовила, в чём ей помогала Валентина. Надежда пыталась действовать как обычно, но разбитое лицо и нервные движения рук выдавали её состояние. Дети, напуганные маминым видом и папиной сдержанной холодностью, быстро ушли в свои комнаты. Валентина, понимая, что назревает главный разговор, решила остаться в гостевой. Она чувствовала свою вину, а теперь, после звонка Петра Семёновича, ещё и животный страх.

Анатолий прошёл в кабинет, снял пиджак, сел за стол и включил компьютер, явно намереваясь работать. Дверь была приоткрыта. Надежда, постояв в коридоре, глубоко вздохнула, вошла и сказала:

- Толик, нам нужно поговорить. Не о разводе. О деле погибшего директора и о том, во что мы все ввязались.

Он медленно откинулся на спинку кресла, его лицо было не читаемо.

- У нас всё решено, Надя. Заявление ждёт твоей подписи. А что касается дела - это не твоя забота. Юристы компании и следствие разберутся.

- Нет, не разберутся! Потому что кто-то очень хочет, чтобы разобрались именно так, как им нужно. Мне звонил Пётр Семёнович. Он вежливо пригрозил мне уголовным делом за вчерашнее и намекнул, что тебе, как эксперту, лучше быть сдержанным в оценках. Они знают про твои связи в РОВД и используют это.

Анатолий нахмурился. Информация о звонке главного инженера, видимо, задела его за живое, спросил:

- И чего ты хочешь? Чтобы я бросил экспертизу? Или сделал нужный им вывод? Ты просишь меня участвовать в сокрытии?

- Я прошу тебя выслушать меня! Чтобы ты понял, что произошло на самом деле! Мы с Валей не были частью какой-то пьяной оргии. И мы не собирались ни в какой номер!

Она села на стул напротив, её руки сжались в кулаки на коленях. Надежда продолжала:

- Приглашение было неожиданным. Виктор Степанович и Пётр Семёнович сказали, что это неформальная встреча за ужином, награда за успешный проект. Я подумала, что отказ испортит отношения. Да, ты был прав, мне не надо было идти. Но я пошла не за гулянкой! В ресторане было странно. Они заказали дорогое вино, но сами почти не пили. Говорили о каких-то поставках, о сроках, постоянно переглядывались. Мы с Валей чувствовали себя лишними. Потом они предложили подняться в номер, продолжить встречу в более уютной обстановке. Мы отказались. Сразу. Сказали, что устали и поедем домой. Они настаивали, даже стали неприятно настойчивыми. Мы встали и пошли в фойе, чтобы вызвать такси. В этот момент туда ворвалась Вера Павловна с этими мальчиками и жёнами топ-менеджеров. Сама Вера Павловна была как бешеная, кричала, что где он? Куда вы его дели? Она имела в виду мужа. Она думала, что он с нами. Мы пытались объяснить, что его нет, но она не слушала. Она увидела Валю, которая как раз работает в отделе, курируемом её мужем, и набросилась на неё, обвиняя в том, что она шлюха и любовница. Я встала между ними и всё началось. Эти мальчики даже не дрались по-настоящему, они просто не давали нам уйти, а жёны топ-менеджеров, они нас и били. Петра Семёновича с нами не было, он отошёл за ключами от номера. А Виктор Степанович стоял возле лифта, не вмешивался. Он не стал нас защищать. Просто наблюдал. А потом появилась полиция. Сегодня я поняла, их настойчивость с номером была ловушкой. Им нужно было, чтобы мы оказались там. Или чтобы нас поймали в ресторане в компрометирующей ситуации, когда Вера Павловна устроит сцену.

-2

- А почему в полиции ты и Валя не сказали про жён топ-менеджеров?

- Мы ещё не сказали про любовницу Ипполита Антоновича. Она тоже была в ресторане и не вмешивалась в свару.

- Зачем им это?

- Чтобы создать шум. Отвлечь внимание. Чтобы все говорили о пьяной драке жён с любовницами, а не о том, куда в это время пропал генеральный директор. Чтобы не поняли, что он делал в архиве. Толик, они знали, что он будет мёртв. Или они сами его убили. И подготовили себе алиби и громкую, скандальную ширму. А мы пешки. И теперь они нас прижимают, чтобы мы молчали.

Надежда замолчала, переводя дух. Глаза её горели. Она сказала:

- Ты хочешь развода, я подпишу. Дети, я буду бороться за них, но не сейчас. Сейчас нам грозит нечто большее. Если они смогли убить генерального директора и поджечь архив, что они сделают с нами? С двумя рядовыми сотрудницами, которые что-то видели и могут что-то понять? И с экспертом, который может наткнуться на правду в документах? Они уже запугали меня. А тебя? Они что, не попытаются надавить на тебя через Володю? Или через меня?

В комнате повисла тишина. Анатолий поднялся, подошёл к окну, глядя в тёмный двор.

- Архив сгорел почти полностью, но не весь. Есть электронные копии, части документов на серверах заказчиков. И есть бумаги, которые Ипполит Антонович, судя по всему, вынес оттуда перед пожаром.

- Что это были за документы?

- Договоры субподряда, акты выполненных работ, сметы. По нескольким объектам, которые строила их компания. Предварительно есть серьёзные несоответствия. Миллионные расхождения. Классическая схема распила. Но, чтобы в ней участвовал генеральный директор? Обычно они стоят в стороне.

Анатолий обернулся к ней и сказал:

- Володя говорил, что у него была любовница в компании. Не Валя. Кто-то ещё. Возможно, она что-то знала или что-то передала ему. И он пошёл в архив ночью, чтобы найти подтверждение. Его там и настигли. Или он сам, найдя что-то, решил уничтожить улики против себя и не рассчитал. В любом случае, твой Пётр Семёнович и Виктор Степанович в центре этой бури. А вчерашний корпоратив - просто попытка создать хаос и замести следы, привязав к нему случайных людей. Вас.

Надежда почувствовала, как по спине пробежал холодок, спросила:

- Что нам делать?

- Для начала, ты напишешь подробное объяснение в свободной форме. Всё, что помнишь: кто что говорил, как себя вёл, любые детали. Я передам Володе. Это будет твоим официальным показанием, но не в рамках уголовного дела по хулиганству, а как свидетельские показания по делу о смерти и возможных финансовых махинациях. Это выбьет у них козырь с угрозой уголовного преследования за драку. Драка станет частью большего дела.

- А ты? Ты будешь проводить экспертизу?

- Буду. Но теперь я знаю, что ищу. И буду искать не как им нужно, а как есть. И если моё заключение окажется неудобным, что ж, у меня есть друг в РОВД и показания жены, которая может рассказать о давлении на неё.

- Скажу честно, я была готова к войне. К шантажу. К торгам. Прости. Когда тебя бьют по лицу и загнали в угол, думаешь только о том, как выжить любым способом.

- Я знаю. Я тоже думал только о том, как защитить детей от этого бардака. И видел самый простой путь убрать тебя из уравнения. Но уравнение оказалось сложнее. Завтра, после того как мы передадим твои показания, поезжай с детьми к моей сестре в область. На неделю. Скажешь, что у тебя осложнение после... падения. Валя может поехать с тобой, если хочет. Здесь, пока всё не прояснится, вам быть небезопасно.

- А ты?

- Я останусь здесь. Закончу экспертизу. И помогу Володе сложить пазл. О разводе поговорим, когда всё это закончится. И когда твоё лицо придёт в норму. Чтобы решение было трезвым, а не под давлением обстоятельств.

Надежда кивнула, чувствуя, как комок в горле медленно рассасывается, сменяясь усталостью и слабой, едва теплящейся надеждой.

- Спасибо.

В гостиной её ждала бледная Валентина, спросила:

- Ну, что?

- Всё изменилось. Теперь мы не воюем друг с другом. У нас общий враг. И, кажется, у нас появился союзник. Собирай вещи. Завтра уезжаем.

За дверью кабинета Анатолий уже набирал номер Владимира Фёдоровича. Его голос в телефонной трубке звучал чётко и деловито:

- Володя, есть развитие. Нужна встреча. И охрана для моей семьи на время отъезда. Да, они стали мишенями. И да, похоже, мы имеем дело не с несчастным случаем, а с хорошо спланированным убийством и крупным хищением. И кое-кто из руководства компании уже начал заметать следы, запугивая свидетелей. Причём весьма топорно.

Он положил трубку и снова уставился в экран. На нём были сканы строительных чертежей и финансовых отчётов. Пазл начинал складываться. И Анатолий был намерен сложить его до конца, чтобы очистить своё имя, спасти свою семью от угроз и, возможно, понять, есть ли ещё что-то общее между ним и женщиной с разбитым лицом в соседней комнате, кроме долгой привычки и общих детей. Начиналось расследование.

Рассвет застал Владимира Фёдоровича за рулём неприметного минивэна. Он приехал к коттеджу Анатолия затемно, когда в доме горел только один свет - в кабинете, где Толик заканчивал систематизировать данные для экспертизы. Надежда и Валентина, бледные и не выспавшиеся, но уже собранные, уложили в сумки самое необходимое. Дети, Соня и Миша, были завёрнуты в пледы и бережно перенесены в машину Владимиром и Анатолием. Машина тронулась, бесшумно выкатившись со спального района на пустующую трассу, ведущую за город. Надежда, глядя в боковое окно на уходящие огни города, спросила:

- Куда мы едем?

Владимир, не отрывая глаз от дороги, коротко ответил:

- В безопасное место. У меня есть домик. Не дача даже, а скорее охотничье зимовье в лесу, за заброшенным карьером. Координаты есть только у меня и теперь у Толика. Связь там плохая, но спутниковый телефон я вам оставлю. На неделю, пока тут не прояснится, хватит.

Валентина, сидевшая сзади с притихшими детьми, спросила:

- А что, если они нас уже ищут?

- Ищут, не ищут… Пока они будут мониторить вокзалы и аэропорты, вы будете на месте. Да и кто вас искать-то будет? Две сотрудницы, взявшие отгулы после травмы? Нет, их задача сейчас давить на Толика через дело и следить за мной. А я, как честный сотрудник РОВД, буду активно делать вид, что расследую драку в ресторане, которая внезапно снова стала интересной в свете смерти генерального директора. Отличный способ держать их в напряжении.

Через полтора часа свернули с асфальта на грунтовку, потом - на едва заметную лесную дорогу. Сосны смыкались над головой, в свете фар мелькали стволы. Наконец, в глуши, за заросшей опушки, показался небольшой бревенчатый домик с крепкой железной дверью и ставнями. Владимир, заглушая двигатель, сказал:

- Вот и хата. Не роскошь, но печка есть, генератор, запас воды и еды. Баня - во дворе, если что. Ключи.

-3

Он протянул Анатолию увесистую связку с двумя ключами. Анатолий кивнул:

- Спасибо, Володя. Ты рискуешь.

- Не впервой. Да, и если эти уроды замешаны в убийстве и распилах, то моя помощь - это часть работы. Охранять свидетелей. Вы тут сидите тихо. Я буду звонить на спутниковый раз в сутки, в одно и то же время. Если звонка нет два дня подряд, у вас, под половицей у печки, есть неприкосновенный запас. Оружие, документы и наличные. Добирайтесь до райцентра и связывайтесь с моим начальством напрямую, вот номер.

Он сунул Анатолию в руку сложенный листок. Пока женщины и дети заходили в тёплый, пахнущий древесиной и печным дымом дом, Анатолий и Владимир остались у машины. Рассвет только-только начинал размывать чёрный цвет неба до тёмно-синего. Владимир сказал ему:

- Толик, по предварительным данным, Ипполит Антонович умер не от отравления угарным газом. В помещении нашли следы борьбы. Его туда затащили или он пришёл на встречу. И архив подожгли уже после, чтобы скрыть, что именно искали или уносили. Унесли, судя по пустым сейфам, многое.

- А любовница?

- Та самая, из отдела снабжения. Её тоже нашли. В её квартире. Успокоительные в лошадиной дозе. Самоубийство, как пытаются представить. Но она оставила записку, смутную. Про деньги за молчание и теперь они и за мной придут. Мы её расшифровываем. Она, скорее всего, была связным между генеральным и теми, кто непосредственно воровал на объектах. Возможно, он через неё получал свою долю или, наоборот, через неё выходил на подрядчиков. В общем, ниточка.

- И она приводит к Петру Семёновичу и Виктору Степановичу?

- Прямо нет. Кругом шифры, левые фирмы-однодневки. Но главный инженер и зам. гендиректора - единственные, кто имел доступ ко всем этим схемам в такой полноте. И они же были в ресторане, создавая алиби. Уверен, их жёны с мальчиками-качками - это их же спектакль. Жёны, возможно, не в курсе всей подоплёки, думали, что просто проучить изменщиц, но их использовали как таран. Чтобы был шум, крик, полиция.

Предыдущая часть: Сложный мир. Часть 2.

Продолжение следует.

Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.

Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.

Другие работы автора: