Найти в Дзене
Киноамнезия

«Русские мальчики больше не хотят русских девочек» - данные социсследования

Руководитель ЭФКО Сергей Иванов, озвучивая данные социсследования, сказал правду об отношениях, которая понравится далеко не всем: "Русские мальчики больше не хотят русских девочек". Я изучил данные, комментарии под видео и обозначил проблемы, о которых на федеральных каналах не принято говорить вслух. Иванов назвал основную причину произошедшего - поведение девочек. Они сегодня живут по установке «Я никому ничего не должна». В вопросах воспитания детей леди совершенство перекладывают ответственность на государство и не хотят совершенствоваться вместе с партнером: «Зачем воспитывать мужчину, если он слабый? Пусть возвращается к маме под юбку». Что в итоге? Парни настолько зашуганные, что боятся сделать этот самый первый шаг, подчёркивает Иванов. В итоге целуют первыми девушки — иногда спустя годы «дружбы за ручку». Параллельно — запросы и символы статуса - айфон купи, в ресторан своди, - и зеркальный мужской ответ: гедонизм, «зачем напрягаться», игры вместо ухаживаний. В итоге
Оглавление

Руководитель ЭФКО Сергей Иванов, озвучивая данные социсследования, сказал правду об отношениях, которая понравится далеко не всем:

"Русские мальчики больше не хотят русских девочек".

Я изучил данные, комментарии под видео и обозначил проблемы, о которых на федеральных каналах не принято говорить вслух.

Она не хочет больше с ним за балдахин. А он?
Она не хочет больше с ним за балдахин. А он?

Почему такой расклад?

Иванов назвал основную причину произошедшего - поведение девочек. Они сегодня живут по установке «Я никому ничего не должна». В вопросах воспитания детей леди совершенство перекладывают ответственность на государство и не хотят совершенствоваться вместе с партнером:

«Зачем воспитывать мужчину, если он слабый? Пусть возвращается к маме под юбку».

Что в итоге? Парни настолько зашуганные, что боятся сделать этот самый первый шаг, подчёркивает Иванов. В итоге целуют первыми девушки — иногда спустя годы «дружбы за ручку».

Параллельно — запросы и символы статуса - айфон купи, в ресторан своди, - и зеркальный мужской ответ: гедонизм, «зачем напрягаться», игры вместо ухаживаний.

В итоге мы имеем то, что имеем...

"Русские мальчики больше не хотят русских девочек", - итожит Иванов.

А что М и Ж?

Если провалиться в комментарии под видео, то возникает ощущение, что заблудился в дремучем лесу взаимных упреков и претензий.

Первая линия — экономика и безопасность: комментаторы снова и снова возвращаются к жилью, стабильности, медицине, рискам. Девушкам, на самом деле, нужны не «айфоны», а квадратные метры и уверенность, что завтра не станет хуже.

-2

Получается, романтика проигрывает калькулятору: 90% женихов не могут позволить себе купить жилье. Невесты не хотят жить с его родителями, мыкаться по съемным квартирам. Это объясняет и мужскую осторожность, и женскую закрытость.

Вторая линия — опыт прошлых поколений: многие комментаторы выросли в семьях, где ответственность была перекошена: кто-то видел асоциальное поведение мам и пап, кто-то — холод и исчезающих отцов, кто-то — женщин, тянущих всё в одиночку. Такой опыт учит самосохранению, а не доверию: отсюда черная дыра в отношениях.

Третья линия — культурная перегрузка: соцсети продвигают "успешный успех". Зачем ей неудачник? В результате — завышенные ожидания к партнёру и обесценивание живого человека рядом. Здесь же — потеря навыков общения: страх ошибки сильнее желания попробовать.

Четвёртая линия — взаимные обвинения: самая токсичная линия. Когда одну сторону объявляют «инфантильной», другую — «потребительской», разговор заканчивается. Обобщения на языке улицы разрушают мосты быстрее, чем экономические кризисы.

-3

Из этого хаоса вырисовывается простой, но неприятный вывод. Проблема не в том, что «мальчики не хотят» или «девочки не те». Проблема в отсутствии общей рамки ответственности: любовь подменяется торгом, а безопасность — взаимным недоверием. Поэтому любые данные опросов на эту тему превращаются в топливо для ссор.

Что дальше? Возврат к базовым вещам: честный разговор о границах и ролях без лозунгов, снижение ставок символического потребления, реальная поддержка молодых семей и — самое сложное — отказ от тотальных обвинений. Пока мы говорим друг о друге как о «лагерях», а не как о партнёрах, за балдахином будет пусто. И не потому, что «не хотят», а потому что боятся проиграть ещё до начала танца под названием "Брак".