Кот
Он появился неожиданно, в темноте, в самом конце похода. Мы его уже не ждали, так как забыли, что на стоянках в первом Омане к нам частенько заглядывали хвостатые друзья. В этот раз к нам кроме коз почему-то никто не приходил.
Я сначала не понял, что это за "мяу" послышалось в стороне. Спросил у дочки: "Это ты?" Но свет фонаря отразил за палаткой пару ярких огоньков - всё встало на свои места.
Хотя не сразу. Сначала мы приняли его за кошку, и нарекли Муськой. Кромешная темнота, гость держится на расстоянии - попробуй разберись. Только потом, при ближайшем рассмотрении, стало понятно, что это ОН. И Муська, не мудрствуя, стала Васькой. Но до ближайшего рассмотрения было ещё далеко...
Васька был пуглив. Сильно пуглив. Не знаю, что им двигало, когда он принял решение вылезти из своего каменного убежища неподалёку и подать голос. Тогда мы ещё не успели достать свои козыри и только собирались варить ужин. Наши разговоры про колбасу он вряд ли понимал, так как говорили мы на русском. Но что-то в нас его привлекло. Он сидел в темноте, за палаткой, и отзывался голосом на наше "кис-кис", ни на сантиметр не сокращая при этом дистанцию, на которую изначально осмелился подойти.
Сашу (да и меня) такое положение дел не устраивало, и она немедленно стала канючить открыть мясные деликатесы, купленные накануне, с целью угощения кота. Я, жалеющий деньги не только на турецкие аквариумы, но и на арабскую колбасу, при всей своей любви к кошачьим, не слишком проникался этим порывом. Колбаса была дорогая, в особенности та, что в нарезке, под вакуумом. Та, что в железной банке, была дешевле, и в душе я решил сдать её первой, при продолжении натиска.
Кот мяукал, дочь канючила, и только физическая крепость железной банки не позволяла ей стать открытой детской рукой. Не в силах далее терпеть эти страдания двоих, я вскрыл упаковку, отмерив ложкой скромный кусочек фарша. Саша, окрылённая, стала тянуть руку с угощением Ваське, но тот вовсе не сдвинулся с места, несмотря на то что произошедшее его заинтересовало. Медленно, пригнувшись, с "кис-кис" на устах и колбасой в руке, она стала подходить к нему сама и потом бросила ему этот кусок. Кот сиганул прочь и исчез в темноте. Ну всё, говорю, финита ля комедия, зря колбасу потратили. Не придёт больше - трус.
Но вот снова луч фонаря выхватывает рыщущего в поисках источника привлекательного аромата зверя. Ага, зацепило! Тут уж у нас, кошатников, азарт взыграл.
Следующий час, помимо собственного ужина, у нас был занят психологической работой с Васькой. Мы постепенно, капля за каплей, вернее кусочек за кусочком, замещали в его душе страх доверием. И результат, крайне медленный, хрупкий как тоненькая сосулька, нас радовал и обнадеживал. Нам хотелось большего. Не просто покормить случайно зашедшего на огонёк кота, а получить на сегодняшний вечер вполне домашнего, своего, питомца.
В какой-то момент я вспомнил про цену консервы и кран щедрости прикрыл. Тогда Ваське были предложены макароны, от которых тот тоже не отказался. Чем у меня, кошачьего психолога, вызвал искреннее уважение. Видно было, что они ему не нравятся, и он ест их только затем, чтобы не обидеть нас.
По прошествии часа у нас кончилась железная банка и кот уже шнырял под ногами, с опаской озираясь вокруг и отпрыгивая в сторону при попытке его погладить. Время у нас было, как и колбаса, в нарезке, предназначенная изначально на завтрак. Но нас уже было не остановить. И вот пленка вскрыта, кот с удовольствием лопает мясо по цене, по которой я сам себе дома лопать не позволяю. Макароны его больше не интересуют.
ЭТО случилось через два часа после того, как мы впервые услышали "мяу". И выбрана была Саша. Он выбрал её. Не имеет значения, кто платил за колбасу, важно, кто её давал. Васька впервые позволил прикоснуться, а потом и погладить себя, маленькой девочке, готовой отдать первому встречному коту всё, что у неё есть. И видеть это было очень трогательно. В душе ребенка царило ликование, в душе зверя происходила сильнейшая ломка. Подозреваю, что никогда ещё ранее к этой короткошёрстной спинке не прикасалась рука человека.
Наш успех нарастал как снежный ком. С каждой минутой Васька всё более расслаблялся и вживался в роль домашнего кота. Он открыл в себе новые краски жизни - ласку и любовь. Он отбросил себя прежнего, дикого и голодного, за ту груду камней, из которой вылез. Он радовался общению и не узнавал себя, нового. А мы не переставали гладить его - по очереди, одновременно. И тоже не узнавали.
Кульминация наступила ещё через полчаса приручения. Саше очень нравится танец "Пляшут зайки на лужайке" - это когда я, в роли хореографа, поднимаю кошастика под передние лапки и тот вытанцовывает на задних под эту мою песенку. Сейчас наше общение с Васькой достигло уже фазы, в которой дочке захотелось представления, и она стала просить меня об этом. Но я, опытный психолог, чувствовал, что ещё не настал этот момент, ещё не пройдена точка невозврата. Ещё чуть-чуть. И вот Васька уже сметает все на своем пути в безудержном желании потереться обо всё, вот у него уже черная от велоцепи морда, вот он уже рвет когтями новую "Schwalbe" на переднем колесе Марины, а на попытки отогнать его от велосипеда реагирует вяло. Ну а теперь - аплодисменты! Пляшут зайки на лужайке! Уверен, это был первый танец в его жизни.
Неподалёку, через два сухих русла, есть площадка для пикника. Мы идём туда за водой, раз такая удача подвернулась. Васька, как заправский семейный кот, шагает рядом, всем своим видом показывая, что ему здесь всё знакомо и он готов проводить. Возможно, и воду помочь донести.
Было у меня опасение, что после всего, кот решит ночевать с нами в палатке. Но Василий, как оказалось, меру знал и на ночлег не претендовал. А утро у нас было по-домашнему: чай, плюшки (колбаса кончилась вчера), кот у ног.
Когда мы собрались и стали уходить, уходить из Васькиной жизни навсегда, он недоуменно смотрел нам вслед. Он понимал, что происходит что-то грустное, но не мог ничего с этим поделать. И мы тоже не могли. Пожелав нашему новоиспеченному семейному коту встречать в жизни только хороших людей, сдерживая слезы расставания, мы двинулись в путь. Васька смотрел нам вслед и не двигался с места. Он не мог поверить, что мы, изменившие его жизнь, можем вот так взять и уйти. Ведь теперь у него всё должно быть по-другому. У него появилась семья. Но они уходят, и не зовут его с собой.
Провожать нас он не пошёл...
На правах послесловия к этой главе
В этот раз номер в отеле нам дали выше на два этажа и на другую сторону. Как будто не случайно. В прошлый раз мы смотрели на залив моря, с которым ещё не были знакомы, а сейчас, там, вдали, в туманной дымке, причудливо изрезанные вечерними тенями, высятся горы, у подножия которых мы обрели друга. Для нас не имеет значения географическое название этих гор. Для нас эти горы теперь навсегда имеют свое имя.
Васькины горы.
Разгадка
С самого начала, ещё с идеи похода, и вот уже виден его конец, мы так и не знаем, пускают ли через границу на велосипедах. Не знали в 2024том, не знали в 2025том, но сегодня первый день 2026того и мы это выясним.
Неуверенно крутя педали в сторону КПП, я заранее присматривал пути отступления. Вот где-то здесь, получив от ворот поворот, будем разбирать велосы и махать автомобилям. Сколько ж придется махать?..
Навстречу едут "старшие братья" мототуристы, прошедшие КПП, и я рассуждаю - чем они отличаются от нас, кроме мотора? Ведь это тоже не автомобиль. Я чувствовал логику в собственных рассуждениях.
Ворота КПП открыты, въезжаем максимально медленно, чтобы не выглядело нагло. Дальше шлагбаум. Закрыт. Можно обойти, но на такую дерзость мы не способны. Тут же сворот в арку для машин, я читал, там их просвечивают. Мы просвечиваться не хотим. Стоим, чего-то ждём. Впереди появляется человек в форме и делает нам знак - мол, давайте, вперёд, мимо шлагбаума! Знак хороший, вселяет надежду.
Робко паркуемся у стены departure hall, снимаем каски и очки, как того требует плакат на стене, стараясь быть максимально послушными. Внутри небольшая очередь, пытаемся не отсвечивать в ожидании своей.
- Номер автомобиля? - пограничник в окошке принимает у меня паспорта.
Ну всё, приехали. Сейчас обратно, мимо того шлагбаума.
- На велосипедах мы... - мямлю в ответ, боясь собственных слов.
Но документы нам не возвращают, что-то там делают, совещаясь меж собой.
Тревожное ожидание казалось вечностью. И вот, в ровном гуле офиса, раздаётся удар первого штампа в наши паспорта. Оман нас выпускает!
Справедливо рассудив, что мы не можем остаться жить на нейтральной территории, и ОАЭ теперь примет по-любому, к их офису мы шли уже на твердых ногах. И даже долгое ожидание на мягких креслах перед пустой стойкой регистрации нас не смущало.
Прием был душевный. Молодой офицер, без лишних вопросов штампанувший мой паспорт, взял в руки Сашин. Он начал расплываться в улыбке, только глянув на фото. Он ещё не успел посмотреть на неё саму, теряющуюся за высокой стойкой, а когда привстал для этого, просто сиял от восторга.
- Александра? - радуясь, словно наконец-то её дождался, повторил он пару раз.
Кажется, дочка растерялась от непривычного произношения своего имени и всеобъемлющей радости чужого дяди в форме.
Я не раз отмечал, насколько люди в этих странах любят детей, и это дополняло уважение к ним.
- Вэлкам! - забирают у нас на выезде с КПП вкладыши, полученные у того сияющего офицера. Впереди сегодня ещё сорок эмиратских километров, полный вперёд!
Выводы
Нет. Мы не ошиблись. Решение было верным. И пусть эта поездка не увеличила цифру посещённых стран (ну, кроме дочки), она дала нам желаемое, ведь...
Да. Мы любим Оман. Мы убедились в этом.
За этих людей, что не равнодушны. За эти скалы, что прекрасны. За это солнце, неспешно выползающее из-за гор по утрам. За эти молитвы, далёким протяжным эхом смолкающие в горной долине по вечерам.
И теперь, уже втроём, с теплом вспоминаем этот солнечный край.
Наш Мусандам.
------------------------------------------------------------------------------------
Спасибо:
- Моим девочкам, маленькой и большой: лучшие мои путешествия - с вами.
- Начальнику автовокзала, оптимизировавшему автобус: теперь мы верим в свои силы.
- Наталье, за профессиональные переводы.
- Данилу, за проводы.
- Славе, за встречу.
- Эдику, за замок.
- Всем людям на Аравийском полуострове, которых мы встречали.
- Вам, осилившим все части текста.
2026 г.
