Автор повести: Анна-Виктория Ким, третья часть повести в стиле фэнтези "Энджи и её любовь"
– Энджи, милая... Вернёмся домой!
– Мой дом – здесь.
– Здесь? Этот игрушечный домик вот тут – на третьем этаже шкафа?!
– Да, ведь я жила здесь сразу после появления на свет, это мой родной дом.
– Как ты можешь тут жить, после того, как узнала свободу? Целыми днями сидеть на ограниченном пространстве, и ждать, когда хозяин обратит на тебя внимание...
– Я не хочу вашей свободы, здесь я – в зоне комфорта.
– А как же... мы?
– Ты будешь иногда приезжать ко мне, а я – ждать тебя.
– Нет, я уезжаю навсегда. Ты можешь пойти со мной.
– Ты же видишь – у меня не получается, я не смогла вписаться в твой мир, у меня всегда выходило что-то не так. Я не умею общаться с другими. Я все время говорила себе: на следующий раз лучше молчать, ничего не говорить, быть воздержанной... и ничего получается. Надо мной смеялись. Мне лучше быть здесь. Одной.
Денни вспомнил, как она постоянно вляпывалась в какие-то истории... Он вздохнул, но продолжил:
– А если ты надоешь хозяину, и он поставит тебя на полку вместе с остальной коллекцией?
– Я не хочу об этом думать.
– Твоя зона комфорта – это иллюзия.
– Твоя – тоже! – вдруг парировала Анжелика.
– Я сам распоряжаюсь своей жизнью.
– Нет, ты тоже зависишь от других.
– Энджи, не будем спорить... – мягко сказал Денни и обнял её сильнее.
– Да, не будем... у меня осталось очень мало времени. Лучше я буду любить тебя!
– Ты разбиваешь мне сердце...
– Ты – тоже...
Она была прекрасна: длинные шелковистые волосы такого оттенка, будто смешали гречишный мёд со спелой пшеницей и добавили немного золота, мягкий взгляд доверчивых серо-зеленых глаз... Совсем легко представить себе эту девушку на свободе: на берегу океана, где солёный ветер развевает её волосы, а она смеётся новой шутке своего друга, или в итальянском кафе – она сидит, изящно закинув одну ножку на другую, и пьёт ароматный кофе с сахарным печеньем...
Но не здесь – в этом дурацком кукольном домике, который обустроил человек для своей первой игрушки, а потом поселил тут Анжелику, ставшую на свободе просто Энджи...
И она права – он тоже не свободен. Ни на секунду он не забывал о том, что дома у него семья. Но разве мог он оставить Энджи в беде? Теперь он несвободен вдвойне – его чувства к ней вернулись, и стали ещё сильнее.
Денни подробно передал мне этот разговор и рассказал о своих чувствах, которые испытывал в тот момент. В душе я жалела бедняжку Анжелику... Этот диалог и мне разбивает сердце: в момент, когда я записывала его, и теперь – когда перечитываю снова.
