После рождения сына Семёна Эвелина Блёданс довольно быстро поняла: городская квартира — не её вариант. Хотелось воздуха, пространства и тишины. Так в её жизни появился загородный дом в Подмосковье, который со временем стал не просто жильём, а настоящим продолжением самой хозяйки.
Особняк внушительный — три этажа и больше трёхсот квадратных метров. И почти всё внутри сделано с активным участием Эвелины. Она не скрывает: львиная доля гонораров уходит именно сюда — на переделки, находки, мебель и бесконечные мелочи, без которых дом не становится живым. К счастью, без работы актриса не сидит, так что на жизнь и на дом хватает.
Как-то врач сказал ей простую вещь: ребёнку полезнее расти за городом. Решение было резким — квартиру в Москве продали, сначала пожили в съёмном доме, а потом нашли этот. Купили — и началась долгая история обустройства.
«Этот дом я кормлю постоянно, — смеётся Эвелина. — Он как будто бездонный. Всё время требует вложений».
Дом с характером, а не “как у всех”
Интерьер у Блёданс — тот случай, когда невозможно пролистать фото и не задержаться. Это не стерильный интерьер «по проекту», а пространство, в котором каждая вещь что-то пережила.
Предметы приезжали сюда с гастролей, съёмок, блошиных рынков и случайных встреч. Дом больше похож на шкатулку с секретами, чем на выставочный зал.
Комнат много, этажей три, но ощущения пустоты нет — наоборот, всё наполнено.
Без дизайнера и строгого плана
Эвелина честно признаётся: никакого дизайнера не было. Всё рождалось шаг за шагом. Сначала — обычная кухня, стандартные батареи, типовые решения. Потом начались эксперименты: мойка у окна, новая планировка, необычные полы, которые сначала казались эффектными, а потом — слишком смелыми. Пришлось привыкать и влюбляться заново.
«Я сама здесь автор, — говорит актриса. — Пространство менялось постепенно».
Кухня — сердце дома
Сегодня кухня выглядит так, будто это сцена старого театра, вписанная в современный интерьер. Светлые фасады, спокойный фон — и на этом фоне особенно выделяется массивный стол и остров из карагача. Этот стол буквально стал центром притяжения всего дома.
Отдельная история — винтажный французский буфет с витражами. Подарок от любимого мужчины. Эвелина долго сомневалась: дорого, жалко, не слишком ли хрупко для жизни с ребёнком? Но буфет будто сам попросился остаться. Теперь в нём — фарфор с Наполеоном, старинные сервизы и тарелки, которые чаще показывают гостям, чем используют по назначению.
Винтаж не для музея
Здесь старые вещи — не про «не трогать». Шкатулки, стекло, посуда, мебель, зонты и даже цилиндры живут обычной жизнью. Что-то используется каждый день, что-то выходит на сцену, что-то просто стоит и создаёт атмосферу. Без фанатизма, но с любовью.
Гостиная — место встреч
Гостиная продолжает идею дома-шкатулки. Большой круглый стол с вращающейся серединой ждёт шумных компаний, а стены и полки заполнены фотографиями, портретами, наградами и воспоминаниями о ролях.
Второй этаж — для сына и не только
Второй этаж — пространство Семёна. Здесь особенно видно, как дом подстраивался под ребёнка. Его вещи соседствуют с мамиными винтажными креслами в духе Людовика, старинными чемоданами и сценическим костюмом Людмилы Гурченко, который Эвелина хранит с особым трепетом.
Даже коридор здесь — не просто проход. Это полноценное место с креслами, картинами и люстрой с историей.
Отдельного внимания заслуживают шторы — с вышитыми инициалами хозяйки. Решение смелое, почти королевское. Эвелина долго сомневалась, пока не услышала фразу: «Другим звёздам уже сделали — а вы чем хуже?» В итоге шторы стали ещё одним штрихом, который делает дом абсолютно личным.
При всей декоративности пространство остаётся удобным. Это не дом «на показ», а дом, который работает: живёт, меняется, обрастает новыми деталями и историями.
- Кстати, после развода с Александром Сёминым Эвелина всерьёз собиралась продать особняк и вернуться в Москву. Но передумала. С тех пор дом заметно изменился — стал светлее, теплее и уютнее.
И, кажется, теперь это именно то место, из которого уезжать уже не хочется.