Главред ИА «РосБалт» делится своими впечатлениями от старта Олимпиады.
Церемония открытия зимних Олимпийских игр в Италии изначально ставила перед постановщиками сложнейшую сценарную задачу. Впервые в истории Игры официально принимают сразу два географических центра. То есть, конечно, два кластера уже давно привычны. Достаточно вспомнить Игры в Сочи, которые, собственно говоря, прошли не в Сочи, а в Адлере и Красной поляне. Но тут было два уникальных по-своему и при этом равнозначных центра — урбанистический, индустриальный Милан и аристократичная, снежная Кортина-д’Ампеццо. Эта географическая дистанция стала не препятствием, а главным драматургическим двигателем церемонии, превратив ее в исследование итальянской идентичности через призму контрастов.
Удачной драматургической находкой стал отказ от единого стадионного пространства в пользу медиа-моста. Действие, разворачивающееся на стадионе «Сан-Сиро», постоянно вступало в диалог с заснеженными склонами Доломитовых Альп. Постановщики мастерски использовали тему Style & Speed (Стиль и Скорость).
Миланская часть церемонии была решена в эстетике высокой моды и футуризма: подиумные проходки, лазерные инсталляции, подчеркивающие геометрию города. Кортина же отвечала за «душу» и традиции: факельное шествие на лыжах, использование этнических инструментов северных регионов. Этот дуализм позволил избежать монотонности, создав динамичный ритм, где холодный блеск технологий сменялся теплом человеческого присутствия в горах.
Италия не могла обойтись без своего главного гения — Леонардо да Винчи. Однако вместо классической «ожившей живописи», авторы церемонии интегрировали его идеи в концепцию устойчивого развития. Драматургическая линия с чертежами Леонардо, которые с помощью дополненной реальности (AR) превращались в современные экологичные технологии, стала мостом между Ренессансом и постцифровой эпохой. Это решение превратило исторический блок из «музейной паузы» в актуальное политическое и научное высказывание.
Музыкальная драматургия церемонии заслуживает отдельного анализа. Сочетание великого итальянского оперного наследия с современными электронными композиторами создало звуковую вертикаль. Решение использовать классические арии в современной обработке в моменты наиболее экстремальных визуальных трюков (например, акробатических номеров в воздухе) создало эффект «высокой драмы», который так близок итальянскому темпераменту. Это позволило церемонии сохранить национальный колорит, не впадая в архаику.
В отличие от гигантомании прошлых лет, миланская церемония сделала ставку на камерность внутри масштаба. Использование тысяч светодиодных панелей, которыми управляли волонтеры, создало эффект «живого экрана». В драматургии это называется переходом от монолога системы к диалогу со зрителем. Каждый участник на поле становился не просто частью массовки, а пикселем в огромном человеческом интерфейсе.
Кульминация церемонии — зажжение огня — обыграла тему единения. Факел, прошедший через футуристические улицы Милана и доставленный на вершину гор, символизировал преодоление разрыва между цивилизацией и природой. Этот финал стал мощным драматургическим аккордом: в мире, раздираемом противоречиями, Италия предложила модель гармоничного сосуществования технологий и естественной среды.
Церемония открытия Милана — Кортины 2026 года войдет в историю как пример «умного» дизайна зрелищ. Постановщикам удалось деконструировать классический формат Олимпиады, превратив его в современный трансмедийный перформанс. Удачное сочетание итальянского стиля, уважения к истории и смелых цифровых решений позволило создать событие, которое воспринимается не просто как старт соревнований, а как философский манифест новой Европы — технологичной, но сохранившей верность своим корням.
Это было очень круто, талантливо и ярко. А тюбики, из которых с небес льется краска — это круче, чем легендарное открытие в Пекине с бегуном на небе. По степени необычности точно обогнали революционно-прорывную церемонию в Париже. Можно только поворчать на режиссерско-операторские решения местами. Знаю, что стремительный переход с общего плана на крупный в сцене оперной арии репетировался во Франции почти месяц. Здесь же подобного совершенства точно не было. Но это точно не отменяет общего восторга.
Николай Яременко, главред ИА «РосБалт», спортивный обозреватель, доцент Финансового университета при правительстве РФ
