Весной №-ого года в замке Пфефферкорна появился новый слуга, которого звали непривычным для тех краёв именем Джереми. Старый слуга перепутал двери и случайно попал в измерение кошмаров. Хотя Иоганн вернул его обратно, с тех пор несчастный всё время сидел в кресле и печально вздыхал. Новый лакей был высок, чрезвычайно хорош собой и носил ливрею с таким достоинством, словно это был наряд, по меньшей мере, графа. Работу он выполнял быстро, качественно и усердно, знал, когда следует улыбнуться хозяйской шутке, а когда стоять с серьёзным лицом, когда надо быть под рукой, а когда скрыться с глаз, и словно бы умел предугадывать хозяйские желания. Стоило Иоганну приказать принести бургундского, как в ту же секунду Джереми оказывался рядом с наполненным бокалом в руках. Пфефферкон был от него в полном восторге. В неменьшем восторге была и невеста колдуна Агнесса фон Штартер: она была просто поражена элегантностью, изящными манерами и превосходным знанием этикета нового слуги. Вскоре он уже осмеливался давать ей советы по поводу одежды, причёсок и маникюра и отличался во всём безупречным вкусом.
Иоганн стал настолько доверять Джереми, что посылал его с важными поручениями на зависть слугам, проработавшим в замке долгие годы. Джереми всегда прекрасно справлялся, и положение его укреплялось с каждым днём. Однажды, возвращаясь с очередного задания (Пфефферкорн отправил его купить ингредиенты для зелий на чёрном рынке, чего прежде никогда не доверял слугам), он очень торопился, хотя времени у него, казалось, было предостаточно. Дело в том, что на обратном пути Джереми сделал крюк и отправился в место, увидев в котором, Иоганн испепелил бы его на месте. Это был замок извечного соперника Пфефферкорна -Гельмута Бандемера, место столь мрачное, что даже вороны боялись над ним летать. Между Гельмутом и Джереми состоялся следующий диалог:
-Так ты говоришь, что великий и ужасный Иоганн Пфефферкорн сидит в своём замке, воркует с невестой, ходит с ней на прогулки по окрестностям, пьёт вино да читает книги?
-Да, господин, причём вовсе не книги по магии, он читает любовные романы, выписывает понравившиеся комплименты, чтобы потом сказать их Агнессе.
-Он просто усыпляет бдительность своих врагов, наверняка он вынашивает какой-то коварный план и может ударить в любой момент. А значит, надо ударить первому.
-Я бы мог его отравить….
-У Пфефферкорна есть противоядия от всех ядов, какие только существуют.
-А что, если я просто перережу ему глотку, пока он спит...
-Я думал, ты умнее, Джереми. Он не ляжет спать, пока не защитит себя заклинаниями. Нет, убить его не получится, я пытался много лет. Но можно сделать кое-что другое.
Гельмут порылся в окованном железом сундуке, достал оттуда небольшую склянку и произнёс над ней заклинание:
-Проклятие вечного уродства. Подольёшь это Пфефферкорну в вино. Он станет страшным, как чудовищная жаба из болота мертвецов. Снять проклятие практически невозможно, и бедняга Иоганн наверняка проведёт остаток жизни, пытаясь.
Джереми вернулся в замок Пфефферкорна. Он дождался, пока хозяин попросит вина (долго ждать ему не пришлось), и вылил в бокал содержимое склянки.
Агнесса тем временем недавно проснулась, приняла ванну и шла по замку в прекрасном настроении, напевая весёлую песню про пляшущих маленьких эльфов. Увидев Джереми с подносом вина, она решила, что не прочь освежиться, и взяла бокал.
-Простите, госпожа, вино для хозяина, -сказал слуга дрожащим голосом.
-Сходишь и принесёшь ещё.
-Но, госпожа, хозяин ждёт...
-Джереми, я тебя не узнаю, с каких это пор ты стал мне возражать?
Агнесса осушила бокал одним глотком. Она с самого детства была под действием проклятия, превратившего её в уродину с глазами разного размера, четырьмя подбородками, покрытую жуткими бородавками с головы до ног. Как минус на минус даёт плюс, так и два проклятия, оказавшись в одном теле, тут же вступили в борьбу и уничтожили друг друга. Агнесса преобразилась: бородавки исчезли, глаза стали одинаковыми, она похудела за мгновение раза в три и едва не запуталась в собственном платье. Почувствовав происходящие изменения, Агнесса бросилась к зеркалу и принялась кричать от радости.
Гельмут Бандемер, наблюдавший за происходящим в хрустальный шар, орал от гнева и обещал уничтожить Джереми самым мучительным способом. Джереми же думал, пытаться ли ему убежать или просить награду.
Иоганн, прибежавший на крики, совершенно не понял, чему так радуется Агнесса, ведь для него она и так была самой красивой на свете, и никаких перемен он не заметил. Впрочем, не всегда надо понимать причину радости родного человека, чтобы порадоваться вместе с ним. Иоганну было достаточно видеть, что Агнесса счастлива, чтобы быть счастливым вместе с ней.