15 июня в десять утра мне пришло уведомление от отдела кадров: зайдите, пожалуйста! Я еще пошутил про себя, наверное, премию дадут. Не дали. Через пятнадцать минут я вышел на улицу с трудовой книжкой в электронном виде и с договоренностью о выходном пособии в размере трех окладов Все по закону, все прилично и вполне не плохо по сумме. Сокращение штата, кризис в отрасли, оптимизация расходов. Ничего личного. Мне сорок четыре года. У меня за спиной развод, взрослая дочь, и кредиты, которые напоминают о себе каждый месяц. Я стоял на крыльце офиса, светило солнце, мимо бежали люди с бейджиками, курили, смеялись. А я смотрел на уведомление в телефоне от банка и думал, итак это фиксация точки отсчета. Чтобы через год вернуться сюда и сказать спасибо этому дню. К слову последнее место работы я не просто не любил, скорее ненавидел. Так что вроде все даже очень не плохо. Но когда садишься вечером на кухне и раскладываешь по полочкам свою жизнь, начинаешь смотреть на себя чужими глазами. Двадцать лет корпоративной карьеры, стабильность, планы на будущее, и вот в одно мгновение всего этого нет. Осталась только тишина в квартире и понимание, что завтра утром не нужно никуда спешить. Сначала это радует, потом пугает. Позже начинает злить. А потом вдруг приходит странное, почти забытое чувство свободы. Я уже и забыл, каково это проснуться и не знать, чем займешься через час. Раньше это вызывало панику, теперь я пытаюсь разглядеть в этом шанс. Самое унизительное в этой ситуации звонить и говорить близким, что ты больше не можешь быть для них опорой в том же объеме. Дочь учится в университете, мы всегда помогали ей как могли. Я набрал ее номер и минуту слушал гудки, надеясь, что она не возьмет трубку. Но она взяла. И я выпалил все как есть, без соплей, по факту: работы нет, планы временно меняются, но я потом все наверстаю. В трубке повисла тишина. Я готовился к упрекам, к обиде, к разочарованию. А она сказала: пап, ты держись. Я могу сама подрабатывать, не парься. Мне сорок четыре, и я чуть не разревелся от слов собственной дочери. Это был первый лучик света. Я понял, что если ты все делал правильно двадцать лет, твои дети не отвернутся, даже когда ты упал лицом в грязь. А я вроде еще и не упал. Первую ночь после увольнения я не спал. Просто лежал и смотрел в потолок, перебирая в голове варианты. А под утро во мне включился какой-то другой режим. Наверное, это сработали те самые двадцать лет управленческого опыта, которые я считал уже бесполезными. Я перестал себя жалеть и начал рассматривать свою жизнь как проект, который надо спасать. Что делает любой нормальный менеджер, когда проект на грани провала? Он садится и пишет план, ищет ресурсы, пересматривает стратегию. Так почему я не могу применить те же навыки к самому себе?
Я вдруг отчетливо понял, что двадцать лет я строил карьеру, копил компетенции, но при этом совершенно не умел распоряжаться главным ресурсом собственной жизнью. Я был удобным винтиком в большой машине, и когда машина решила меня выбросить, оказалось, что за душой нет ничего, кроме опыта, который, как мне казалось, никому не нужен. Но чем больше я об этом думал, тем отчетливее понимал: опыт менеджера это не только умение сидеть в офисе с девяти до шести. Это умение договариваться, планировать, решать проблемы, видеть картину целиком. Почему я не могу продавать эти навыки сам? Почему я должен искать нового хозяина, вместо того чтобы стать хозяином самому себе?
Я начал записывать мысли в блокнот, и постепенно хаос в голове начал превращаться в нечто похожее на план. Во-первых, нужно принять ситуацию как факт и не тратить энергию на самобичевание. То, что случилось, случилось. Винить можно кого угодно, легче не станет. Во-вторых, понять, что у меня есть временной ресурс, которого не было раньше. Раньше я продавал свое время работодателю, теперь это время принадлежит мне, и я могу вложить его во что-то по-настоящему стоящее. В-третьих, этот кризис возможно, единственный шанс выскочить из беличьего колеса и попробовать то, на что никогда не хватало смелости.
Я всегда мечтал о море. Не о двух неделях в Турции раз в год, а о жизни у воды, когда ты не привязан к офису, к пробкам, к сезонным распродажам и корпоративам. Звучит пафосно, но это правда. Последние лет десять я регулярно ловил себя на мысли, что завидую блогерам, которые пишут из Таиланда или Вьетнама, и убеждал себя, что это не для меня, что у меня семья, работа, ипотека, ответственность. Теперь из всего этого списка осталась только ответственность. И дочь, которая, как выяснилось, уже взрослая и готова меня поддержать. Может быть, это и есть тот самый знак?
Я не знаю, как именно я буду зарабатывать. Но я точно знаю, что возвращаться в найм на позицию менеджера среднего звена с перспективой досидеть до пенсии я не хочу. Это тупик. Меня сократили не потому, что я плохой работник, а потому что система больше во мне не нуждается. Система вообще ни в ком не нуждается, она потребляет ресурсы и оптимизирует издержки. Искать новую систему, чтобы она снова использовала меня, пока я не выгорю окончательно, нет никакого смысла.
Значит, нужно искать другой путь. Может быть, это будет консультирование. Я двадцать лет управлял проектами, решал конфликты, выстраивал процессы неужели это никому не нужно на рынке? Может быть, это будет свой маленький бизнес, о котором я всегда боялся даже думать. Может быть, это будут тексты. Я никогда не писал для публики, но сейчас, когда я сижу и набираю эти строки, я чувствую какой-то внутренний отклик. Мне есть что сказать. И если мой опыт, мои ошибки и мои попытки выбраться со дна будут кому-то полезны, возможно, это и есть та самая новая профессия.
Я отчетливо понимаю, что будет трудно. Что кредиты никуда не денутся, что придется экономить, что будут дни, когда руки опустятся. Но еще я понимаю, что выбора у меня нет. Точнее, выбор есть всегда, но вариантов по сути два. Первый найти любую работу, затянуть пояс, впасть в депрессию и дожить остаток лет в тоске по несбывшемуся. Второй воспринять этот пинок судьбы как стартовый сигнал. Как возможность наконец-то построить ту жизнь, о которой мечтал, а не ту, которая навязана обстоятельствами.
Я выбрал второе. Пока это просто слова, пока страшно, пока непонятно, как платить по счетам завтра. Но я уже запустил этот процесс. Я начал писать. Я начал думать в другом направлении. Я перестал искать объявления о найме и начал искать идеи. Я смотрю на свою пустую квартиру и вижу в ней не одиночество, а пространство для маневра. Я смотрю на свой возраст и вижу не увядание, а зрелость, вес, опыт, который можно конвертировать во что-то стоящее.
Мне сорок четыре года. У меня за плечами развод, кредиты и потеря работы. У меня нет никаких гарантий, что все получится. Но у меня впервые за много лет есть главное свобода выбирать свой путь. И есть цель, которая греет изнутри. Море, Вьетнам, новый я. Я не знаю, сколько времени уйдет на дорогу, но я сделал первый шаг. Если вы читаете это и находитесь в похожей ситуации, может быть, и вам стоит перестать бояться и начать искать в своем кризисе не конец, а начало. Подписывайтесь, будем проходить этот путь вместе. Дальше будет интереснее.