Олимпийский чемпион Алексей Урманов воспитал олимпийского чемпиона Михаила Шайдорова.
Зимние Олимпийские игры-2026
Фигурное катание. Мужчины
1. Михаил Шайдоров (Казахстан) — 291,58
2. Юма Кагияма (Япония) — 280,06
3. Сун Сато (Япония) — 274,90...
6. Петр Гуменник (Россия) — 271,21...
8. Илья Малинин (США) — 264,49
Казахстанец Шайдоров — человек для России не чужой. Он родился в Алматы, но до сих пор в профиле ISU городами для тренировок значатся два — родной и Сочи. А работает Михаил с нашим прославленным чемпионом Игр 1994 года Алексеем Урмановым. Его имя не блистало в списке главных российских специалистов. Этери Тутберидзе, Алексей Мишин, Тамара Москвина... Но теперь обязано звучать громко. Урманов привел к сенсационной олимпийской победе казахстанское фигурное катание, обыграв Илью Малинина, Юму Кагияму, Адама Сяо Хим Фа — то есть три абсолютно разные школы.
После победы Урманов поговорил с «СЭ».
Гордость за мужчину
— Алексей Евгеньевич, вам такое хотя бы снилось? Или вы прямо ехали выигрывать?
— Нет, сказать, что мы ехали выигрывать, неправильно. Верно сказать, что мы очень серьезно готовились весь сезон именно к этому турниру. Олимпиада была в приоритете с самого начала. Это не означает, что мы халатно или спустя рукава относились к другим турнирам, нет. И сезон складывался очень непросто. Мы вернулись к старой короткой программе, 10 миллионов раз меняли расстановку элементов в произвольной. То есть мы искали ключики для того, чтобы, как Михаил все время говорит, обе программы на всех соревнованиях катать чисто. И у него практически это получилось и здесь. Я его всегда призывал, и на Олимпиаде, чтобы мы ни о каких местах не думали. В первую очередь о том, что мы должны сделать. А другие пускай думают о чем-то другом.
— Эмоции сопоставимы с теми, что были у вас при завоевании олимпийского золота?
— Смотрите, сейчас уже поздний вечер на дворе. Надо, простите за выражение, переспать с этой феерией и победой. И завтра придет другое понимание. Но сейчас по горячим следам... Это вообще разное. Когда я сам катался и когда сейчас тренирую — совсем по-разному.
Сейчас у меня очень серьезная гордость за мальчишку. Ну, не за мальчишку, а за этого мужчину, за Михаила Шайдорова. Потому что он большой молодец.
Я сейчас за кулисами общался со своими коллегами и могу сказать — очень горжусь, что у меня появился такой спортсмен, которому я могу доверять. Могу доверять риски. Сегодняшний четверной флип в произвольной программе был очень сырой, мы его мало потренировали. Я очень сильно за это переживал. Будь на его месте другой спортсмен, ни в коем случае не отправил бы его на исполнение. А этому спортсмену доверяю.
— Когда из этого кресла лидера поднимался Михаил, вы сразу после победы ему сказали какие-то слова, вероятно, важные. Какие?
— Я ему на ухо сказал такую вещь... Знаете, этой зимой он провел такую классную тренировку, что просто можно было обалдеть. И я ему сказал: «Смотри, только не стань мне олимпийским чемпионом после такого катания на тренировке!» (Грозит пальцем.) Вот что я ему сказал. Всему свое время. А сейчас я ему сказал: «Ты помнишь, что я тебе говорил?»
Может быть, на Малинина повлиял командный турнир
— Прокат Ильи Малинина наверняка смотрели. Что это было?
— Видел по монитору, конечно. Я не могу прокомментировать, честно. Но... Это был шок. Для тех людей, которые сидели в зале на трибуне, да и для судей, для... всех. И тех, кто смотрел трансляцию по телевидению. И тех, кто не особо имеет отношение к фигурному катанию и увидит этот прокат потом. Любой будет шокирован.
— Вы такое когда-нибудь видели?
— Мне сейчас позвонил один серьезный человек, президент Федерации фигурного катания на коньках России Антон Сихарулидзе, мой друг. И он сказал: «Слушай, Алексей Евгеньевич, немножко твоя история и Мишина история связаны, повторяет одна другую».
Я вам напомню, вы еще молоденький, не помните. В 1994 году, когда мы шли на Олимпиаду, вернулись профессиональные фигуристы Виктор Петренко, Брайн Бойтано и другие. Когда они вышли на короткую программу, то все попортили. У нас есть выражение в фигурном катании, что короткой программой выиграть соревнования нельзя, но можно проиграть. Что-то такое произошло. Но все равно все эти ситуации разные, не нужно сравнивать ничего. То, что произошло сегодня, — вот оно и произошло.
— На Малинина прокат Михаила мог психологически повлиять?
— Я, честно говоря, уверен, что никто из ребят не смотрел...
— Илья говорит, что смотрел в раздевалке.
— А, смотрел? Здесь вопрос больше, наверное, к спортсмену, чем ко мне. Мы можем пальцем в небо тыкать, гадать. Что повлияло, было это то или другое... А может быть, командный турнир повлиял. За кулисами очень много всего происходит. Он же в день короткой программы не пришел на тренировку официальную. И в день произвольной. Это о чем-то тоже говорит. То есть это не просто — «я решил выспаться». Значит, тренерский штаб вместе со спортсменом принимали решение наверняка, обычно так. Может, была накоплена какая-то усталость, еще что-то.
Я прекрасно помню себя, что, когда мы приехали на NHK Trophy в Японию, то, как назло, акклиматизация выпадала на вечер перед произвольной программой. Я не спал всю ночь, тренировка в 8 утра. Звоню в 6 утра Профессору (тренеру Алексею Мишину. — Прим. «СЭ») и говорю — я засыпаю, мы сегодня на тренировку не пойдем. Он такой: «Ты что, с ума сошел? Мы же так никогда не делали». Я — Алексей Николаевич, ну как я пойду на тренировку? Каким я овощем выйду на соревнования? Здесь очень тонкие грани.
— Вряд ли вам было до Петра Гуменника, но в России просто шквал. Считают, что отобрали медаль, по недокрутам много вопросов. Удалось прокат посмотреть?
— Краем глаза видел, потому что мы были в разминочной зоне в этот момент, и монитор был достаточно далеко. Знаю, что Гуменник откатал практически безупречно, чистенько свою программу. Я издалека наблюдал. Про докруты и недокруты говорить всегда очень сложно и больно. Особенно когда это касается твоих спортсменов или российских спортсменов. Я не знаю распечатки, еще не видел. Мне показалось, что в общем и целом было все выполнено очень достойно и хорошо. Насколько там, извините, отобрали или не отобрали медаль — наверное, судить не мне.
Все трансляции Олимпиады-2026 доступны в онлайн-кинотеатре Okko.
Дмитрий Кузнецов, «Спорт-Экспресс»