Точнее – не столько. Большинство так говорящих довольно грамотные и образованные люди.
Но замена «последнего» на «крайний» слышится в последнее время все чаще. Слушатели к этому относятся по разному – кто-то нейтрально, кто-то нормально, многих раздражает.
Всем понятно, что «последний» – категория времени, «крайний» – пространства, геометрии.
Тут надо сделать два важных замечания.
Первое. Вполне дапустимы и правильны выражения «в крайнем случае (сделаем это)», «на крайний случай (оставим это)». Да, понятие «случай» есть категория времени. Но когда речь идет о многих случаях, то много случаев – это уже ряд случаев, где в момент, когда об этом говорится, последовательность во времени вообще говоря не важна. А ряд случаев без строгого указания последовательности во времени – это уже может быть вообще категория не времени, а чего-то другого. Например, случаи выхода каждый день из дома на работу. Крайний случай – потеря ключей от квартиры. Категория – состояние беспечности. Не можете открыть дверь – категория беспомощности. «В крайнем случае двери можно открыть фомкой».
Второе. Связь с украинским языком. Среди нас много этнических украинцев, для которых «в крайнем случае», «в останнєму разі», «последний случай», «останній випадок» звучат привычно и понятно и на русском, и на украинском.Здесь могут быть свои особенности, но мы будем говорить только о русском языке.
Теперь разберемся, почему в русской речи происходит замена «последний» на «крайний». Такая замена – вопрос не только языковой грамотности, лингвистики, но и психологии.
Откуда все пошло?
Первоисточник – профессии, связанные с риском для жизни: летчики, космонавты, парашютисты, альпинисты, водолазы. Там слово «последний» ассоциируется с трагическим финалом – последний полет, последний прыжок, последнее восхождение. Далее – чистая психология. Желая подчеркнуть, что за каждым последним разом обязательно последует следующий, они стали говорить вместо «последний» слово «крайний». Это как бы словесный оберег.
С такими людьми все понятно. Многи из них, когда так говорят в разговоре, дают пояснение, что понимают неправильность, но говорят так умышленно. И мы понимаем почему.
Но почему это вышло в широкое пространство, как говорят – за пределы аэродромов?
Этому есть две главные причины:
1) Склонность к романтизации риска. Говорящему подсознательно хочется казаться быть причастными к миру героев опасных профессий, «настоящих мужиков».Здесь ключевое слово – казаться.
2) Зависимое мышление. «Так сейчас говорят». Человек не хочет или не способен сделать в мыслях шаг вперед или в сторону, чтобы разобраться, как надо правильно говорить. Сразу возникает вопрос – если человек не понимает, как правильно надо говорить, то понимает ли он то, о чем говорит?
Иногда это может быть то, что можно назвать ложной вежливостью – говорящие считают слово последний «негативным» и заменяют его на более «позитивное». Но это тоже зависимое мышление.
Вот это последнее – зависимое мышление и есть самое плохое. Для говорящего. Можно еще добавить, что в классической литературе, у серьезных авторов вы не найдете выражения «крайний раз».