Начало:
Предыдущая глава:
Сегодня нам разрешают свидание с Зарой. Спасибо Саше.
-Неожиданно!- усмехается она, присаживаясь напротив нас, складывая ногу на ногу, эффектно прикуривает,- Исповедоваться не буду!
-Завтра тебя переведут в больницу,- шепчет Нафисат.
-Хотите сделать меня овощем?
-Хотим тебе помочь!
-Моя любимая Нафисат!- говорит проникновенно, накрывая своими ладонями ладони подруги,- Спасибо тебе, крошка!
В глазах Нафисат я вижу нежность, доверие, она смотрит на Зару в ответ, словно та самый близкий человечек для нее, но потом, чувствую, как по ее телу пробегает напряжение, глаза наполняются слезами, а зрачки Зары расширяются, взгляд становится диким, хищным, она смотрит прямо в глаза подруге, иногда только немного шевеля головой.
-А я просила вас о помощи?- шипит сквозь зубы, и я понимаю, что что-то не так. Нафистат пробует убрать руки, но Зара вцепилась в них мёртвой хваткой и начинает хохотать. Жутко, до мурашек, не опуская взгляд,- Я ненавижу вас всех! Если бы вы знали, как ненавижу!
-Отпусти,- вырывается у Нафисат,- Мия!
В этот момент рядом оказывается конвой, им еле удаётся расцепить женщин.
-Маратик начал ходить!- выкрикивает Нафисат вслед Заре,- Ты ошиблась!
Та вздрагивает, пытаясь повернуться в нашу сторону, но конвой блокирует каждое ее движение, тогда она издаёт невнятные звуки, похожие на вой, словно раненный зверь.
А за нами приходит Саша.
-Нафисат?- осматривает ее.
-Все хорошо, просто сильно сжала ладони, я больше ее взгляда испугалась.
-Больше никаких свиданий! Не упрашивайте! Мне еще перед вашими семьями ответ держать.
-Она больна,- шокированно шепчет Нафисат, когда мы оказываемся на улице,- Она очень больна!
Я знаю. Здоровый человек на такое не способен.
-Зачем ты рассказала про сына?- этот вопрос не даёт мне покоя.
-Облегчить ее страдания,- отвечает подруга, пожимая плечами,- Я не верю, что Зара совсем конченная, внутри где-то у нее все равно сидит совесть и гложет ее.
Мы много раз обсуждали с Нафисат Зару. Много, словно пытаясь найти объяснение происходящему. Уходили от темы, снова возвращались. Не могли понять, как можно одной рукой бороться за жизни других людей. Зара помогла многим, помогла и детям, и их родителям. Боролась самоотверженно за каждого ребёнка, иногда боролась еще и за его семью, не давая опускать руки. Боролась за женщин, оставшихся один на один с тяжелыми недугами своих детей.
Зара разрабатывала кучу методик по восстановлению и реабилитации. Действующих методик. Иногда она сутками не спала, фанатично, отдавая всю себя без остатка, разрабатывая план реабилитации под конкретного ребёнка.
Как же так можно? Убивать второй рукой? Мучать, жить, не без удовольствия наблюдая за страданиями ребенка и его матери, хладнокровно калечить жизни других людей, после собственных переживаний.
Зара больна! И вина в ее болезни- одиночество. У неё не было поддержки, не было рядом близких людей. Мужу она была не нужна, не любил, для семьи оказалась обузой, даже тот похотливый врач, просто пользовался ей, брал все, что надо, угрожал, запугивал, но в ответ ничего не давал. И с горем своим она жила один на один. Жизнь была слишком жестока к ней.
Нафисат пыталась донести это до Аслана, тот ничего, кроме гордыни не увидел. Сказал, что Зара слишком высокомерная, а мы обе наивны.
День проводим вчетвером, гуляем с детьми. Республика постепенно расцветает и наполняется туристами. Уже открыты летние кафе, работают аттракционы в парках, все вокруг оживает.
Наш центр будет закрыт еще долго, идут проверки. Мы не теряем связи с семьями пациентов, консультируем онлайн, о происходящем не распространяемся. А пока можем позволить себе вот так целый день провести с детьми.
Ника и Маратик сдружились, дочка учит мальчика стишкам, у нее оказалась отличная память, запоминает абсолютно все, достаточно один раз увидеть или услышать, а еще слух хороший и голосок.
Маратик пытается ходить. Неуверенно, боязливо, но в то же время упрямо. В Москве его обследовали, диагноз оказался другим, а после признаний Зары, лечение и вовсе скорректировали. Благодаря фонду Маратику ввели какое-то баснословно дорогое лекарство, и мышцы его начали крепнуть на глазах, сейчас только поддерживающая терапия и обследования раз в год. Ника учит его игре на синтезаторе и учится сама.
Жизнь пестрит новыми, светлыми красками, и мама все чаще слышит мой звонкий смех. Мама словно освободилась, много гуляет, много общается. Нам постоянно звонят ее подруги, знакомые, зовут в гости. И с Сашей она стала другой, более отзывчивой, открытой.
Не знаю, чего ей стоило решение о том, что отец и его любовница должны быть похоронены вместе. Не просто похоронены, а в очередной раз, нарушив все устои и обычаи, кремированы. Расследование подходит к концу, тела больше не нужны.
На следующий день мы все собираемся на холме. Внизу море бьётся о скалы, солнце играет с волнами, шум воды и крик птиц. Две семьи, объединённые одной трагедией, пережившие много горя, в том числе и по вине друг друга. Родители молча рассеивают прах над морем. Вот так. Пусть навсегда остаются вместе и пусть будут свободными.
Нафисат рыдает, прижимаясь к мужу. Саша, нежно приобнимая за плечи маму, отводит ее в сторону, что-то нашептывая на ухо, она соглашается, кивает ему, улыбается сквозь слёзы. Мой брат беседует с Зурабовым старшим. И только я в стороне, также как и Аслан.
Стоим у края холма, смотрим вниз и думаем каждый о своем.
Мне хотелось бы сейчас ощутить его рядом, просто чтобы руку в руке, но...
Ни он ни я на первый шаг не решаемся.
Мама возвращается, обнимает меня, вытирает слёзы.
-Не надо плакать, дочка! Они свободны теперь и мы все свободны!
-Поехали? - предлагает Саша.
-Тамара Сабировна!- обращается Аслан к моей маме, вздрагиваем обе, оборачиваемся, он спешит к нам. Машинально выхожу вперёд, прикрывая маму,- Тамара Сабировна, я переговорить с Вами хочу! Можно?
-Конечно.
-Я прощения хочу попросить, понимаю, что не заслуживаю, но молю, не держите зла, отпустите!
-Аслан,- по матерински нежно улыбается ему в ответ,- Ты думаешь, я не знаю, кто тогда послал за ними машину? Или может ты думаешь, я не узнала, почему это мои алчные родственники так прониклись нашим горем? Ты же им платил!
-Простите меня!
-Ты защищал тех, кого любил, защищал как умел, ты был слишком юн для таких испытаний. Я не держу зла. Я желаю тебе оставить эту ношу здесь, освободись от нее, Аслан и будь счастлив!
-Мое счастье не желает быть рядом.
- Ты торопишься с выводами, просто потерпи. Если чувства настоящие, то никакая вражда, прошлые обиды и горести ее не остановят.
-Вы не будете осуждать?
-Я? Когда-то осуждала, правда, сюда ехала с одной целью- забрать дочь, защитить ее, но достаточно посмотреть в ее глаза, когда ты рядом. Я не стану препятствовать, иначе рискую потерять Мию.
-Спасибо Вам,- обращается Аслан к маме и уходит. А я стою в ступоре, только что за моей спиной решали мою судьбу.
-Мама?- вопросительно
-Ты заслуживаешь быть счастливой, Мия. Не беги от себя.
Продолжение: