Как долго можно удерживать власть над чужой судьбой, прикрываясь маской безграничной любви и семейного долга?
На Преображенском пoгосте официально поставили точку в истории, которая последние годы напоминала затянувшийся и довольно скверный детектив с элементами шекспировской трагедии.
Гитана Леонтенко, вдова того самого Алексея Баталова, которого вся страна знала как идеального мужчину Гошу, завершила свой земной путь на 91-м году жизни.
Она покидала этот мир ровно так же, как существовала в последнее время - в абсолютной темноте из-за потери зрения и под неумолкающий гул скандалов, связанных с дележом нaследства.
Арена или изоляция
Если смотреть на эту ситуацию глазами обычного человека, картинка получается крайне противоречивая. С одной стороны, мы видим скорбные лица старых друзей, мерцание свечей в храме и слышим бесконечные оды великой цирковой артистке.
Гитана когда-то вытворяла на лошадях такие трюки, что у публики перехватывало дыхание от восторга. Она являлась настоящей звездой манежа, женщиной-вихрем.
Но стоит открыть социальные сети, как на глаза попадается хлесткий и почти пугающий пост актрисы Елены Скороходовой. Та написала буквально следующее:
«Эта женщина ушла, и вместе с ней исчезло много зла».
Здесь невольно возникает желание затормозить и уточнить, действительно ли речь идет об одной и той же персоне?
Для одних Гитана Аркадьевна представляла собой образец верности, женщину, которая положила свою жизнь на алтарь служения гениальному мужу. Другие же шепотом или во все горло называют ее захватчицей, которая планомерно разрушила первую семью Баталова и буквально изолировала актера от внешнего мира.
Она оставила цирк в 1963 году, когда официально стала женой актера и с того момента её главной сценой сделалась четырехкомнатная квартира в легендарном Доме на Котельнической набережной. Эта жилплощадь превратилась в крепость, где Гитана Аркадьевна установила свои порядки, не терпящие возражений.
Проект всей жизни
Главным смыслом существования, а порой и единственной темой для разговоров в этом доме стала их общая дочь Мария. Девочка появилась на свет с тяжелой формой ДЦП, что в те времена воспринималось как окончательный приговор для любой семьи.
Но именно здесь проявился стальной характер бывшей наездницы. Леонтенко не просто приняла этот вызов, она превратила спасение дочери в масштабную спецоперацию длиной в десятилетия.
Гитана Аркадьевна выбивала для Маши лучших преподавателей из ВГИКа, которые приходили на дом и давали уроки так, будто готовили профессиональную актрису или режиссера.
Она искала по всему миру редкие клавиатуры и специальные приспособления, чтобы ребенок мог выражать свои мысли, нажимая на кнопки буквально одним пальцем.
Можно ли считать «черной вдовой» мать, которая сделала всё, чтобы её дочь не просто выжила, а стала признанным сценаристом и автором книг?
Это огромный труд, который требует колоссальных душевных затрат. Но в этой медали скрывается и другая сторона: такая гиперопека часто стирает границы личности того, кого опекают. Мария жила в коконе, который мать сплела с невероятным мастерством и упорством.
Доверчивость или расплата
Самое болезненное в финале этой истории заключается даже не в язвительных комментариях бывших коллег по цеху. Трагедия в том, что последние годы Гитана Аркадьевна, пережившая своего знаменитого супруга на семь лет, провела в вакууме.
Она ослепла и оказалась заперта в темноте, как физической, так и юридической. Именно тогда в её жизни возникли Наталья Дрожжина и Михаил Цивин. Эти люди позиционировали себя как бескорыстные помощники и ангелы-хранители, но на деле всё закончилось реальными и условными сроками за мошенничество.
История с похищенным наследством Баталова стала для семьи настоящим aдом на земле. Гитана Аркадьевна, которую окружающие часто обвиняли в невероятной способности манипулировать людьми, сама превратилась в жертву банального обмана.
Произошла злая ирония судьбы, где человек, который десятилетиями выстраивал оборону своей крепости, пустил врага за стол и собственноручно подписал документы, лишавшие её дочь будущего.
Этот период жизни Леонтенко напоминает мрачный нуар, где за внешним благополучием скрывается полная беспомощность перед лицом алчности.
Тень старых обид
Почему же сейчас, когда человека уже нет, вместо светлых воспоминаний мы слышим поток претензий? Оказывается, старые обиды соседей по даче или забытых родственников не имеют срока давности.
Люди вспоминают, как Гитана Аркадьевна жестко обрывала связи мужа с прошлым, как она контролировала каждый его шаг и телефонные звонки. В глазах обывателя она часто выглядела как цербер, охраняющий свои сокровища. Но было ли это сокровище (сам Баталов) доволен такой участью? Об этом теперь спросить не у кого.
Мы часто видим, как после ухода знаковых фигур на первый план выходят не их достижения, а неприятная изнанка. В случае с Леонтенко этот процесс достиг апогея.
Даже у места последнего пристанища продолжаются споры о том, кем она была на самом деле. Фанатичной матерью, которая совершила подвиг, или женщиной-манипулятором, которая подчинила себе волю великого артиста?
Кажется, что истина находится где-то посередине, в той самой серой зоне, куда посторонним вход всегда был строго воспрещен.
Наследство и тишина
Теперь Мария Баталова осталась одна. У неё есть талант, есть её книги и сценарии, а еще есть то самое огромное наслeдство, из-за которого было сломано столько копий в судах.
Без материнского контроля и её специфической энергии, Марии придется заново учиться взаимодействовать с этим миром, который далеко не всегда добр к особенным людям. Исчезнет ли шлейф скандалов вместе с уходом Аркадьевны или мы станем свидетелями нового витка борьбы за элитную недвижимость и архивы актера?
Гитану Аркадьевну положили рядом с Алексеем Владимировичем. Там, под гранитными плитами, наконец-то прекращаются тяжбы, интриги и взаимные проклятия.
Остается только один вопрос: что в итоге перевесит на весах истории - добрые сказки, которые писала Мария под крылом матери или тот горький осадок от ненависти, который не остывает даже в эту минуту?
Жизнь вдовы Баталова была похожа на сложный цирковой номер без страховки, где одно неверное движение могло привести к катастрофе. И этот номер наконец завершен.
Как вы думаете, можно ли оправдать жесткость характера и изоляцию близких, если целью является спасение своего ребенка?