26 февраля прошлого года Марк Такер и Даниэль прибыли в Японию из Ноттингема (Великобритания), и мы впервые за долгое время провели совместную тренировку. На следующий день они в течение нескольких дней осматривали достопримечательности Киото и Осаки, после чего вернулись домой через аэропорт Кансай. Поскольку число заражённых тогда ещё не было большим, думаю, что по всей стране находилось немало иностранных туристов. В этом смысле можно сказать, что поездка Марка и Даниэля в Японию была памятным путешествием «в последний момент». С тех пор прошёл ровно один год с начала пандемии коронавируса.
С 1 марта мы ввели двухнедельное закрытие зала, и эти две недели были использованы для того, чтобы забрать доспехи домой и привести их в порядок к возобновлению тренировок. Однако с 14 марта тренировки стали проводиться только по субботам и воскресеньям без надевания богу, без переодевания в тренировочную одежду и хакама; выполнялись лишь субури, кендо ката и корю. Это была поистине беспрецедентная форма занятий. В апреле, из-за объявления чрезвычайного положения, мы были вынуждены временно прервать тренировки, но с июня и до сегодняшнего дня продолжаем заниматься именно так.
По ходу дела мы выполняли субури и отработку техник, выбранных из форм старых школ с деревянным мечом, а также, надев доспехи, кирикаеси и различные технические упражнения с синаем. Однако большинство членов зала, включая меня, за весь этот период ни разу не выполняли дзикейко. За этот год мир кендо оказался в растерянности и смятении, поскольку подобного никогда прежде не случалось. Многие мероприятия были отменены или перенесены, и до сих пор неизвестно, когда пандемия закончится.
Однако я совсем не паниковал. Я просто реализовал то, о чём думал уже давно. За год до начала пандемии, в первый год эры Рэйва (2019), в конце июня, когда мне было 69 лет, я сложил с себя все должности. Это было связано с тем, что, начиная с 70 лет, я планировал экспериментировать с методикой тренировок для самого себя. Это и есть «Метод тренировок Эйсин-рю». Если бы не было коронавируса, я, вероятно, занимался бы этой методикой в одиночку.
Существуют пословицы: «人間万事塞翁が馬» («Во всех делах человека - конь старика с пограничной заставы») и «禍福は糾える縄の如し» («Счастье и несчастье переплетаются, как верёвка»). Они означают, что счастье и несчастье в жизни трудно предсказать: неизвестно, когда счастье обернётся несчастьем, а несчастье счастьем, поэтому не следует слишком легко радоваться или печалиться.
В течение этого года мы эффективно использовали ограниченное время. Прежде всего, было полезно исследовать четыре вида форм старых школ, которые мы отрабатывали ещё с двадцатилетнего возраста. Кроме того, в последнее время японские формы кендо, как правило, выполняются лишь немного перед экзаменами на повышение дана, но если они являются собранием форм более чем пятисот школ, существовавших в эпоху Эдо, то относиться к ним легкомысленно нельзя. Выполняя эти формы, а также тщательно отрабатывая субури и техники, отобранные из старых школ, с деревянным мечом, мы, как мне кажется, многому научились. Что бы ни говорили другие, моим намерением было прежде всего попробовать.
«Метод тренировок Эйсин-рю» в условиях пандемии как раз и соответствует упомянутым выше пословицам. Если невозможность выполнять кирикаеси в доспехах, базовые упражнения, учикоми, какари-кейко и дзикейко является «несчастьем», то тренировка ката, корю и техник, отобранных из них, это «счастье». В результате того, что мы без перерыва тренировались в этом «счастье» в течение года, полученные техники, работа ног и тела оказались чрезвычайно эффективными как тренировка корпуса и тандена. В будущем они непременно проявят себя.
Одиннадцать лет назад я написал в журнале «剣窓» колонку под названием «Есть ли в жизни что-то бесполезное?». Поскольку её содержание о пословицах «人間万事塞翁が馬» и «禍福は糾える縄の如し» применимо и к нынешнему миру, охваченному пандемией, я приведу здесь соответствующий отрывок. Поводом для написания этой колонки стало то, что во время майского турнира в Киото я приобрёл книгу-диалог Кобаяси Хидэо и Ока Киёси «Созидание человека» (издательство Синтёся), и размышления господина Ока о «эволюции природы» показались мне схожими с тренировками в кендо.
Меня особенно поразила следующая фраза:
«Если посмотреть на эволюцию природы, то, терпя неудачи снова и снова, в конце концов приобретается какая-то способность, позволяющая преодолеть препятствие. Если его невозможно преодолеть, не потерпев неудачу много раз, значит, остаётся только делать это снова и снова» (стр. 58).
Эти слова глубоко отозвались во мне, потому что я сам пережил немало неудач.
В кендо говорят, что нельзя наносить бесполезные удары, однако действительно ли удар был бесполезным невозможно понять, не попробовав. Все ли удары, которые не стали иппоном, являются бесполезными? Совсем не обязательно. Если постоянно запрещать «это нельзя», «то нельзя», человек сжимается и не может вырасти по-настоящему. Хочется быть не бонсай, а большим деревом в дикой природе. Существует выражение «理外の理» («принцип за пределами разума»), и я считаю, что в период ученичества следует наносить как можно больше «бесполезных» ударов. Однако важно, чтобы это были решительные, самоотверженные удары. Такие удары никогда не будут напрасными.
Когда речь заходит о бесполезности, я вспоминаю, как в конце подросткового возраста отец, видя, что вне тренировок я только лежу без дела, говорил: «Тот, кто занимается кендо, должен читать книги. Читай книги и приобретай образованность». Я считал, что от чтения книг кендо сильнее не становится, и думал, что это пустая трата времени, поэтому не слушал его.
Однако тридцать лет спустя, в пятьдесят лет, я заболел тяжёлой формой поясничного синдрома и не мог ходить. Врачи говорили: «Ходи», хотя я не мог. Вначале даже туда, куда можно было дойти за пять минут, я добирался за 20–30 минут, опираясь на трость. В течение трёх с половиной лет я каждый день ходил по часу, а заодно заходил в книжные магазины, покупал и читал книги. По сути, мне оставалось только делать то, о чём когда-то говорил отец - читать.
Но теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это был настоящий «побочный успех от несчастья». Эти три с половиной года стали периодом, когда я прочитал больше всего книг в жизни и многому научился. Поясничный синдром был тяжёлым испытанием, но, возможно, Бог дал мне время для размышлений. «Несчастье» в виде болезни дало мне «счастье» время для размышлений. И в этот последний год, когда пожилые люди вынуждены были воздерживаться от выхода из дома, я прочитал немало книг с запылённых книжных полок.
Несколько возвращаясь назад: в 35 лет - возрасте, когда все особенно заняты, я часто мучился сомнениями, есть ли польза от того, что я делаю. Однажды, возвращаясь из додзё Нома, я невольно пожаловался своему наставнику Ямаучи Томэо-сэнсэю в машине: «Работа отнимает слишком много времени, и я не могу уделять достаточно времени тренировкам». Сенсэй мягко улыбнулся и сказал: «В жизни нет ни одной по-настоящему бесполезной вещи. Даже если в тот момент она кажется бесполезной, позже она обязательно пригодится». Тогда ему было 72 года, а сейчас мне 71. Я задумался, скрестив руки: смогу ли я, слушая других, сказать такие слова?
Тренировки - это череда неудач и, в определённом смысле, накопление «бесполезных» ударов. Всё зависит от того, считаем ли мы их бесполезными. Разве бесполезно тренировать технику, которую, возможно, не используешь ни разу в жизни? Используешь ли ты в поединке такие сложные приёмы из «Метода тренировок Эйсин-рю», как «мен-суриагэ-мен» или «мен-суриагэ-котэ»? Если хотя бы один раз ты упустишь победу из-за того, что не смог применить эту технику, разве она была бесполезной?
Если так подумать, то, может быть, именно в том и состоит тренировка - бесконечно повторять техники, которые кажутся бесполезными, и делать их своими. Пандемия ещё долго будет продолжаться. Я думаю попробовать накопить ещё больше «бесполезного».
Прошу всех вас поддержать меня в этом.