"Pluribus" - сериал Гиллигана ("Секретные материалы", "Во все тяжкие", "Лучше звоните Солу"), который ждали и о котором были уверены, что Гиллиган плохого не предложит. Режиссер снял его в свой привычной манере - без экшена и саспенса. Этот подчас растянутый, замедленный фильм, в котором "ничего не происходит", стал одной из самых шокирующих интеллектуальных медитаций на тему будущего человеческой цивилизации.
Мы наш, мы новый мир...
В основе - сюжет в стиле sci-fi: человечество заражается инопланетным вирусом счастья и, за исключением нескольких человек (баг вируса), взамен индивидуального, обзаводится коллективным разумом, превращаясь в улей, в муравейник, только лучше.
Улей эффективен, у "индивидов" прямое знание и универсальные навыки, горизонтальная социальная структура - все равны и взаимозаменяемы. Исполнилась мечта о выравнивании возможностей и упразднении социальной иерархии: официантка садится за штурвал самолета, а губернатор штата работает дворником - для этого им достаточно "подключиться" к коллективному разуму. (Очень похоже на работу нейросети, которая отменяет любые человеческие ограничения.)
Новое человечество лишено собственнического инстинкта, оно справилось с проблемами одиночества и деструктивных состояний, постоянно искренне улыбается, не знает войн и насилия, не умеет лгать, полно радикальной эмпатии и всечеловеческой любви. Люди живут коммунами, спят на матах в огромных залах, похожих на стадионы, и не испытвают потребности владеть и принадлежать.
Мир новых людей предельно рационален, в нем не пропадает ничего, даже умершие, из которых делают вкусное и очень питательное молоко для живых. (Удивительный ход, сближающий новый мир как с фашизмом - что только не производили из человеческой кожи и прочих "отходов"), так и с христианством - "Ешьте плоть мою, пейте кровь мою").
Преображенный мир населяют вегетарианцы. Они следуют запретам, встроенным в вирусную программу. Один из запретов - запрет принуждения. Те 13 человек, которые не поддались вирусу, должны захотеть присоединиться к остальным, заставлять их запрещено. Каждый человек волен желать всего, что ему угодно, и отказывать ему нельзя, ведь это было бы принуждением. Так, они приносят героине гранату, когда та ее просит, а затем и ядерную бомбу. Сами же "поцелованные вирусом" полностью решили вопрос свободы воли: у них нет дурных и добрых намерений, из которых надо выбирать, они просто следуют своему биологическому императиву.
Если искать ближайшие аналогии с актуальными современными идеями, то мир Pluribus - это анархически самоорганизованная реальность спонтанных порядков без власти и начальников, с общей собственностью, явно постковидного происхождения. Гиллиган разрушает все клише коллективистских антиутопий и ставит чистый эксперимент без подвоха: что будет, если и впрямь построить на Земле рай? Никакой тирании за сценой, никаких наркотиков и насилия над свободной волей. Это не "Дивный новый мир" и не "1984", это добрый позитивный тоталитаризм как результат радикального изменения человеческой природы.
Индивидуализм против
Антагонистом нового человечества выступает главная героиня фильма Кэрол Стурка (Рей Сихорн, "Лучше звоните Солу"). Создательница дешевых бульварных романов, только что потерявшая свою любимую, она считает, что человечество сошло с ума, и его надо срочно спасать. Кэрол - обыкновенная женщина на грани нервного срыва, собирательный образ современного человека. Она деструктивна, капризна, носится со своими мелкими переживаниями, как с писаной торбой.
Ей нечего предложить ни себе, ни людям, ни миру, кроме эксцентричного эгоизма и истеричности. Ненавидя коллективизм, Кэрол, не моргнув, бесплатно пользуется его услугами, перетаскивает из музея картины к себе домой, с легкостью нарушает чужие границы. В конце сезона требует себе ядерную бомбу, чтобы "взорвать долбаный мир к чертовой матери". И получает ее.
Ирония
Казалось бы, индивидуальная свобода Кэрол иллюзорна - нельзя же считать свободой выбор между рестораном и битьем окон, между истерикой и пьяным самозабвением. Но может, это и есть человеческая свобода? "Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить?" - могла бы она сказать вслед за "человеком из подполья" Достоевского - и ядерная бомба делает эту аналогию почти буквальной. А зрителю предстоит самоопределиться.
Гиллиган утверждает, что уже сейчас понятно, чем закончится конфликт героини и человечества. Мне тоже понятно, но я все равно буду с нетерпением ждать продолжения сериала.