Сколько носила Даша свою дочь, столько и говорила всем – как всякая, довольная жизнью женщина:
– А чего мне имя скрывать? Назову её Ульяной, в честь бабушки любимой.
– Немодное имя какое-то, – говорили ей.
– А я за модой не гонюсь. Имя это светлое и домашнее, как кулич с изюмом.
… Родилась девчушка осенней порой уже сиротой, но, памятуя о желании матери, нарекли малышку Ульяной.
Несладко пришлось ей с новой женой отца, Жанной. Александр, отец малышки, придет с лесопилки, а дома порядок, еда готова, он особо и не вникает, как живут его жена и дочь.
А вот тихой и покладистой Уле доставалось.
Первую жену Дашу он любил, на руках носил, бесконечно целовал. Этого и не могла простить девочке Жанна.
Назначила её виноватой за то, что отца вечно нет дома и что он переложил на неё свои проблемы.
Александра и вправду не тянуло домой.
Не было там любимой Даши.
Он и дочку любил с привкусом потери: пусть растёт, потом он ей всё расскажет… Что мама родов не перенесла, что отговаривали её врачи рожать. Только всё ей было нипочём.
Дитя любви принесёт всем одно счастье, хохотала она в любимом ситцевом платье, обтягивающем живот.
Так и росла девчушка, попираемая мачехой, да непонятая родным отцом.
Хорошая, ласковая, приветливая, добрая росла. Соседи нахвалиться не могли, никогда от Ульяны отказа не знали. Что ни попросят, расстарается.
Хоть и видела она одни крики да угрозы, а душой светлой ничего этого не приняла. Не испортили тяготы характера, только выработали скрытность и скромность не по годам.
У мачехи с отцом родились в один год двое сыновей, как таких называют, однолетки. Ульяне исполнилось девять. И Жанна ощутила, как сложно воспитывать двух сорвиголов. Сделала из Ульяны няньку.
Теперь девочка отвечала за все действия братьев.
В какой-то момент Ульяна устала получать за всё, окончила школу и решила в семнадцать лет уехать, попытаться поступить в техникум на специальность «Складской учёт».
У девушки хорошо получалось всё упорядочивать.
– Куда? А помогать мне кто будет? Полы мыть, курей щипать?
– Братья помогут. Я в их возрасте…
– Что? Я к тебе всей душой, а ты мне грубить? Не поедешь.
С тех пор жизнь Ульяны превратилась в тихий ужас. Жанна никуда её не выпускала, до магазина и обратно.
Отцу сказала, что девчонка хотела их опозорить. Сбежать.
*******
В деревню зима пришла неслышно, словно чистая дева с холстом, набросавшая искристые штрихи на податливое полотно земли.
Природа погрузилась в кристальное спокойствие, накрывшись белоснежным покрывалом свежевыпавшего снега.
...На каникулы приехала Зоя, Ульянина лучшая подруга, с которой они дружили ещё со школьной скамьи. Очень красивая девушка и эффектная.
Они вместе хотели поступать. Зое это удалось, а Ульяну не пустили…
Зоя приехала не одна. С Гришей.
Увидела Ульяна молодого человека и пропала! Тёмные кудри, выбивающиеся из-под шапки, глубокие серые глаза, профиль с тонкой горбинкой… Гриша был полон уверенности и достоинства.
Зоя отпросила Ульяну на танцы у отца.
Подруга прекрасно знала, что мачеха Жанна её не отпустит.
Пока играла музыка в клубе при школе, Григорий с Ульяны глаз не спускал.
Ей даже стало неудобно перед подругой… Вдруг подумает Зоя, что Уля разлучница!
– Что у тебя дома происходит? – интересовалась этим временем Зоя, словно не замечала их взглядов.
– Да плохо всё. Родители совсем мало видятся. Папа на работе прописался, только мыться приходит. Как ты его ещё застала, не знаю, – проворчала Ульяна.
– Так почему ты не учишься? Поговори с родителями.
Задумалась Ульяна. Действительно. Надо родителям уже что-то делать со своей жизнью, а Уля выросла. Обойдутся как-нибудь без неё.
– Поступлю на тот год, – твёрдо решила она. А потом набралась храбрости и спросила:
– Зоя, а Гриша… Он… твой парень?
– Гришка? Нееет, что ты! Друг он мой, у нас ничего нет.
– Да? – обрадовалась Ульяна. – А приехал тогда зачем?
– Да я его попросила меня сопроводить. Чтобы меньше приставали всякие. Гришке... некуда ехать. Его родители живут на Северах, там кроме него ещё трое детей. Собрали ему денег в один конец и сбагрили, учись, сынок, на автодело. Ему даже на каникулы домой не на что приехать. Ни подарков, ни перевода... Мои родители его в гостевой поселили. Откармливают… Я им сразу объяснила, что мы – ни-ни.
Забилось радостно сердце у Ульяны.
– Знаешь, а я уж испугалась, что вы… что он…
– Не волнуйся, подруга. Он не мой идеал. Мне блондины интереснее.
– Ой, времени много! – вдруг спохватилась Ульяна.
Девушка схватила пальто и побежала домой, не дождавшись окончания танцев.
Гриша нагнал её.
– Уля… Ты… Ты очень красивая, – с волнением вымолвил он, когда отдышался. Морозный воздух пьянил своей свежестью.
– Ты тоже красивый, правда. Только дома мне достанется, если я ещё хоть на пять минут задержусь…
– Я завтра приду в восемнадцать часов к… почте. Нет, к киоску с печатной продукцией. Придешь?
– Да, я приду!
*****
… Назавтра Жанна разболелась и требовала к себе много внимания. Ульяна носила ей тёплое питье: медовый настой и ягодный морс.
Часики тикали. Времени было уже полседьмого, когда в окошко шмякнулась ледышка.
Выглянула Ульяна, узнала Гришу. Они пообщались, и Жанна снова недовольным голосом затребовала: «Да где ты там? Чаю принеси!»
Проболела мачеха неделю.
Встретиться с Гришей Ульяне не удалось.
Когда он всё-таки прорвался к ней, только и успел сообщить, что они с Зоей отбывают завтра на автобусе в восемь утра. Пора на учёбу...
Ульяна промучилась всю ночь.
Ей снилась мама в ситцевом платье. Красивая, тоненькая. А потом у неё начал расти живот, и вот она стоит у реки с огромным животом.
От страха, что мама лопнет, Ульяна проснулась! Ночью личные страхи рисуют картины, от которых замирает дыхание…
Не в силах больше терпеть, Ульяна кинулась в объятья мачехи, расплакалась.
Рассказала про тревоги и сон, что хочет проводить Зою и… Гришу.
Они скоро уезжают.
– Огромный живот? – задумалась Жанна. – Это неразрешимые проблемы…
– Мама, ты уже здорова, – сказала Уля. – Почему папы опять дома нет? Я хочу с вами поговорить насчёт учёбы, это не дело, что я не учусь.
– Он мне сказал… как только ты надумаешь съехать, он… уйдёт от меня, – призналась она.
Слова эти дались ей нелегко.
Теперь Ульяне стало понятно, почему Жанна так за неё цеплялась!
Острое чувство жалости к мачехе подступило к сердцу.
– Бедная ты моя мамочка! Разве ж так можно? Я не хочу, не буду жить как вы! Я сбегаю к автобусу и вернусь к тебе! Гриша… он мне очень сильно понравился, я, кажется, влюбилась. Думаю только о нём, мам, пусти, а?
И глаза мачехи наполнились слезами.
– Беги, доченька! Не упусти этого чувства! Не думай ни о чём. Ты права – так как мы, жить нельзя. Не повторяй чужих ошибок!
Побежала Уля со всех ног! К счастью, автобус немного задержался. Успела она обнять Зою и поговорить с Гришей. Обещала приехать, как только сможет.
*****
Как только Уля открылась мачехе, отношения между ними потеплели. Вечерами они теперь часто разговаривали по душам.
– Я «складское хозяйство» выбрала для учёбы, мама. Меня Зоя и Гриша ждут. Общежитие пробивают.
– Подсказку хочу тебе дать с Гришей. Ты его слушай сердцем, что и как он говорит. Любить – это не только восхищаться. Это ещё ценить то, чем дышит твой любимый. Если просит он о чём-то, – сделай, это ему важно. Много лет я до этого доходила…
– Да как этому научиться?
– Женщине? Просто. И обижать себя не давай. Оба должны стараться. Ну всё, устала я тебя наставлять.
– А если он охладеет?
– Ищи причину. В тебе ли она? Если нет, то и любовь, значит, была ненастоящей, тогда разойдутся ваши пути-дорожки.
– А как понять, настоящая ли это любовь?
– Девочка моя, ты уже поняла. Прости ты меня за детство твоё испорченное! Виновата я перед тобой. Всё мамку твою винила…
Ульяна остолбенела. Не ожидала когда-либо такое от мачехи услышать.
– Теперь готовься и езжай. Хорошая ты у нас. Счастливая будешь.
… Осенью Ульяна поступила учиться, Гриша был сам не свой от радости. Дождался! Он называл её «моё солнышко, которое согревает даже в самые холодные дни». И не уставал повторять, что с появлением Ульяны его жизнь изменилась к лучшему.
Чувства молодых только крепли. Подсказки мудрой Жанны Ульяна успешно воплощала в жизнь.
******
… Ульянин отец не ушёл из дома, как планировал.
От длительного переживания за судьбы всех, чуть только Ульяна уехала, Жанна слегла. Это был менингит.
В первые дни он вызвал повышение температуры до 39˚С, что сопровождалось сильным ознобом. Жанна покрывалась «гусиной кожей», а голова болела так, что она хотела её оторвать. Кожа болела, не притронься. Мучения испытывала нечеловеческие…
Муж сидел над больной, бледной и слабой, и слезами обливался от жалости. Руки ей целовал, корил себя за то, что не берёг, что относился как к няньке для дочери, многое недодал главному человеку в своей жизни.
Вспомнил про «потерявши плачем» и не смог смириться. Взмолился:
– Ты только живи, Жанночка! Мы всё наверстаем!
И она выжила.
Ради детей, ради будущей жизни. Потому что Александр её очень об этом просил – значит, для него это было действительно важно.
С теплом, Ольга.
Друзья, подписывайтесь на канал. Здесь интересно.